Особые полномочия

Гарри исподволь оглядывал светлую комнату. Ничего говорящего о милых странностях его хозяйки — обычный маггловский кабинет. Ну да, именно — обычный маггловский. Мягкие кресла, кожаный диван, письменный стол, телефон, компьютер. Луна Лавгуд — и компьютер? Сказали бы об этом Гарри лет пять назад, он бы здорово посмеялся.

— Я перестал быть нужным, Луна.

— Я думала, ты зашел с министерской проверкой, — улыбнулась она.

— Это не по моему ведомству. — Гарри вздохнул. — Впрочем… мое ведомство тоже сдает позиции.

— Ты борешься с преступностью, — возразила Луна. — И знаешь, ты побеждаешь.

— В этом все дело, — Гарри поднялся и прошелся по комнате. — Вчера прошел последний суд над Пожирателями. И у меня такое чувство, что я на этом выдохся. Но что я еще могу?

— Защищать и оберегать. — Светлые глаза Луны смотрели словно в самое сердце. — Тебе сейчас кажется, что ты снова дошел до цели. Гарри, ты из тех людей, кто наслаждается самой дорогой, а не тем, что ждет в конце пути. Сначала ты готовился быть Избранным. Потом Волдеморта не стало, не стало благодаря тебе, но ты продолжил свою войну, потому что так было нужно. Теперь ты прошел и этот этап и думаешь, что твоя цель достигнута, и тебе некуда и незачем дальше идти. Но дорога бесконечна, Гарри, главное — правильно выбрать направление.

Луна встала из-за стола и подошла к шкафу, покопалась в его недрах и достала несколько журналов.

— Вот посмотри, — предложила она. — Здесь статьи о том, как работают магглы. И почти все они об одном и том же: важно найти преступника, но не менее важно не дать свершиться новому преступлению. Подумай над этим. Но знай — мир слишком жесток, и этот твой путь никогда не будет закончен. Просто будь к этому готов.

Гарри взял журналы и осторожно перелистнул. Его несколько напугали мелкие буквы, плотные строчки и фотографии… вместо которых лучше бы тоже были буквы и строчки.

— Есть и еще кое-что, — озабоченно нахмурилась Луна. — Научись останавливаться, хотя бы на миг, и видеть вокруг себя не только ненависть и зло. Научись наслаждаться тем, чего ты добился, и понимать, насколько это важно не только для тебя. И никогда не забывай о том, что те, кто были и есть с тобой, ждут, что ты возьмешь их за руку и просто постоишь с ними рядом. Да, ты нужен всем — защитник и герой, но своим близким ты нужен потому, что они хотят подарить тебе немножко своей любви. Дай им эту возможность, и дай им взамен свою любовь.

— Ты… легиллимент? — Гарри по школьной привычке взъерошил волосы, что было совсем не к лицу начальнику отдела аврората. — Я же ничего тебе толком не сказал.

— Нет, — засмеялась Луна. — Я просто хорошо тебя знаю.

— Здравствуй, Луна, — Джинни осторожно присела на краешек кресла. — У тебя тут очень мило… Много посетителей?

— Хватает, — засмеялась Луна. — Магглам нравится это место. Обычно я им не задаю вопросов, просто наблюдаю и слушаю.

— Никогда бы не подумала, что ты согласишься на предложение министра Шеклболта, — пробормотала Джинни. — Не знаю, как они это устроили — помощь магглам, пострадавшим от атак Пожирателей, и как они попадают к тебе…

— Есть родители магглорожденных, их братья и сестры, — Луна налила в фарфоровую чашку зеленый чай — без магии, так, как это сделал бы любой маггл, руками, и протянула ее Джинни. — Глупо было бы не использовать то, что они знают о магии и прошедшей войне.

— Я до сих пор боюсь, — вдруг вырвалось у Джинни. — Я каждый день, каждый час боюсь получить плохие вести. Луна, иногда мне кажется, что я обрекла себя на вечные муки, что я совершила ошибку, что мне не стоило становиться женой Гарри.

— Ты боишься за себя, — просто сказала Луна, и Джинни перебила ее:

— Я боюсь за…

— За себя, — мягко, но упрямо повторила Луна. — Ты боишься пережить то, что испытала, когда погиб Фред. Это больно, я знаю. Но шла война. Мы все были готовы к этому, просто очень надеялись, что это будет не кто-то из тех, кто нам дорог. Джинни, ты любишь Гарри в том числе и за то, какой выбор он сделал и делает. Не предавай сама себя, не предавай Гарри, отпусти и ослабь свой страх. Если что-то случится, ты всегда успеешь его вспомнить. Но если нет, а я уверена, что нет, не поддавайся искушению, не поддавайся воле страха и его желанию разрушить твое счастье.

— Как ты это делаешь? — изумленно спросила Джинни. — Я столько раз пыталась объяснить это сама себе.

— Я тоже женщина, и я тоже прошла войну.

— Может, как-нибудь навестим Фортескью? — спросил Невилл. Он старательно делал вил, что зашел просто так, потому что проходил мимо.

— Конечно, — охотно улыбнулась Луна. — Я даже думаю, что кое-кто составит нам компанию.

— Гарри и Джинни?

— Ханна, — засмеялась Луна. — Невилл, конечно же, Ханна. Невилл, пора тебе, наконец, понять, что счастье может быть и не таким, как его представляют люди.