Основатели

Впрочем, даже если бы он и был здесь — что может один сокол против десятков, если не сотен змей?

А они передвигались, и нежная кожа девушки ощущала, казалось, шевеление каждой чешуйки. Ровена помнила, что, когда имеешь дело со змеями — главное не делать резких движений. Она из последних сил сдерживала себя, хотя все ее существо требовало стряхнуть с себя этих тварей, побежать, укрыться…

Змеи удобно размещались на девушке и явно не собирались никуда с нее деваться. Вот одна, решив поискать местечко поудобнее, скользнуло вверх по ноге. Миновав колено, кончик хвоста прошелся по внутренней стороне бедра…

И Ровена не выдержала. Ощущать подобное существо уже не только на себе, но и практически внутри — это было выше ее сил. Дернувшись, девушка издала пронзительный вопль, поднявшийся выше крон деревьев, выше гор, долетевший, казалось, до самого бездонно-голубого неба.

Змей как ветром сдуло с ее стройного изящного тела. Будто неведомая сила подхватила каждую из них и смела, вынесла за пределы поляны.

Ровена, подскочив на месте, резко села, пытаясь отдышаться. Она не могла поверить, что этот ужас закончился, что больше ни одна тварь не касается ее. Взгляд девушки беспорядочно шарил по поляне, ища, за чтобы зацепиться. Внезапно в правую ладонь Ровены аккуратно лег тонкий кусочек дерева, и чей-то голос мягко шепнул в девичье ухо: «Ассио!»

— Ассио! — послушно повторила Ровена, машинально направляя палочку на кувшин.

Сделав глубокий глоток, девушка закашлялась, осознав, что кувшин содержал в себе вино. В следующее мгновение она вспомнила об обстоятельствах, предшествующих ее кошмару. Однако на сей раз в сон ее не клонило — видимо, вино было другим. Но в любом случае, у этой безобразной сцены был виновник.

Ровена обернулась. Салазар, сидящий за ее спиной на корточках, улыбался непривычно широко. Эта улыбка вызвала у девушки приступ ярости. Размахнувшись, она со всей силы отвесила пощечину, оставившую на бледной щеке алый отпечаток. От неожиданности корнуолец потерял равновесие и сел на траву. Взгляд его из смеющегося стал укоризненным.

— И это Ваша благодарность, моя прекрасная леди? — строго спросил он.

— Благодарность?! — Ровена никогда не относила себя к истеричным особам, однако сейчас она ближе всего была именно к истерике. — После того, что Вы сделали, после… после этих… тварей!

— Вот попрошу не оскорблять моих красавиц, — на полном серьезе обиделся Салазар. — Они ведь тоже помогали. Разве Вы не поняли?

Ровена недоуменно моргнула, а потом медленно подняла правую руку, в которой все еще держала волшебную палочку. Змеи исчезли моментально, по ее желанию. И кувшин принесся после того, как она ему приказала.

— Но… — силы, казалось, снова покинули девушку, и следующие слова она прошептала еле слышно: — Как такое возможно?

Салазар принял более достойную позу и вернул на лицо довольное выражение. Его тон приобрел несколько менторское звучание:

— Я всегда придерживался концепции, что положительные эмоции слишком недолговечны. Человек не может удовлетвориться чем-то одним хорошим, он вечно стремится к чему-нибудь еще. С другой стороны, такие эмоции, как злость, ненависть, страх, ярость, зависть куда более агрессивны. Приходя, они захватывают человека целиком, и совладать с ними ох как непросто. И это не говоря о том, что их куда проще вызывать. Я провел анализ ситуаций, при которых впервые проявляются магические способности. В подавляющем большинстве имела место одна из вышеперечисленных эмоций. Чаще всего — страх. Страх за свою жизнь, пусть даже необоснованный, самая мощная сила. Когда человек защищает свою жизнь, в нем просыпаются все скрытые резервы. Я с самого начала наших «занятий» подозревал, что рано или поздно придется прибегнуть к подобному шоку — но все же, как видите, тянул до последнего. Только когда я понял, что других возможностей нет, я взял на себя смелость подвергнуть Вас испытанию страхом.

— Но платье… — Ровена чувствовала, что ее щеки пылают. — Как Вы вообще посмели…

Салазар устало вздохнул.

— Вы очень сдержанный человек, Ровена, — мягко произнес он. — Как я предполагаю, именно это не дало проявиться Вашим магическим способностям в должный срок. Вы не позволяете своим эмоциям выходить наружу, Вы давите их в зародыше. Вы сами будто выстроили вокруг себя стену, которую невозможно прошибить ни снаружи, ни изнутри. Мне очень жаль, что я вынужден был вторгнуться в… интимную часть Вашей жизни, но нужно было нечто совершенно вопиющее, такое, которое заставило бы все Ваше существо перейти от защиты к атаке.

Девушка отвела взгляд от собеседника, принявшись рассматривать свои руки. Он прав, он действительно прав. Она всегда считала своим долгом держать себя в руках. Более того, она была уверена, что это одно из главных ее достоинств. А вот как, оказывается, все сложилось…

Однако, это все в прошлом.