Они мечтали их встретить, стать друзьями или больше, чем друзьями, все о чем мечтает Крипифан. Но надежды их обманули, а ресницы вечно смахивали бесконечные потоки слез, ноги бежали, руки цеплялись… Мечты обманчивы, надежда врет, жизнь бессмысленна, когда мечтаешь о своей смерти, не подозревая этого. Думайте когда загадываете желания, они могут оказаться последними…
Добавить в моё избранное
146 мин, 56 сек 13306
— не выдержал Безглазый и буквально вырвал меня из рук Джеффа.
Какая наглость! Какое самолюбие! Я как игрушка! Хотя, так оно и есть. Но все же! Я поражалась ими! Они правда думают, Что я игрушка или просто так называют меня? Господи, они психи. Джек вошел в меня и стал двигать тазом. Вскоре он схватил меня за бедра и сам начал подталкивать меня к себе. В скором или не в скором времени, я совсем потеряла ход часов, пока подыхала от острой, жгучей и ужасной боли. Отдышавшись, я поползла за одеждой, но не успела я белье и в руки взять, как подоспевший Убийца забрал одежду из под моего носа.
— Сначала ты скажешь нам про Утопленника.
Я тяжело вздохнув, укуталась в одеяле и принялась рассказывать про случай в ванной. После не долгого рассказа, который они удосужились послушать, мои собеседники разлились в громком, а то и в истерическом смехе. Казалось, что они сейчас подохнут. Я надеялась. Но нет. Живы остались, только опять пришлось им дыхание восстанавливать. Вообще я не думала, что они так отреагируют на эту историю. Думаю они буду орать, бить, матерится, но видать, кто хочет, тот и трахает их куклу. Или это на них так влияет водка?
— Так вот значит почему ты уже не девственница, — усмехнулся Джек. — Мы опоздали, Джеффри.
— Вовсе нет! Я в одиннадцать лет её ещё потеряла… — зачем я это сказала?
— Ну-ка, я слушаю, — прыгнул на меня Джефф.
— Вам то какое дело?!
— Рассказывай, блять! — рявкнул Джек.
— Х-хорошо… Помню ту темную, беспросветную ночь. Я тогда со школы одна домой шла. Зашла в темный переулок. Срезать хотела. Вот там и был этот… Уебок… — другими словами и не назовешь.
— Цц, ты чего это материшься? — возмутился Джефф и ударил по губам.
— Будто… — я запнулась. — Вот в общем я хотела повернуть назад, но он схватил меня за руку, а дальше… Дальше я не помню…
— Или не хочешь вспоминать. Ну ладно. Свободна, — Джек махнул рукой в сторону двери.
Я молча взяла одежду и вышла на лестницу. Господи. Я хочу домой…
Все в том же молчании я с Тоби зашли в дом и разошлись по комнатам. Я направлялась к лестнице, как Тикки резко схватив меня за руку, приблизил к себе.
— И не думай опять бежать. Я за себя не отвечаю, если увижу твой нос дальше этой входной двери, — он показал пальцем на вход.
Я кратко кивнула, и Тоби разомкнул кисть на моём воротнике. Быстрыми шагами поднявшись по лестнице, я облегченно вздохнула, когда поняла, что одна в комнате. Закрыв дверь и проехавшись по ней спиной, до моих ушей дошло шуршание. Только не они. Дай Бог, это мне показалось. Но шорох повторился и из-за кровати показалась черно-красные волосы.
— Лиз? Это ты?
— Сьюзи?…
— Да, да, это я, Лиз!
Подруга пошатываясь медленно встала. Ее потухшие глаза засветились при виде меня. Я улыбнулась и подошла к Лизи, не сдержавшись обняла её, все крепче прижимая к себе. Лизи расплакалась:
— Я хочу домой, Сью, домой!
— Я тоже хочу, Лизи.
— Они убили моих родителей!
Это шутка такая? Они убили её родителей? Я застыла в легком шоке. Родители Лиз были мне как свои, ужасно больно осознавать, что больше я не увижу её улыбающейся матери и строгого отца. Но больше всего мне было жаль подругу. Мои умерли, когда было лет шесть или пять, я прочувствовала эту моральную боль от корки до корки и долго не могла смириться с этим горем. Я не хочу желать этого своей лучшей подруге. Не хочу, чтобы она в душе страдала.
— Мои умерли при пожаре, не плачь, Лизи, мы выберемся, мы всегда выкручивались и сейчас тоже выкрутимся, они не будут нас держать вечно, они отпустят, — сама не веря в свои слова, твердила я подруге.
— Ты думаешь? Кто тебе это сказал? — она оторвала голову от моего плеча и посмотрела мне в глаза.
— Это другая история… Когда выберемся, то я все тебе расскажу, обещаю! — сказа я ей в нос, обхватив её щеки обеими руками. — Мы что-нибудь придумаем, не волнуйся.
На время Лизи перестала плакать и с надеждой, некой мольбой посмотрела на меня. На мгновение мне показалось, что Лизи поверила мне и даже представила наш очередной побег. Но не прошло и минуты, подруга снова уткнулась носом в мою шею и громко зарыдала:
— Нет! У нас опять ничего не выйдет! Они нас поймают! Они убьют мою сестру!
На это я ничего не могла ответить, разве что: «не убьют», но это бы не убедительно звучало, и Лизи продолжила рыдать ещё с большим приступом отчаянья. К счастью мне не пришлось снова врать подруге, утешать её, ибо громкий и протяжный крик, произнесший её имя, заставил Лизи покинуть меня, даже не попрощавшись. Может то и к лучшему. Мне нужно побыть одной, собраться с мыслями и все обдумать. Открыв окно, меня тут же встретил холодный ветер. Ну ничего, комнату нужно проветрить, а то дышать нечем.
