Фандом: Капитан Блад. Джереми возвращается в Порт-Ройяль с молодой женой…
Добавить в моё избранное
14 мин, 36 сек 970
Над заливом всходило солнце. Чайки вились над гладью морской воды, и блики на ней, протягиваясь длинной дорожкой и разбрызгиваясь во все ее концы, отливали ярким серебром и золотом.
На корабле суетились матросы. Они ловко, как мухи, карабкались на мачты, натягивали на реях паруса и дружно, налегая на брасы, разворачивали их в нужные стороны.
— Ну-ка, пошевеливайтесь! — Волверстон стоял на палубе, широко расставив ноги, и отдавал приказания матросам. — Дьявол тебя раздери, Джек, кто так драит палубу?! Смотри у меня, не смей филонить! Сегодня, как вы знаете, все должно блестеть. Приказ капитана — ясно вам? И чтобы все слушались, не то шкуру спущу!
Вся команда суетилась, вешая брамсели, бом-брамсели, стаксели, укрепляя ванты на мачтах и стеньгах.
Волверстон ещё немного посмотрел на них, отошёл к борту и принялся набивать трубку.
— Сегодня приезжает мой друг с молодой женой, — уже тише сказал он, — и я хочу, чтобы всё здесь было как на праздник.
Покрикивал на матросов он больше по привычке, поддерживая повторяя принятые на корабле указания. Они и так знали, что делать, и выполняли свою работу безукоризненно.
И он командовал, подбадривая их и себя — для работы, для привычной атмосферы на судне.
Чайки крутились над морем, своими резкими криками разрезая тишину залива. Старый волк закурил, поглядывая через борт на слегка волнующуюся водную гладь.
Сегодня действительно приплывал в Порт-Рояль на своем корабле с молодой женой Джереми Питт с северного побережья Ямайки, где в небольшом торговом городишке, затерянном в скалах, он провел свой медовый месяц. В честь их прибытия семья губернатора — Блад и его жена еще не были знакомы с миссис Питт — устраивала небольшой семейный вечер. Волверстон тоже решил отпраздновать появление друга — по-своему, торжественно предоставив гостям свой корабль.
День обещал быть солнечным, лёгкий морской бриз гнал волну. Капитан взглянул в сторону запада и подумал, что погода сегодня, хвала небесам, ровная и корабль Питта должен прийти к обеду.
— … С ума можно сойти с этим угощением! — Арабелла стояла посреди зала и отдавала приказы. Сейчас в ней трудно было узнать ту мальчишеского сложения девушку, которая когда-то запросто и не церемонясь обращалась с кавалерами. Что-то женственное появилось во всем её облике. — Серебряных ложек… так… и еще фарфоровый сервиз… Молли, скажи там, на кухне, насчет жаркого…
Блад вошел со шляпой в руке, с улыбкой склонился, поцеловал ее руку. Подождал, пока она отдавала приказы негритянке.
— Что, не каждый день приезжает Джереми? — спросил он. — Весь дом сбивается с ног?
— С ума можно сойти! — вздохнув, повторила Арабелла. — И ты… Сколько сейчас время? Пожалуй, поезжай туда прямо сейчас. Надо все успеть. Скорей, не мешкай! Мне еще с угощением…
Блад подхватил шляпу и весело склонился:
— Слушаюсь, моя королева!
Она, не отвечая на шутку, торопливо поцеловала его в щёку:
— Беги!
… Блад внимательно посмотрел на молодую белокурую женщину невысокого роста, с тёмно-серыми глазами, которую Джереми Питт под руку подвёл к нему.
— Рад приветствовать вас под моим кровом, сударыня, — сказал он, учтиво кланяясь. — Надеюсь, что мой дом станет в эти дни вашим домом, и вы ни в чем не испытаете неудобств. Рад быть наконец-то знакомым с вами, и видеть, что вы составили счастье моего друга…
Мэри Питт улыбнулась и сделала книксен. Когда они отошли, Блад долго смотрел им вслед.
Оба корабля — Волверстона и Питта — возвышались над сверкающей гладью бухты. Величественные мачты, наряженные парусами, устремлялись в небо. Солнце ярко светило над ямайским берегом, играя в яркой зелени, белом известняке над обрывами.
Гости прогуливались по палубе. Мэри запрокинула голову, глядя на величественную грот-мачту корабля Волверстона, возвышавшуюся над ней.
Старый волк облокотился на поручни, умиротворенно издали наблюдая за молодой парой. Это он придумал приготовить свое судно к приему гостей, надраив палубу и подняв паруса, выставить во всей красе, как перед отплытием, чтобы гости могли прогуляться к морю и зайти на его корабль. От дома губернатора песчаная дорожка вела прямо к причалу — и приятная прогулка завершалась экскурсией по палубе. Все вокруг губернаторского дома было украшено цветами и фонариками. Белый прибрежный песок лежал мягкими волнами под теплыми лучами солнца.
— Во всей красе, как перед отплытием, — удовлетворенно пробормотал Волверстон, поправив шляпу. — Уж мы с командой сегодня устроим праздник! Славно напьемся, вспоминая о былых временах! И за обе молодые пары поднимем чарку, дай Господь им удачи в жизни!
