Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13555
Может быть, он еще сумеет нагнать ее?
— За мной! — скомандовал Ар, бросившись по темной заснеженной улице, ведущей из города. Там драконы, в числе которых был Винланг, на спине которого восседала Гаруна, взлетели и понеслись низко над заметенной дорогой.
— Откуда ты знаешь этого Хранителя? — спросил Артраана Ганмонд. Эти двое старались ненавидеть друг друга в свободное время, а при выполнении заданий они были вынуждены уживаться мирно.
— Морри была моей напарницей. Нам казалось, что каждый из нас выполняет свое задание, но на самом деле мы с ней пытались предотвратить одно и то же! Как же много я успел бы сделать, если бы понял это раньше! — ответил, прибавив ходу, неравнорогий.
— Морри, говоришь? — усмехнулся Хунтерд. — То-то я заметил, что ты словно помолодевшим вернулся…
«Так значит, мой враг неравнодушен к человеку? — подумал про себя Ганмонд. — Какая жалость! В таком виде у криворогого бедняжки нет ни единого шанса понравиться женщине! Зато, если он в споре опять распустит язык, я буду знать, куда давить, чтобы поставить Артраана на место».
В течение десяти минут драконы не встретили на своем пути никого, кроме пары вспуганных оленей: дорога, ведущая в небогатый феод, была непопулярной. Но вскоре ящеры заметили группу из пяти мужчин с мечами и топорами в руках. Они стояли спина к спине, крепко держа под уздцы прижавших уши, топчущихся на месте коней. Люди были окружены псами. Но какие это были псы… Изувеченные, покрытые струпьями и отвратительными проплешинами, они смотрели на двуногих и их лошадей остекленевшими глазами и пустыми глазницами. Один из псов бросился на человека, за что получил топором по перекошенной морде. Кони испуганно заржали.
Артраан, летевший впереди всех, нырнул вниз и, распахнув широкие крылья, обрушился на собачью стаю: втоптал в снег сразу трех тварей, другую перекусил пополам. Хунтерд ударом лапы в труху перебил кости еще двум взбешенным шавкам, а окруженные люди мечами и топорами перерубили остальных. То, что от них осталось — лапы, головы и хвосты — все еще шевелилось, силясь собраться воедино. Последняя одноглазая псина с оторванным ухом и драным ошейником, болтающимся на худой шее, и не думала бежать: разинув безобразную пасть, из которой торчали переломанные зубы, она даже не залаяла, захрипела на врагов.
— Спасибо, — прогудел угрюмый бородатый мужчина, похожий на медведя, убирая меч. — Не пойму никак: откуда эта стервь взялась здесь?! И ведь никак не подохнет! — Другой человек с топором в руках двинулся на последнюю уцелевшую псину.
— Стой, — властно сказала, спешившись, Гаруна. — Я хочу посмотреть на нее.
Среди людей послышался шепот: «ведьма»…
Она же, держа в одной руке посох, приблизилась к псу. Тот оскалился.
— Это побочный эффект. Где-то поблизости использовали весьма агрессивное заклинание, воскрешающее мертвых. Такими обычно поднимают армию. Поэтому случайно попавшие под его действие миролюбивые по природе животные стали такими…
Псина, злобно сощурив единственный белый глаз, кинулась на Гаруну. Однако зверя остановило единственное прикосновение посоха колдуньи: собака рухнула на снег и больше не двигалась.
— … неприветливыми.
Угрюмый мужчина поморщился и, одернув своего коня, влез в седло. Его спутники тоже оседлали своих коней.
— Стойте, у меня пара вопросов к вам! — припустил следом Артраан.
— Ну?
— Феод Морены инф Сеолдар в той стороне? — дракон показал лапой туда, откуда пришли люди.
— Феод уже не ее.
— То есть как это — не ее?
— Госпожа Морена умерла две недели тому назад. Теперь у нас новый хозяин. Церковь разгромил, скот безбожный, да уперся куда-то. Нас оставил своему другу — уродцу в перьях. Им мы служить не хотим и не будем! Пусть хоть на суку вздернут — не вернемся назад! Теперь наш дом — лагерь ополченцев! Йя! — мужчина ударил коня в бока, и его компания поскакала дальше. Артраан проводил их взглядом.
— Что теперь? — спросил Ганмонд, слышавший их слова.
— Они ошибаются. Я видел Морену шесть дней назад. Она жива, но здесь не появлялась. Возможно, корабль задержался, а злые языки уже распустили слухи. Давайте вернемся в Сеймурд и прочешем порт!
— Артраан, два рода Хранителей — два едва ли не самых древних человеческих рода. Они не глупы. Во-первых, та женщина, которую ты встретил, наверняка уже скрылась и придумала, как избежать неприятных встреч…
— А если нет? Если ей нужна наша помощь?
— … а во-вторых, ключевую роль играют потомки Йоргерда, чьи жизни являются гарантом сохранности ларца. Они не могли рисковать, отправляясь в храм Десиджарры. С тобой была представительница рода Лайерда Пламенное Сердце, выполняющая лишь роль защитника. Возможно, она располагает информацией, которая может оказаться для нас полезной, но жизнь ее не значит по большому счету ничего.
