Фандом: Мстители. После битвы с читаури Стив находит в башне Старка кинжал Локи и забирает его себе — в качестве сувенира. И чуть позже выясняет, что может с помощью него общаться с Локи. Казалось бы, только общаться, но все далеко не так просто.
Добавить в моё избранное
136 мин, 8 сек 6445
Не грызет, да. Уже сожрало и выплюнуло пережеванные кости.
Он поворачивается к Локи, гладит его всей ладонью по руке, разворачивает за подбородок к себе и внимательно смотрит.
— Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем? — тихо интересуется Стив.
Локи молчит, смотрит в ответ, и в глазах его — глухая стена нарастающего отчуждения. Стив тянется к нему, поцеловать, прижать к себе, объяснить, что все в порядке, все будет хорошо, но Локи еле заметно отодвигается назад.
— Зачем ты мне это говоришь? — спрашивает он. — Какое тебе дело до моих проблем, Стив? Почему тебе это интересно?
— Может быть, потому что я люблю тебя? — тихо шипит Стив и целует влажный висок. Это нужно было сказать, давно уже, но что-то мешало, а сейчас слова сами сорвались с губ. И Стив рад, честно.
Локи замирает, застывает в его руках и, кажется, немного синеет. А потом медленно встает и начинает одеваться. Неторопливо, разглаживая каждую деталь гардероба, стряхивает невидимые пылинки с рукавов, поправляет волосы перед зеркалом.
Стив смотрит с недоумением на его напряженную спину, садится, не зная, что сказать, и не понимая, что происходит, что он сделал не так.
— Локи? — зовет он. — Что?
Тот дергает головой, нетерпеливо и зло, и поворачивается к Стиву. На его лица безжизненная маска, оно словно стянуто льдом, спрятано под ним, и глаза тусклые, пустые.
— Выброси кинжал, — ровно говорит Локи. — Лучше в бурную реку, но можно в любую воду. Недели через полторы все закончится само собой.
Он трет лицо руками и смотрит куда-то сквозь Стива, а Стиву страшно.
— Зачем? — он вскакивает с постели, хватает Локи за плечи и трясет. Пытается потрясти, Локи все же сильнее и намного тяжелее. — Что я сделал не так?
— Ты все сделал так, — следует все такой же ровный ответ. — Настолько так, что больше и дальше просто нельзя. Локи молчит пару секунд, вздыхает и продолжает:
— Я хотел на свободу. Я знал, что меня не убьют, Фригг не допустила бы такого, никогда. Но и позволять мне делать, что мне захочется, никто не собирался. Именно поэтому я зачаровал кинжал и бросил его в башне Старка. Твоя кровь связала нас, и ты, сам того не желая, помогал мне выбраться из тюрьмы. Связь должна была стать прочной, и через нее, используя тебя, я бы смог выйти из камеры, попасть в Мидгард — и больше никто никогда меня не нашел бы. Я не знаю, что пошло не так. Магия подсказывала мне, что делать и что говорить, чтобы ты поверил, привязался ко мне. Я должен был врать, но каждое мое слово — правда, каждый рассказ… И ты, такой правильный и чистый, несмотря на то, что солдат… Я просто не могу пожертвовать тобой ради своей свободы. Кем угодно, но не тобой. Выброси кинжал, Стив. И забудь. Впрочем, ты и так забудешь, как только спадут чары. А еще есть Тони. Он не твой Говард, но похож, и возможно, с ним ты будешь счастлив.
Локи осторожно ведет кончиками пальцев по виску Стива к щеке, ниже, к шее и плечу, почти не касаясь. А потом резко выдирается из его рук, рывком отлепляет с груди Стива пластырь и исчезает, слишком быстро, слишком… Все слишком. Стив смотрит прямо перед собой, туда, где только что стоял Локи, и не верит, ни единому слову не верит. И верит одновременно.
В груди, там, где сердце, разгорается ледяной пожар, давит на легкие, не давая дышать, комком собирается в горле. Стив опускается на пол и закрывает глаза. Сцепляет руки, упирается в них лбом и молчит, стискивая зубы. Хотя ему хочется в полный голос завыть.
Ему больно, физически, где-то в глубине грудной клетки. Так же больно было, когда Баки упал с поезда в пропасть. Так же больно было, когда Стив услышал от Тони, что Говард искал его всю жизнь. Так же больно было, когда умерла мама. До слез, до тянущей боли в затылке, до абсолютной беспомощности.
— Идиот, — выплевывает Стив и медленно встает.
Одевается, тщательно расправляя каждую складочку на футболке. Застилает кровать, больше похожую на поле боя. Распрямляет плечи и выравнивает спину, задирая подбородок.
Кинжал лежит на полу немым напоминанием о глупости Стива, и да, его нужно выбросить, но сейчас Стив не в состоянии даже просто на него смотреть. Он глубоко вдыхает и, выйдя из комнаты, прикрывает за собой дверь. Вряд ли ему захочется скоро сюда вернуться.
На кухне обнаруживается сонный Баки в обнимку с чашкой кофе, но Стив не хочет видеть даже его. Хотя как раз Баки ни в чем не виноват, он тут вообще не причем, да и за то, что он есть в этой квартире, сказать спасибо стоит именно Локи.
Стив говорил, и не раз, и все никак не мог выразить свою благодарность так, как ее чувствовал. Не хватало слов. Ни в одном языке их не достаточно, чтобы описать все правильно.
