Фандом: Гарри Поттер. Том в его мире. Он не должен быть здесь.
Добавить в моё избранное
5 мин, 38 сек 11589
— Я знаю. Время. Это всё, о чём я прошу.
Гарри отчаянно всматривается в его лицо. На него свалилось слишком много.
— Мерлин, — шипит Том, и Гарри хочется рассмеяться, потому что слышать это из уст Тома очень странно. Гарри интересно, что ещё изменилось в Томе, кроме причёски, одежды и морщинок. — Ты ещё красивее, чем я тебя помню.
Гарри заливается краской. Он резко подаётся вперёд и неуклюже целует Тома, сталкиваясь с ним зубами. Но Том не обращает на это внимания. Он зарывает пальцы в непослушные волосы Гарри и притягивает его ближе, ещё ближе, пока не падает на спину. Гарри следует за ним и оказывается сверху.
Поцелуй по вкусу похож на снег и пепел, и Гарри стонет, сжимая рубашку Тома.
Раздаётся стук в дверь. Их тела переплетены, и Гарри, полный чувства вины и стыда, быстро отстраняется. С красным лицом, он поправляет старую хлопковую майку. Том, поджав губы, поднимается вслед за ним.
— Гарри?
Это Гермиона.
— Да? — спрашивает он.
— Ты? — она запинается и прочищает горло, прежде чем продолжить. — Всё хорошо? Тебе что-нибудь нужно?
«Тебе нужна наша помощь?», — слышит Гарри.
Гарри знает. Уголок его губ слегка приподнимается. Том наблюдает за ним, склонив голову набок и сощурив глаза. Гарри раньше не видел на нём такое выражение лица, и оно ему нравится.
— Нет, — говорит Гарри. — Нет… Я имею в виду, не всё хорошо. Немного запутанно. Но нормально. У меня всё нормально.
Он слышит вздох.
— Если ты уверен.
Гарри чувствует, что Гермиона медлит. Он не против. Повернувшись к Тому, он опять поджимает под себя ноги и кладёт руки на колени. Он не доверяет ни своим беспокойным пальцам, ни своему телу, ни своему сердцу.
— Если ты останешься, — наконец говорит Гарри, — я не могу ничего гарантировать тебе.
— Не можешь? — приподняв бровь, Том распрямляет спину.
— Не могу. Это… это всё слишком невозможно.
Безукоризненная осанка исчезает, и плечи Тома слегка опускаются, выдавая его волнение.
— Ну, да, невозможно. Непросто. Невероятно опасно.
На лице Гарри появляется улыбка — одна из тех, которые предназначены только Тому.
— Да, всё это и даже больше.
— Понятно.
— Том, — Гарри наклоняет голову, чтобы поймать ускользающий взгляд Тома, серьёзный, но не осуждающий. — Это невозможно.
— Я уже понял, спасибо, — резко говорит Том и вжимает голову в плечи. Видя это, Гарри не может сдержать улыбки. Это было слишком легко.
— Тебе повезло, — даже в тусклом свете зелёные глаза Гарри, как всегда, сияют. — Невозможное — мой конёк.
На какое-то мгновение воцаряется тишина.
Том улыбается.
Гарри отчаянно всматривается в его лицо. На него свалилось слишком много.
— Мерлин, — шипит Том, и Гарри хочется рассмеяться, потому что слышать это из уст Тома очень странно. Гарри интересно, что ещё изменилось в Томе, кроме причёски, одежды и морщинок. — Ты ещё красивее, чем я тебя помню.
Гарри заливается краской. Он резко подаётся вперёд и неуклюже целует Тома, сталкиваясь с ним зубами. Но Том не обращает на это внимания. Он зарывает пальцы в непослушные волосы Гарри и притягивает его ближе, ещё ближе, пока не падает на спину. Гарри следует за ним и оказывается сверху.
Поцелуй по вкусу похож на снег и пепел, и Гарри стонет, сжимая рубашку Тома.
Раздаётся стук в дверь. Их тела переплетены, и Гарри, полный чувства вины и стыда, быстро отстраняется. С красным лицом, он поправляет старую хлопковую майку. Том, поджав губы, поднимается вслед за ним.
— Гарри?
Это Гермиона.
— Да? — спрашивает он.
— Ты? — она запинается и прочищает горло, прежде чем продолжить. — Всё хорошо? Тебе что-нибудь нужно?
«Тебе нужна наша помощь?», — слышит Гарри.
Гарри знает. Уголок его губ слегка приподнимается. Том наблюдает за ним, склонив голову набок и сощурив глаза. Гарри раньше не видел на нём такое выражение лица, и оно ему нравится.
— Нет, — говорит Гарри. — Нет… Я имею в виду, не всё хорошо. Немного запутанно. Но нормально. У меня всё нормально.
Он слышит вздох.
— Если ты уверен.
Гарри чувствует, что Гермиона медлит. Он не против. Повернувшись к Тому, он опять поджимает под себя ноги и кладёт руки на колени. Он не доверяет ни своим беспокойным пальцам, ни своему телу, ни своему сердцу.
— Если ты останешься, — наконец говорит Гарри, — я не могу ничего гарантировать тебе.
— Не можешь? — приподняв бровь, Том распрямляет спину.
— Не могу. Это… это всё слишком невозможно.
Безукоризненная осанка исчезает, и плечи Тома слегка опускаются, выдавая его волнение.
— Ну, да, невозможно. Непросто. Невероятно опасно.
На лице Гарри появляется улыбка — одна из тех, которые предназначены только Тому.
— Да, всё это и даже больше.
— Понятно.
— Том, — Гарри наклоняет голову, чтобы поймать ускользающий взгляд Тома, серьёзный, но не осуждающий. — Это невозможно.
— Я уже понял, спасибо, — резко говорит Том и вжимает голову в плечи. Видя это, Гарри не может сдержать улыбки. Это было слишком легко.
— Тебе повезло, — даже в тусклом свете зелёные глаза Гарри, как всегда, сияют. — Невозможное — мой конёк.
На какое-то мгновение воцаряется тишина.
Том улыбается.
Страница 2 из 2
