Фандом: Люцифер. Внезапного озарения, после которого вся её жизнь разрушится и перестроится заново — этого не будет. Знание того, что её напарник — никто иной, как сам Повелитель Преисподней, приходит медленно и постепенно. А Хлои… А что Хлои? Для нее Люцифер — всё тот же невыносимый и самодовольный засранец, мешающий ей работать. И никакие титулы это не изменят.
Добавить в моё избранное
5 мин, 20 сек 1606
— Дядя Люцифер не может быть плохим, — доверчиво шепчет ей на ухо Трикси.
— Нет? — Деккер чувствует облегчение. — Значит, он хороший?
Её малышка становится непривычно серьезной:
— Конечно хороший, — кивает она важно, и Хлои становится интересно, чем же Люцифер так понравился её дочери. — Он перевоспитывает плохих людей.
Хлои замирает.
— Что?
— Помнишь ту девочку, которая задирала меня? — Трикси пытается выглядеть виноватой, но это у нее слабо получается. Темные глаза задорно блестят. — Она теперь исправилась. И не обижает больше никого. И учиться лучше стала… хотя она теперь много школу пропускает.
— Болеет? — Деккер берет руки девочки в свои.
— Да, — подтверждает Трикси. Она кажется не очень заинтересованной в теме разговора, и Хлои отпускает её играть дальше.
Хлои раздумывает.
Она видела… она ясно помнит то, что видела: красивое мужское лицо, всего на мгновение превратившееся в уродливое красное обличье, будто кто-то содрал всю кожу, обнажая, раскрывая… наказывая. Всего на мгновение. Ей хватило и этого: стало страшно так, как никогда до этого. На мгновение её парализовала сама мысль о том, что рядом с ней, рядом с её дочерью был кто-то… что-то, что в любое мгновение могло искалечить, убить…
Она сомневается, но стреляет.
Но Люцифер оказывается… по крайней мере, смертным. То, что удивление его не наигранное, она поймет потом — когда увидит его взгляд, обращенный на нее, полный неверия и ожидания, словно он увидел что-то, что увидеть совсем не ожидал. После этого она научится замечать его настоящие эмоции. Не придуманное веселье, а растерянность, гнев и… интерес к ней.
Они играют в новую игру: «Ответь максимально правдиво». Никто не выигрывает: у каждого из них есть то, что они не говорят даже сами себе.
— Я не знаю, — его взгляд — шальной и лихорадочный — останавливается на ее лице. — Я действительно не знаю, детектив, почему мне было так больно от обычной раны.
— Может быть, в Лос-Анжелесе ты стал неженкой, — полусерьезно-полушутливо заявляет в ответ Деккер. Что-то интуитивно шепчет ей, что всё это ненормально, не то, о чем разговаривают нормальные люди… Но ей плевать. Хлои подумает об этом позже.
В ответ она ожидает чего-то язвительного или пошлого, но не задумчивого:
— Может быть, — после чего Люцифер спешно прощается и уходит.
На это Хлои лишь пожимает плечами. У нее есть свои проблемы: её снова вызывают в школу. Кто бы мог подумать, но, кажется, её малышка превращается в малолетнюю преступницу. Деккер не без оснований подозревает, что во всем этом замешан Морнингстар. В последнюю их с Трикси встречу он, вопреки своей привычке избегать маленьких детей, вовсе не был против её присутствия рядом с ним. Малышка была счастлива — весь вечер они с Люцифером о чем-то шептались, мужчина важно кивал, слушая восторженный лепет, и что-то тихо советовал.
Видя сияющие глаза своей дочери, Хлои не решилась выгнать Морнингстара взашей. И теперь она об этом пожалеет.
— Ну и зачем ты устроила это побоище? — она пытается быть строгой. Судя по улыбке на личике Трикси, выходит не очень. — Он тоже тебя обижал?
Её маленькая заноза отрицательно качает головой:
— Нет, — она хмурится. — Он тебя обижал, мам.
Сердце Хлои резко падает вниз. Так и знала, так и знала!
— Это из-за того фильма, где я… — детектив Деккер беспомощно замолкает.
— Ага, — кивает Трикси и важно надувается. — Дядя Люцифер сказал, что всех, кто обижает тебя, нужно бить в слабое место.
Хлои не удается сдержать смех. Чертов Морнингстар!
Она сейчас должна злиться, но ей, на самом деле, приятно. Поступки Люцифера часто не поддаются логике («Человеческой логике», — шепчет в её голове надоедливый голос), но спустя некоторое время становится ясно, что он делает определенные вещи не потому, что так правильно, а… потому что ему самому так хочется. Несмотря на все нормы приличий и неписанные правила. Это, на самом деле, подкупает.
— Ты кретин, — шипит она ему на ухо, когда он снова появляется на месте преступления. — Ты тупой, самодовольный идиот…
— Детектив! — радостно восклицает Люцифер, словно ребенок, увидевший Санта Клауса, который собирается подарить ему лучший подарок в его жизни. Хлои подозревает, что так оно частично и есть. — Вы, как всегда, так рады меня видеть…
Деккер хватает его чуть повыше локтя, чтобы оттащить подальше от свидетелей, которых этот… да, да, самодовольный кретин! Люцифер собрался опрашивать. Дэн уже даже не возмущается — молча закатывает глаза и чуть ехидно ухмыляется, видя эту странную пантомиму под названием «мамочка-сын».