А теперь… Теперь и спасение Баки видится Стиву частью гнусной игры, в которой никому нет до него, Стива, дела и не было никогда. Помощь Тони, подсказки с Гидрой.
Он поворачивается к Локи, гладит его всей ладонью по руке, разворачивает за подбородок к себе и внимательно смотрит.
— Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем? — тихо интересуется Стив.
Локи молчит, смотрит в ответ, и в глазах его — глухая стена нарастающего отчуждения. Стив тянется к нему, поцеловать, прижать к себе, объяснить, что все в порядке, все будет хорошо, но Локи еле заметно отодвигается назад.
— Зачем ты мне это говоришь? — спрашивает он. — Какое тебе дело до моих проблем, Стив? Почему тебе это интересно?
— Может быть, потому что я люблю тебя? — тихо шипит Стив и целует влажный висок. Это нужно было сказать, давно уже, но что-то мешало, а сейчас слова сами сорвались с губ. И Стив рад, честно.
Локи замирает, застывает в его руках и, кажется, немного синеет. А потом медленно встает и начинает одеваться. Неторопливо, разглаживая каждую деталь гардероба, стряхивает невидимые пылинки с рукавов, поправляет волосы перед зеркалом.
Стив смотрит с недоумением на его напряженную спину, садится, не зная, что сказать, и не понимая, что происходит, что он сделал не так.
— Локи? — зовет он. — Что?
Тот дергает головой, нетерпеливо и зло, и поворачивается к Стиву. На его лица безжизненная маска, оно словно стянуто льдом, спрятано под ним, и глаза тусклые, пустые.
— Выброси кинжал, — ровно говорит Локи. — Лучше в бурную реку, но можно в любую воду. Недели через полторы все закончится само собой.
Он трет лицо руками и смотрит куда-то сквозь Стива, а Стиву страшно.
— Зачем? — он вскакивает с постели, хватает Локи за плечи и трясет. Пытается потрясти, Локи все же сильнее и намного тяжелее. — Что я сделал не так?
— Ты все сделал так, — следует все такой же ровный ответ. — Настолько так, что больше и дальше просто нельзя. Локи молчит пару секунд, вздыхает и продолжает:
— Я хотел на свободу. Я знал, что меня не убьют, Фригг не допустила бы такого, никогда. Но и позволять мне делать, что мне захочется, никто не собирался. Именно поэтому я зачаровал кинжал и бросил его в башне Старка. Твоя кровь связала нас, и ты, сам того не желая, помогал мне выбраться из тюрьмы. Связь должна была стать прочной, и через нее, используя тебя, я бы смог выйти из камеры, попасть в Мидгард — и больше никто никогда меня не нашел бы. Я не знаю, что пошло не так. Магия подсказывала мне, что делать и что говорить, чтобы ты поверил, привязался ко мне. Я должен был врать, но каждое мое слово — правда, каждый рассказ… И ты, такой правильный и чистый, несмотря на то, что солдат… Я просто не могу пожертвовать тобой ради своей свободы. Кем угодно, но не тобой. Выброси кинжал, Стив. И забудь. Впрочем, ты и так забудешь, как только спадут чары. А еще есть Тони. Он не твой Говард, но похож, и возможно, с ним ты будешь счастлив.
Локи осторожно ведет кончиками пальцев по виску Стива к щеке, ниже, к шее и плечу, почти не касаясь. А потом резко выдирается из его рук, рывком отлепляет с груди Стива пластырь и исчезает, слишком быстро, слишком… Все слишком. Стив смотрит прямо перед собой, туда, где только что стоял Локи, и не верит, ни единому слову не верит. И верит одновременно.
В груди, там, где сердце, разгорается ледяной пожар, давит на легкие, не давая дышать, комком собирается в горле. Стив опускается на пол и закрывает глаза. Сцепляет руки, упирается в них лбом и молчит, стискивая зубы. Хотя ему хочется в полный голос завыть.
Ему больно, физически, где-то в глубине грудной клетки. Так же больно было, когда Баки упал с поезда в пропасть. Так же больно было, когда Стив услышал от Тони, что Говард искал его всю жизнь. Так же больно было, когда умерла мама. До слез, до тянущей боли в затылке, до абсолютной беспомощности.
— Идиот, — выплевывает Стив и медленно встает.
Одевается, тщательно расправляя каждую складочку на футболке. Застилает кровать, больше похожую на поле боя. Распрямляет плечи и выравнивает спину, задирая подбородок.
Кинжал лежит на полу немым напоминанием о глупости Стива, и да, его нужно выбросить, но сейчас Стив не в состоянии даже просто на него смотреть. Он глубоко вдыхает и, выйдя из комнаты, прикрывает за собой дверь. Вряд ли ему захочется скоро сюда вернуться.
На кухне обнаруживается сонный Баки в обнимку с чашкой кофе, но Стив не хочет видеть даже его. Хотя как раз Баки ни в чем не виноват, он тут вообще не причем, да и за то, что он есть в этой квартире, сказать спасибо стоит именно Локи.
Стив говорил, и не раз, и все никак не мог выразить свою благодарность так, как ее чувствовал. Не хватало слов. Ни в одном языке их не достаточно, чтобы описать все правильно.
А теперь… Теперь и спасение Баки видится Стиву частью гнусной игры, в которой никому нет до него, Стива, дела и не было никогда. Помощь Тони, подсказки с Гидрой.
Страница 28 из 36
