Основатели

Наверняка вы и сами видели, что замок находится в далеко не самом лучшем состоянии. Уверен, мужчины вашей деревни будут рады помочь нам с обустройством.

— О, разумеется, сиятельный лорд… — пробормотал трактирщик, пытаясь прикинуть, на какое время деревенька лишится всех рабочих рук. — Вот только работы сейчас и так выше крыши… Загубим ведь весь урожай!

Слизерин кивнул, как бы в подтверждение своим мыслям.

— Нет, я вовсе не имел в виду, что мы заберем всех людей прямо сейчас. Сперва мы сами уладим кое-какие дела, и к тому времени, когда нам понадобятся умелые руки, полевые работы уже закончатся.

Гендист снова воспрянул духом. Кажется, все действительно складывалось не так уж плохо. Салазар же тем временем направился к выходу.

— Ах да, — уже на пороге, приостановившись, бросил он. — Возможно, пока в замке будет идти ремонт, кое-кому из нас придется пожить здесь.

Лорд бросил трактирщику монету, и тот склонился в поклоне.

— Как будет угодно Вашей милости! — произнес Гендист. — Моя дом, я сам и вся моя родня к Вашим услугам!

— Стоило ли давать ему деньги? — спросила Ровена, с удовольствием выходя на улицу. — По-моему, он тот еще жулик.

— Конечно, жулик, — Салазар едва заметно пожал плечами. — Хитроватый — до простоты. Таким всегда уместнее показывать выгоду, нежели пугать. У них обычно воображения мало, чтобы по-настоящему испугаться. А вот выгоду они за версту чуют. Нам все равно придется где-нибудь оставить детей, пока будем разбираться со строительством. Уверен, что полуразрушенный замок не самое лучшее место для малышей.

Ровена поджала губы, но спор продолжать не стала.

Уже усевшись обратно в карету, Годрик бросил печальный взгляд в сторону трактира. Здешнее пиво ему очень понравилось, и он был бы не прочь пропустить еще пару кружек. Над входом в гостеприимный дом чуть покачивалась вывеска: три скрещенные метлы. Гриффиндор твердо решил вернуться сюда снова.

До замка добрались меньше, чем за час. Для этого пришлось обогнуть довольно большое лесное озеро и преодолеть почти совсем заросшую дорогу. Но все это осталось позади, и вскоре карета уже подъехала к высоким воротам замка.

Карета остановилась, и пассажиры покинули ее, выходя на небольшую площадку перед стенами. От всадников, всю дорогу сопровождавших их, отделилась одинокая фигура. Не доезжая до друзей, всадник спешился и подошел к ним.

Совсем еще молодой человек — лет двадцати от силы, — высокий и черноволосый, склонился перед Слизерином. После этого его взгляд несколько удивленно скользнул по обветшалым стенам замка.

— Мастер, — начал юноша. — Для меня было счастьем сопровождать Вас, однако…

Он выразительно указал взглядом на замок. Салазар усмехнулся.

— Я понимаю твои сомнения, Джильбертус, — произнес он. — Но тебе не следует за нас беспокоиться. Здесь имеется все, что нам нужно, от нас требуются лишь некоторые усилия. Лучше скажи мне, что ты собираешься делать со своими людьми.

Джильбертус тонко улыбнулся.

— А разве мне нужно что-либо делать с ними, Мастер? Они всего лишь сопровождали меня во время важной поездки в Нортумбрию. Сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из них будет помнить, что вообще пересекали границу, не говоря уж о том, что среди нас был кто-то еще.

— Замечательно, — Салазар кивнул. — Ты всегда был способным учеником. Надеюсь, это были последние магглы, переступившие границы наших земель.

— У меня был прекрасный учитель, — Джильбертус склонился к протянутой ему руке и почтительно коснулся ее губами. Выпрямляясь, он добавил: — Я мечтаю, что, когда Ваша работа будет закончена, Вы примете к себе на обучение моего младшего брата.

— Уверен, твой брат достоин тебя, — Слизерин на мгновение задержал в своей ладони руку ученика, после чего разжал пальцы и отступил назад, к остальным, молчаливо дожидавшимся окончания беседы.

Джильбертус отвесил поклон дамам, едва заметно кивнул Годрику и, развернувшись, направился назад к всадникам.

— Вот и все, — резко отвернувшись от удаляющихся фигурок, Слизерин пристально посмотрел на своих друзей. — С прошлым мы окончательно расстались.

Ровена и Хельга уже входили в ворота, когда Годрик коснулся руки Салазара.

— Кто этот молодой человек? — вопрос прозвучал неожиданно резко, и лорд с насмешливым удивлением посмотрел на рыжеволосого мужчину.

— Я обязан давать отчет в своих действиях? — прохладно поинтересовался Слизерин. — Впрочем, если тебе от этого будет спокойнее… Джильбертус Гонт был моим первым учеником. Юноша, наделенный блестящими талантами. К сожалению, его отец умер слишком рано, и мальчик очутился в довольно затруднительном положении. Однако он оказался исполнительным и послушным, и в какой-то момент мы с ним нашли друг друга. Собственно, работая с ним, у меня мелькнула мысль, что вот таким бы и следовало помогать.