Какая наглость! Какое самолюбие! Я как игрушка! Хотя, так оно и есть. Но все же! Я поражалась ими! Они правда думают, Что я игрушка или просто так называют меня? Господи, они психи. Джек вошел в меня и стал двигать тазом. Вскоре он схватил меня за бедра и сам начал подталкивать меня к себе. В скором или не в скором времени, я совсем потеряла ход часов, пока подыхала от острой, жгучей и ужасной боли. Отдышавшись, я поползла за одеждой, но не успела я белье и в руки взять, как подоспевший Убийца забрал одежду из под моего носа.
— Сначала ты скажешь нам про Утопленника.
Я тяжело вздохнув, укуталась в одеяле и принялась рассказывать про случай в ванной. После не долгого рассказа, который они удосужились послушать, мои собеседники разлились в громком, а то и в истерическом смехе. Казалось, что они сейчас подохнут. Я надеялась. Но нет. Живы остались, только опять пришлось им дыхание восстанавливать. Вообще я не думала, что они так отреагируют на эту историю. Думаю они буду орать, бить, матерится, но видать, кто хочет, тот и трахает их куклу. Или это на них так влияет водка?
— Так вот значит почему ты уже не девственница, — усмехнулся Джек. — Мы опоздали, Джеффри.
— Вовсе нет! Я в одиннадцать лет её ещё потеряла… — зачем я это сказала?
— Ну-ка, я слушаю, — прыгнул на меня Джефф.
— Вам то какое дело?!
— Рассказывай, блять! — рявкнул Джек.
— Х-хорошо… Помню ту темную, беспросветную ночь. Я тогда со школы одна домой шла. Зашла в темный переулок. Срезать хотела. Вот там и был этот… Уебок… — другими словами и не назовешь.
— Цц, ты чего это материшься? — возмутился Джефф и ударил по губам.
— Будто… — я запнулась. — Вот в общем я хотела повернуть назад, но он схватил меня за руку, а дальше… Дальше я не помню…
— Или не хочешь вспоминать. Ну ладно. Свободна, — Джек махнул рукой в сторону двери.
Я молча взяла одежду и вышла на лестницу. Господи. Я хочу домой…
Надежда умирает последней
POV СьюзиВсе в том же молчании я с Тоби зашли в дом и разошлись по комнатам. Я направлялась к лестнице, как Тикки резко схватив меня за руку, приблизил к себе.
— И не думай опять бежать. Я за себя не отвечаю, если увижу твой нос дальше этой входной двери, — он показал пальцем на вход.
Я кратко кивнула, и Тоби разомкнул кисть на моём воротнике. Быстрыми шагами поднявшись по лестнице, я облегченно вздохнула, когда поняла, что одна в комнате. Закрыв дверь и проехавшись по ней спиной, до моих ушей дошло шуршание. Только не они. Дай Бог, это мне показалось. Но шорох повторился и из-за кровати показалась черно-красные волосы.
— Лиз? Это ты?
— Сьюзи?…
— Да, да, это я, Лиз!
Подруга пошатываясь медленно встала. Ее потухшие глаза засветились при виде меня. Я улыбнулась и подошла к Лизи, не сдержавшись обняла её, все крепче прижимая к себе. Лизи расплакалась:
— Я хочу домой, Сью, домой!
— Я тоже хочу, Лизи.
— Они убили моих родителей!
Это шутка такая? Они убили её родителей? Я застыла в легком шоке. Родители Лиз были мне как свои, ужасно больно осознавать, что больше я не увижу её улыбающейся матери и строгого отца. Но больше всего мне было жаль подругу. Мои умерли, когда было лет шесть или пять, я прочувствовала эту моральную боль от корки до корки и долго не могла смириться с этим горем. Я не хочу желать этого своей лучшей подруге. Не хочу, чтобы она в душе страдала.
— Мои умерли при пожаре, не плачь, Лизи, мы выберемся, мы всегда выкручивались и сейчас тоже выкрутимся, они не будут нас держать вечно, они отпустят, — сама не веря в свои слова, твердила я подруге.
— Ты думаешь? Кто тебе это сказал? — она оторвала голову от моего плеча и посмотрела мне в глаза.
— Это другая история… Когда выберемся, то я все тебе расскажу, обещаю! — сказа я ей в нос, обхватив её щеки обеими руками. — Мы что-нибудь придумаем, не волнуйся.
На время Лизи перестала плакать и с надеждой, некой мольбой посмотрела на меня. На мгновение мне показалось, что Лизи поверила мне и даже представила наш очередной побег. Но не прошло и минуты, подруга снова уткнулась носом в мою шею и громко зарыдала:
— Нет! У нас опять ничего не выйдет! Они нас поймают! Они убьют мою сестру!
На это я ничего не могла ответить, разве что: «не убьют», но это бы не убедительно звучало, и Лизи продолжила рыдать ещё с большим приступом отчаянья. К счастью мне не пришлось снова врать подруге, утешать её, ибо громкий и протяжный крик, произнесший её имя, заставил Лизи покинуть меня, даже не попрощавшись. Может то и к лучшему. Мне нужно побыть одной, собраться с мыслями и все обдумать. Открыв окно, меня тут же встретил холодный ветер. Ну ничего, комнату нужно проветрить, а то дышать нечем.
Страница 27 из 38
