Фандом: Гарри Поттер. — Гарри, ты знаешь, кого навещает Малфой? Спустя годы после окончания войны, Гермиона, находясь в больнице Святого Мунго, думает, что она целитель. Но ее разуму не следует доверять. Чары памяти.
Добавить в моё избранное
19 мин, 17 сек 18444
Шагая вниз по коридору, обходя знакомые двери, Гермиона в очередной раз находит себя стоящей перед ни кем иным, как Драко Малфоем. Позволив взгляду блуждать вверх и вниз по его телу, она отмечает, что он, к счастью, одет не в одну из этих ужасающих желтых мантий, а в обыкновенную черную. Случайный человек мог бы подумать, что он в трауре, не зная Малфоя и его помешанность на черной одежде, — честное слово, Гермиона считает, что у него нет никаких других мантий, за исключением слизеринской зеленой из Хогвартса, разумеется.
— Малфой, — приветствует она, пытаясь быть вежливой, потому что он посетитель, а это ее работа — помогать и относиться к ним с некоторой вежливостью, — вижу, ты тоже пропустил последний писк моды.
— Пардон? — спрашивает Малфой, одна его бровь взлетает так высоко, что почти теряется в проборе.
— Желтый, — морщит носик Гермиона. — Они по всему Святому Мунго, — она не замечает, как Малфой медленно прикрывает глаза. На его на лице мелькает меланхоличное выражение, достойное кисти художника, которое тут же сменяется явным отвращением.
— Впрочем, я была удивлена, что ты не следуешь тому, что, кажется, сейчас в почете у остального волшебного мира — с твоим окружением, полным снобов и прочее.
— Ты ожидаешь, что я оденусь в цвета Хаффлпаффа? — ужасается он.
Гермиона закатывает глаза. Предоставьте это Малфою — помнить все факультеты Хогвартса и ненавидеть каждый из них, кроме Слизерина.
— Что ж, — говорит она, не желая оставаться около Малфоя слишком долго, — уверена, ты знаешь дорогу.
— Я уже ухожу.
Гермиона заглядывает через его плечо, прослеживая направление, откуда он пришел, и снова на его лицо.
— Тогда ты идешь не в ту сторону.
— Нет, не иду, — отвечает он с непоколебимым взглядом, но была какая-то, она не побоится этого слова… мягкость в его глазах. Гермиона в замешательстве стоит, бесцельно разглядывая его спину, когда он поворачивается, уходя тем же путем, что и пришел.
К тому времени, как она опомнилась, Малфой исчез из виду. Гермиона качает головой. Заносчивый мерзавец был, вероятно, слишком горд, чтобы признать — она указала на его ошибку.
21 ноября, 2006
16:32
— Я видела Малфоя сегодня.
Гарри напрягается и осторожно спрашивает:
— Драко?
Гермиона отрывается от своего хождения по палате, одной из множества в больнице, и приподнимает бровь, глядя на него.
— Каких еще Малфоев ты знаешь? — ее мельтешение возобновляется, пока она бормочет себе под нос о дурости и отсутствии здравого смысла.
Воцаряется долгое молчание, прежде чем Гарри отвечает:
— Ну, не знаю. Ты могла говорить о Люциусе или Нарциссе Малфой.
— Не смеши меня, — фыркает Гермиона, откидывая голову назад, от одной только мысли. — Его родители заперты в Азкабане и больше никогда не увидят солнечного света. О ком еще я могла говорить? — она вдруг замирает на полушаге. Тряхнув головой в сторону Гарри, Гермиона спрашивает: — Малфой, разве он не должен быть в Азкабане? Я, он?
Гарри серьезно качает головой.
— Гермиона… Дра-Малфой, он на нашей стороне.
— Что?
— Он переметнулся, был нашим шпионом, Гермиона. Он хороший человек.
— Это нелепо! Ты еще скажи, что Люциус разгуливает на свободе.
— На самом деле…
— Ты совсем с ума сошел! Гарри, что?
— Это правда, Гермиона. Малфои… они на нашей стороне.
Гермиона энергично трясет головой. Ее руки отчаянно сжимаются и разжимаются, пока она носится взад и вперед по маленькому пространству.
— Я… я не… Гарри, я не помню этого. Как… что… — так же быстро, как вспыхнула, ее паника стихает, когда смятые простыни на незанятой постели привлекают ее внимание. — Ох, в этом месте все столь некомпетентные? Такое пустяковое дело… — бормочет Гермиона себе под нос, пытаясь разгладить простыни руками.
— Гермиона…
Слегка подпрыгнув, она прикладывает руки к груди и произносит:
— Мерлин, Гарри! Не пугай меня, — улыбаясь, она шагает навстречу другу, который сидит на стуле около двери. — Где Рон?
Гарри моргает несколько раз, будто пытаясь избавиться от набегающих слез, и чуть мотает головой:
— Он на задании с Дра… — неожиданная заминка, — он на задании. Аврорские дела. Сегодня только ты и я.
Улыбка касается лишь его губ.
