Основатели

Возвращаясь домой, он думал о родичах, но ни разу не вспомнил ни одну из тех, о ком мечтал, казалось, целую вечность назад.

Короче говоря, Годрик не то чтобы не хотел встречаться с местными девушками… Просто он не хотел с ними встречаться СЕЙЧАС.

Пока Гриффиндор раздумывал, как ему поступить, девушка сделала еще несколько шагов и подняла опущенный доселе взгляд.

Золотистые ресницы обрамляли большие глаза того нежно-карего оттенка, благодаря какому их принято называть «оленьими». Округлое лицо с по-детски гладкой кожей на щеках окрашивалось теплым румянцем. Толстые густо-золотые косы, аккуратно уложенные, венчали юную головку.

— Годрик! — девушка улыбнулась, и рядом с уголками рта образовались очаровательные ямочки.

Молодой человек почти целую минуту вспоминал, кто она, но только букет в руках девушки — не цветы, а какие-то стебельки, навел его на правильную мысль.

— Хельга! — воскликнул Гриффиндор и поспешно спешился.

Семья Хельги Хаффлпафф жила по соседству, а сама девушка была на три года его младше. Самая младшая среди своих братьев и сестер, она была тихой и послушной девочкой. Только подумать, когда Годрик уезжал — всего год назад! — ему и в голову не приходило воспринимать ее как девушку. Конечно, официально она уже считалась взрослой, но ее чистое, открытое лицо, почти не изменившееся с детских лет, не давало этого осознать.

Сейчас Годрик имел возможность взглянуть на нее свежим взглядом. И хотя очаровательное лицо Хельги не изменило ни своей округлой формы, ни чистоты кожи, юноша не мог не заметить, как приятно приподнималось платье в области груди, и как плавно оно же повторяло линии бедер. Вне всяких сомнений: Хельга выросла, а Годрику повезло встретить чуть ли не единственную девушку, которой он ничего не обещал.

Молодой человек сам не заметил, как он пошел рядом с Хельгой, ведя коня в поводу и пытаясь приравнять свои размашистые шаги к неторопливой походке девушки. Ощущение покоя обволакивало златоволосую малышку будто уютным пледом. Годрик не помнил, в какой момент от молчания перешел к бурному рассказу ей о своих приключениях — в лицах, на разные голоса и энергично размахивая руками. Хельга слушала, не перебивая, лишь понимающе улыбаясь. Дочь воина-дана и сестра сыновей, пошедших по отцовским стопам, ей было не привыкать к мужским повествованиям о совершенных подвигах.

Так в полной гармонии они достигли дома Хаффлпаффов. Отец Хельги, как это часто бывало, отсутствовал, отдав свой топор на службу одному из танов. Сыновья находились подле него, а старшие дочери уже все вышли замуж. Дом, столько лет шумный и людный, сейчас выглядел тихим, хотя и хозяйка, мать Хельги, и сама девушка делали все, чтобы поддерживать уют.

Легко перешагнув порог, Хельга воскликнула:

— Мама, ты посмотри, какой у нас гость! — фигура женщины только начала появляться в глубине дома, когда девушка продолжала: — Смотри, Годрик вернулся! Да заходи же! — добавила она уже юноше, с неожиданной неловкостью застывшему на пороге.

— Ты уверена? Я же…

— Годрик! — невысокая темноволосая женщина с такими же круглыми карими глазами, как и у дочери, дошла до ворвавшейся в дом парочки и просияла. — Добро пожаловать! Ну разумеется, заходи! До дома тебе еще ехать — а время как раз обеденное.

Не слушая больше никаких возражений (впрочем, надо признать, что сопротивлялся Гриффиндор больше для виду: стряпня госпожи Хаффлпафф славилась на всю округу), хозяйка завела юношу в дом.

Молодой человек увлеченно уничтожал поставленную перед ним еду, умудряясь при этом повторять свою историю. Госпожа Хаффлпафф, видимо, истосковавшаяся по общению, с интересом слушала его, не уставая поддакивать и восклицать в нужных моментах.

Утро в доме Гриффиндоров началось довольно шумно.

Госпожа Бренда как раз спустилась во двор, чтобы заняться своими повседневными делами, когда туда же поспешным шагом вошла их соседка. Одного взгляда на ее бледное взволнованное лицо хватило, чтобы хозяйка поставила на землю корзину и сделала несколько шагов навстречу.

— Дорте? Что случилось? — спросила госпожа Гриффиндор, беря соседку за руки.

— Где Годрик? — также забыв о приветствии, задыхаясь от быстрой ходьбы вопрошала госпожа Хаффлпафф. — Где твой сын, Бренда?

Вопрос удивил рыжеволосую женщину. От изумления она едва не выпустила ладони своей собеседницы.

— Дома, — не скрывая удивления, ответила Бренда. — Где ж ему еще быть? Они с отцом вчера до глубокой ночи отмечали его возвращение, так что спать я их едва не метлой загоняла.

Госпожа Дорте недоуменно нахмурилась. Казалось, она ожидала какого-то другого ответа.

— Странно… — пробормотала она, и на ее лице мелькнуло отчаянье. — Бренда, мне очень надо его увидеть!

Госпожа Гриффиндор пожала плечами и, ободряюще пожав руки соседке, вошла в дом.