Старый волк от души любовался счастьем своих друзей. Сам он не чувствовал себя созданным для семейной жизни, но всегда рад был за своих ближних, если им улыбнулась фортуна.
— Тебе не холодно?
На корабле суетились матросы. Они ловко, как мухи, карабкались на мачты, натягивали на реях паруса и дружно, налегая на брасы, разворачивали их в нужные стороны.
— Ну-ка, пошевеливайтесь! — Волверстон стоял на палубе, широко расставив ноги, и отдавал приказания матросам. — Дьявол тебя раздери, Джек, кто так драит палубу?! Смотри у меня, не смей филонить! Сегодня, как вы знаете, все должно блестеть. Приказ капитана — ясно вам? И чтобы все слушались, не то шкуру спущу!
Вся команда суетилась, вешая брамсели, бом-брамсели, стаксели, укрепляя ванты на мачтах и стеньгах.
Волверстон ещё немного посмотрел на них, отошёл к борту и принялся набивать трубку.
— Сегодня приезжает мой друг с молодой женой, — уже тише сказал он, — и я хочу, чтобы всё здесь было как на праздник.
Покрикивал на матросов он больше по привычке, поддерживая повторяя принятые на корабле указания. Они и так знали, что делать, и выполняли свою работу безукоризненно.
И он командовал, подбадривая их и себя — для работы, для привычной атмосферы на судне.
Чайки крутились над морем, своими резкими криками разрезая тишину залива. Старый волк закурил, поглядывая через борт на слегка волнующуюся водную гладь.
Сегодня действительно приплывал в Порт-Рояль на своем корабле с молодой женой Джереми Питт с северного побережья Ямайки, где в небольшом торговом городишке, затерянном в скалах, он провел свой медовый месяц. В честь их прибытия семья губернатора — Блад и его жена еще не были знакомы с миссис Питт — устраивала небольшой семейный вечер. Волверстон тоже решил отпраздновать появление друга — по-своему, торжественно предоставив гостям свой корабль.
День обещал быть солнечным, лёгкий морской бриз гнал волну. Капитан взглянул в сторону запада и подумал, что погода сегодня, хвала небесам, ровная и корабль Питта должен прийти к обеду.
— … С ума можно сойти с этим угощением! — Арабелла стояла посреди зала и отдавала приказы. Сейчас в ней трудно было узнать ту мальчишеского сложения девушку, которая когда-то запросто и не церемонясь обращалась с кавалерами. Что-то женственное появилось во всем её облике. — Серебряных ложек… так… и еще фарфоровый сервиз… Молли, скажи там, на кухне, насчет жаркого…
Блад вошел со шляпой в руке, с улыбкой склонился, поцеловал ее руку. Подождал, пока она отдавала приказы негритянке.
— Что, не каждый день приезжает Джереми? — спросил он. — Весь дом сбивается с ног?
— С ума можно сойти! — вздохнув, повторила Арабелла. — И ты… Сколько сейчас время? Пожалуй, поезжай туда прямо сейчас. Надо все успеть. Скорей, не мешкай! Мне еще с угощением…
Блад подхватил шляпу и весело склонился:
— Слушаюсь, моя королева!
Она, не отвечая на шутку, торопливо поцеловала его в щёку:
— Беги!
… Блад внимательно посмотрел на молодую белокурую женщину невысокого роста, с тёмно-серыми глазами, которую Джереми Питт под руку подвёл к нему.
— Рад приветствовать вас под моим кровом, сударыня, — сказал он, учтиво кланяясь. — Надеюсь, что мой дом станет в эти дни вашим домом, и вы ни в чем не испытаете неудобств. Рад быть наконец-то знакомым с вами, и видеть, что вы составили счастье моего друга…
Мэри Питт улыбнулась и сделала книксен. Когда они отошли, Блад долго смотрел им вслед.
Оба корабля — Волверстона и Питта — возвышались над сверкающей гладью бухты. Величественные мачты, наряженные парусами, устремлялись в небо. Солнце ярко светило над ямайским берегом, играя в яркой зелени, белом известняке над обрывами.
Гости прогуливались по палубе. Мэри запрокинула голову, глядя на величественную грот-мачту корабля Волверстона, возвышавшуюся над ней.
Старый волк облокотился на поручни, умиротворенно издали наблюдая за молодой парой. Это он придумал приготовить свое судно к приему гостей, надраив палубу и подняв паруса, выставить во всей красе, как перед отплытием, чтобы гости могли прогуляться к морю и зайти на его корабль. От дома губернатора песчаная дорожка вела прямо к причалу — и приятная прогулка завершалась экскурсией по палубе. Все вокруг губернаторского дома было украшено цветами и фонариками. Белый прибрежный песок лежал мягкими волнами под теплыми лучами солнца.
— Во всей красе, как перед отплытием, — удовлетворенно пробормотал Волверстон, поправив шляпу. — Уж мы с командой сегодня устроим праздник! Славно напьемся, вспоминая о былых временах! И за обе молодые пары поднимем чарку, дай Господь им удачи в жизни!
Старый волк от души любовался счастьем своих друзей. Сам он не чувствовал себя созданным для семейной жизни, но всегда рад был за своих ближних, если им улыбнулась фортуна.
— Тебе не холодно?
Страница 1 из 5