— Ох, мне так жаль, Гарри. Я очень занята, встретимся в другой раз? — Гермиона оглядывается на разобранную постель и с сожалением — на друга. — Например, с Роном?
Гарри кивает, встает и неуверенно мнется несколько секунд, прежде чем дарит ей одну из этих странных улыбочек — она не совсем понимает почему — и уходит.
Гермиона остается в совершенно белоснежной комнате, ее руки сжимаются и разжимаются. Один раз. Два.
Грейнджер. Грейнджер… Гермиона…
— Малфой, — приветствует она, пытаясь быть вежливой, потому что он посетитель, а это ее работа — помогать и относиться к ним с некоторой вежливостью, — вижу, ты тоже пропустил последний писк моды.
— Пардон? — спрашивает Малфой, одна его бровь взлетает так высоко, что почти теряется в проборе.
— Желтый, — морщит носик Гермиона. — Они по всему Святому Мунго, — она не замечает, как Малфой медленно прикрывает глаза. На его на лице мелькает меланхоличное выражение, достойное кисти художника, которое тут же сменяется явным отвращением.
— Впрочем, я была удивлена, что ты не следуешь тому, что, кажется, сейчас в почете у остального волшебного мира — с твоим окружением, полным снобов и прочее.
— Ты ожидаешь, что я оденусь в цвета Хаффлпаффа? — ужасается он.
Гермиона закатывает глаза. Предоставьте это Малфою — помнить все факультеты Хогвартса и ненавидеть каждый из них, кроме Слизерина.
— Что ж, — говорит она, не желая оставаться около Малфоя слишком долго, — уверена, ты знаешь дорогу.
— Я уже ухожу.
Гермиона заглядывает через его плечо, прослеживая направление, откуда он пришел, и снова на его лицо.
— Тогда ты идешь не в ту сторону.
— Нет, не иду, — отвечает он с непоколебимым взглядом, но была какая-то, она не побоится этого слова… мягкость в его глазах. Гермиона в замешательстве стоит, бесцельно разглядывая его спину, когда он поворачивается, уходя тем же путем, что и пришел.
К тому времени, как она опомнилась, Малфой исчез из виду. Гермиона качает головой. Заносчивый мерзавец был, вероятно, слишком горд, чтобы признать — она указала на его ошибку.
21 ноября, 2006
16:32
— Я видела Малфоя сегодня.
Гарри напрягается и осторожно спрашивает:
— Драко?
Гермиона отрывается от своего хождения по палате, одной из множества в больнице, и приподнимает бровь, глядя на него.
— Каких еще Малфоев ты знаешь? — ее мельтешение возобновляется, пока она бормочет себе под нос о дурости и отсутствии здравого смысла.
Воцаряется долгое молчание, прежде чем Гарри отвечает:
— Ну, не знаю. Ты могла говорить о Люциусе или Нарциссе Малфой.
— Не смеши меня, — фыркает Гермиона, откидывая голову назад, от одной только мысли. — Его родители заперты в Азкабане и больше никогда не увидят солнечного света. О ком еще я могла говорить? — она вдруг замирает на полушаге. Тряхнув головой в сторону Гарри, Гермиона спрашивает: — Малфой, разве он не должен быть в Азкабане? Я, он?
Гарри серьезно качает головой.
— Гермиона… Дра-Малфой, он на нашей стороне.
— Что?
— Он переметнулся, был нашим шпионом, Гермиона. Он хороший человек.
— Это нелепо! Ты еще скажи, что Люциус разгуливает на свободе.
— На самом деле…
— Ты совсем с ума сошел! Гарри, что?
— Это правда, Гермиона. Малфои… они на нашей стороне.
Гермиона энергично трясет головой. Ее руки отчаянно сжимаются и разжимаются, пока она носится взад и вперед по маленькому пространству.
— Я… я не… Гарри, я не помню этого. Как… что… — так же быстро, как вспыхнула, ее паника стихает, когда смятые простыни на незанятой постели привлекают ее внимание. — Ох, в этом месте все столь некомпетентные? Такое пустяковое дело… — бормочет Гермиона себе под нос, пытаясь разгладить простыни руками.
— Гермиона…
Слегка подпрыгнув, она прикладывает руки к груди и произносит:
— Мерлин, Гарри! Не пугай меня, — улыбаясь, она шагает навстречу другу, который сидит на стуле около двери. — Где Рон?
Гарри моргает несколько раз, будто пытаясь избавиться от набегающих слез, и чуть мотает головой:
— Он на задании с Дра… — неожиданная заминка, — он на задании. Аврорские дела. Сегодня только ты и я.
Улыбка касается лишь его губ.
— Ох, мне так жаль, Гарри. Я очень занята, встретимся в другой раз? — Гермиона оглядывается на разобранную постель и с сожалением — на друга. — Например, с Роном?
Гарри кивает, встает и неуверенно мнется несколько секунд, прежде чем дарит ей одну из этих странных улыбочек — она не совсем понимает почему — и уходит.
Гермиона остается в совершенно белоснежной комнате, ее руки сжимаются и разжимаются. Один раз. Два.
Грейнджер. Грейнджер… Гермиона…
Страница 2 из 6