— Мне просто интересно, — оправдывается Морнингстар. И делает жалобные глаза. Раскаивающимся он не выглядит совершенно. И это бесит Хлои намного меньше, чем в прошлые их встречи.
— Нет? — Деккер чувствует облегчение. — Значит, он хороший?
Её малышка становится непривычно серьезной:
— Конечно хороший, — кивает она важно, и Хлои становится интересно, чем же Люцифер так понравился её дочери. — Он перевоспитывает плохих людей.
Хлои замирает.
— Что?
— Помнишь ту девочку, которая задирала меня? — Трикси пытается выглядеть виноватой, но это у нее слабо получается. Темные глаза задорно блестят. — Она теперь исправилась. И не обижает больше никого. И учиться лучше стала… хотя она теперь много школу пропускает.
— Болеет? — Деккер берет руки девочки в свои.
— Да, — подтверждает Трикси. Она кажется не очень заинтересованной в теме разговора, и Хлои отпускает её играть дальше.
Хлои раздумывает.
Она видела… она ясно помнит то, что видела: красивое мужское лицо, всего на мгновение превратившееся в уродливое красное обличье, будто кто-то содрал всю кожу, обнажая, раскрывая… наказывая. Всего на мгновение. Ей хватило и этого: стало страшно так, как никогда до этого. На мгновение её парализовала сама мысль о том, что рядом с ней, рядом с её дочерью был кто-то… что-то, что в любое мгновение могло искалечить, убить…
Она сомневается, но стреляет.
Но Люцифер оказывается… по крайней мере, смертным. То, что удивление его не наигранное, она поймет потом — когда увидит его взгляд, обращенный на нее, полный неверия и ожидания, словно он увидел что-то, что увидеть совсем не ожидал. После этого она научится замечать его настоящие эмоции. Не придуманное веселье, а растерянность, гнев и… интерес к ней.
Они играют в новую игру: «Ответь максимально правдиво». Никто не выигрывает: у каждого из них есть то, что они не говорят даже сами себе.
— Я не знаю, — его взгляд — шальной и лихорадочный — останавливается на ее лице. — Я действительно не знаю, детектив, почему мне было так больно от обычной раны.
— Может быть, в Лос-Анжелесе ты стал неженкой, — полусерьезно-полушутливо заявляет в ответ Деккер. Что-то интуитивно шепчет ей, что всё это ненормально, не то, о чем разговаривают нормальные люди… Но ей плевать. Хлои подумает об этом позже.
В ответ она ожидает чего-то язвительного или пошлого, но не задумчивого:
— Может быть, — после чего Люцифер спешно прощается и уходит.
На это Хлои лишь пожимает плечами. У нее есть свои проблемы: её снова вызывают в школу. Кто бы мог подумать, но, кажется, её малышка превращается в малолетнюю преступницу. Деккер не без оснований подозревает, что во всем этом замешан Морнингстар. В последнюю их с Трикси встречу он, вопреки своей привычке избегать маленьких детей, вовсе не был против её присутствия рядом с ним. Малышка была счастлива — весь вечер они с Люцифером о чем-то шептались, мужчина важно кивал, слушая восторженный лепет, и что-то тихо советовал.
Видя сияющие глаза своей дочери, Хлои не решилась выгнать Морнингстара взашей. И теперь она об этом пожалеет.
— Ну и зачем ты устроила это побоище? — она пытается быть строгой. Судя по улыбке на личике Трикси, выходит не очень. — Он тоже тебя обижал?
Её маленькая заноза отрицательно качает головой:
— Нет, — она хмурится. — Он тебя обижал, мам.
Сердце Хлои резко падает вниз. Так и знала, так и знала!
— Это из-за того фильма, где я… — детектив Деккер беспомощно замолкает.
— Ага, — кивает Трикси и важно надувается. — Дядя Люцифер сказал, что всех, кто обижает тебя, нужно бить в слабое место.
Хлои не удается сдержать смех. Чертов Морнингстар!
Она сейчас должна злиться, но ей, на самом деле, приятно. Поступки Люцифера часто не поддаются логике («Человеческой логике», — шепчет в её голове надоедливый голос), но спустя некоторое время становится ясно, что он делает определенные вещи не потому, что так правильно, а… потому что ему самому так хочется. Несмотря на все нормы приличий и неписанные правила. Это, на самом деле, подкупает.
— Ты кретин, — шипит она ему на ухо, когда он снова появляется на месте преступления. — Ты тупой, самодовольный идиот…
— Детектив! — радостно восклицает Люцифер, словно ребенок, увидевший Санта Клауса, который собирается подарить ему лучший подарок в его жизни. Хлои подозревает, что так оно частично и есть. — Вы, как всегда, так рады меня видеть…
Деккер хватает его чуть повыше локтя, чтобы оттащить подальше от свидетелей, которых этот… да, да, самодовольный кретин! Люцифер собрался опрашивать. Дэн уже даже не возмущается — молча закатывает глаза и чуть ехидно ухмыляется, видя эту странную пантомиму под названием «мамочка-сын».
— Мне просто интересно, — оправдывается Морнингстар. И делает жалобные глаза. Раскаивающимся он не выглядит совершенно. И это бесит Хлои намного меньше, чем в прошлые их встречи.
Страница 1 из 2