— За мной! — скомандовал Ар, бросившись по темной заснеженной улице, ведущей из города. Там драконы, в числе которых был Винланг, на спине которого восседала Гаруна, взлетели и понеслись низко над заметенной дорогой.
— Откуда ты знаешь этого Хранителя? — спросил Артраана Ганмонд. Эти двое старались ненавидеть друг друга в свободное время, а при выполнении заданий они были вынуждены уживаться мирно.
— Морри была моей напарницей. Нам казалось, что каждый из нас выполняет свое задание, но на самом деле мы с ней пытались предотвратить одно и то же! Как же много я успел бы сделать, если бы понял это раньше! — ответил, прибавив ходу, неравнорогий.
— Морри, говоришь? — усмехнулся Хунтерд. — То-то я заметил, что ты словно помолодевшим вернулся…
«Так значит, мой враг неравнодушен к человеку? — подумал про себя Ганмонд. — Какая жалость! В таком виде у криворогого бедняжки нет ни единого шанса понравиться женщине! Зато, если он в споре опять распустит язык, я буду знать, куда давить, чтобы поставить Артраана на место».
В течение десяти минут драконы не встретили на своем пути никого, кроме пары вспуганных оленей: дорога, ведущая в небогатый феод, была непопулярной. Но вскоре ящеры заметили группу из пяти мужчин с мечами и топорами в руках. Они стояли спина к спине, крепко держа под уздцы прижавших уши, топчущихся на месте коней. Люди были окружены псами. Но какие это были псы… Изувеченные, покрытые струпьями и отвратительными проплешинами, они смотрели на двуногих и их лошадей остекленевшими глазами и пустыми глазницами. Один из псов бросился на человека, за что получил топором по перекошенной морде. Кони испуганно заржали.
Артраан, летевший впереди всех, нырнул вниз и, распахнув широкие крылья, обрушился на собачью стаю: втоптал в снег сразу трех тварей, другую перекусил пополам. Хунтерд ударом лапы в труху перебил кости еще двум взбешенным шавкам, а окруженные люди мечами и топорами перерубили остальных. То, что от них осталось — лапы, головы и хвосты — все еще шевелилось, силясь собраться воедино. Последняя одноглазая псина с оторванным ухом и драным ошейником, болтающимся на худой шее, и не думала бежать: разинув безобразную пасть, из которой торчали переломанные зубы, она даже не залаяла, захрипела на врагов.
— Спасибо, — прогудел угрюмый бородатый мужчина, похожий на медведя, убирая меч. — Не пойму никак: откуда эта стервь взялась здесь?! И ведь никак не подохнет! — Другой человек с топором в руках двинулся на последнюю уцелевшую псину.
— Стой, — властно сказала, спешившись, Гаруна. — Я хочу посмотреть на нее.
Среди людей послышался шепот: «ведьма»…
Она же, держа в одной руке посох, приблизилась к псу. Тот оскалился.
— Это побочный эффект. Где-то поблизости использовали весьма агрессивное заклинание, воскрешающее мертвых. Такими обычно поднимают армию. Поэтому случайно попавшие под его действие миролюбивые по природе животные стали такими…
Псина, злобно сощурив единственный белый глаз, кинулась на Гаруну. Однако зверя остановило единственное прикосновение посоха колдуньи: собака рухнула на снег и больше не двигалась.
— … неприветливыми.
Угрюмый мужчина поморщился и, одернув своего коня, влез в седло. Его спутники тоже оседлали своих коней.
— Стойте, у меня пара вопросов к вам! — припустил следом Артраан.
— Ну?
— Феод Морены инф Сеолдар в той стороне? — дракон показал лапой туда, откуда пришли люди.
— Феод уже не ее.
— То есть как это — не ее?
— Госпожа Морена умерла две недели тому назад. Теперь у нас новый хозяин. Церковь разгромил, скот безбожный, да уперся куда-то. Нас оставил своему другу — уродцу в перьях. Им мы служить не хотим и не будем! Пусть хоть на суку вздернут — не вернемся назад! Теперь наш дом — лагерь ополченцев! Йя! — мужчина ударил коня в бока, и его компания поскакала дальше. Артраан проводил их взглядом.
— Что теперь? — спросил Ганмонд, слышавший их слова.
— Они ошибаются. Я видел Морену шесть дней назад. Она жива, но здесь не появлялась. Возможно, корабль задержался, а злые языки уже распустили слухи. Давайте вернемся в Сеймурд и прочешем порт!
— Артраан, два рода Хранителей — два едва ли не самых древних человеческих рода. Они не глупы. Во-первых, та женщина, которую ты встретил, наверняка уже скрылась и придумала, как избежать неприятных встреч…
— А если нет? Если ей нужна наша помощь?
— … а во-вторых, ключевую роль играют потомки Йоргерда, чьи жизни являются гарантом сохранности ларца. Они не могли рисковать, отправляясь в храм Десиджарры. С тобой была представительница рода Лайерда Пламенное Сердце, выполняющая лишь роль защитника. Возможно, она располагает информацией, которая может оказаться для нас полезной, но жизнь ее не значит по большому счету ничего.
Страница 62 из 86
