Они мечтали их встретить, стать друзьями или больше, чем друзьями, все о чем мечтает Крипифан. Но надежды их обманули, а ресницы вечно смахивали бесконечные потоки слез, ноги бежали, руки цеплялись… Мечты обманчивы, надежда врет, жизнь бессмысленна, когда мечтаешь о своей смерти, не подозревая этого. Думайте когда загадываете желания, они могут оказаться последними…
Добавить в моё избранное
146 мин, 56 сек 13316
Не было ничего примечательного. Джефa с Джеком практически не уделяли мне никакого внимания, словно я им надоела, — ну и слава богу, — а Бену с Тоби было вообще плевать на меня. Правда, один раз меня чуть ли не зарезал Джек. Он стоял на кухне, смотрел на доску для резки овощей, а я проходила мимо, чтобы взять кусок хлеба. Он схватил меня за волосы и уложил бошкой на эту доску, заломив мою правую руку. Я ничего сначала не поняла, но потом мне стало очень страшно. Помню, рядом стоял Бен и безжизненным взглядом следил за этой картиной. Но тут Джек пришел в себя и пинком прогнал меня с кухни. Больше я из комнаты не высовывалась.
Я редко читаю новости, но, проходя мимо ванной комнаты заметила газету, точнее обрывок от нее: «20. 08. 2015, Вернувшиеся после командировки родители не обнаружили в своей квартире родной дочери. В зале был опрокинут монитор компьютера и на ковре валялся огнетушитель с капельками крови. Разбито окно и разодран диван. Все указывает на похищение, поскольку не было ничего украдено. Шестнадцатилетняя Элизабет Нилсон была похищена злоумышленниками. Тем же вечером пропала шестнадцатилетняя Сьюзи Миллер, следователи заходят в тупик по ее делу, поскольку улик молодая Мисс Миллер не оставила. Я вспомнила, что, когда произошел этот день на календаре держались: пятнадцатое августа, пятнадцатый год.»
Мною была найдена в одной из комнат ещё одна, более свежая газета: «02. 09. 2015, день, когда соседка ломилась в дверь к Мистеру и Миссис Нилсон, как она сказала: из-за подозрительной картины из окна. Дверь так никто и не открыл. Взломщики обнаружили распятое тело Миссис Нилсон над кроватью и распростертая по полу туша Мистера Нилсона. Родители похищенной Лизы. Связаны ли эти убийства и похищение?». А какое сейчас число? Я огляделась. На подоконнике валялся календарь. Я напрягла извилины и вспомнила все дни после второго сентября, ну, или большую часть. Если я правильно просчитала, то сегодня второе октября? Ровно месяц? А если сложить пятнадцатое августа… Наверное я ошибаюсь, но получается, что я тут торчу… сорок девять дней? Или я разучилась считать? Сорок девять — примерное число. Я откинула бумажку.
Однажды я проснулась от воя серен и какого-то крика. Выскочила из комнаты и побежала по лестнице. Первая моя догадка была такова: что-то горит и сработала сигнализация, если она в этом доме вообще есть. Но красный свет горел на улице. Красный и синий свет. Кто-то кричал в трубку: «Выходите, вы окружены» или что-то на подобие этого. Бена не оказалось в доме, но плевать. Странное чувство неуместной гордости одолевало меня. Чувство гордости и предательства…? Предательства?! Ну нет! Я выбежала из комнаты, словно пуля, на встречу мне бежал Безглазый. Он схватил меня за живот и зашипел:
— Куда собралась, мелкая дрянь!
Не в этот раз, Джек. Я заорала о помощи, что есть мочи, пока меня не ударили по лицу, но это вряд ли остановит меня. Спецназ, милиция, или кто там был, сломали дверь, ворвались в квартиру и начали бегать, словно муравьи, по дому. Джек прислушался (мы были в одной из комнат), будто оценивая всю сложность ситуации и понял: слишком много, он не сможет, даже если втроем, они не смогут так просто перебить эту ораву, ну, или человек тринадцать? Двадцать… Он достал скальпель и хотел было уже чиркнуть по моей глотке на прощание, как эту комнату осветили фонарями и оглушили криками. Джек не стал терять время отшвырнул меня, сказав на последок, что вскроет мой живот и, разбив окно локтем, выпрыгнул на улицу. Тоби с Джеффом, видимо, тоже давно убежали, но сомневаюсь, что пройдет все так просто. На улице тоже стоят люди, как я считаю. Я нервно засмеялась и легла на пол. Надо мной кружились стаи людей и что-то говорили, в глазах потемнело. Привет, потеря сознания.
Вечно, когда засыпаю, вижу страшный сон из прошлого: Джек достает скальпель, но не успевает прикончить меня, выпрыгивает из окна и убегает, — не знаю, догнали его или нет — дальше падаю в обморок и пустота… крики, крики, угасают, потухают… Что же было потом? Плохо помнится. Меня куда-то повезли… Я встретилась с крестной… Не помню.
Ходила по врачам-психиатрам, вроде бы, все, пока что, не так плохо… Мне так говорили после осмотра. Самое ужасное: мне пришлось пережить аборт. Это отвратительное ощущение, что в тебе был плод от маньяков. Противно… Боялись, что я не смогу перенести аборт и не решались сделать. Но, пить противозачаточное было уже поздно, поэтому выбора не осталось.
Я редко читаю новости, но, проходя мимо ванной комнаты заметила газету, точнее обрывок от нее: «20. 08. 2015, Вернувшиеся после командировки родители не обнаружили в своей квартире родной дочери. В зале был опрокинут монитор компьютера и на ковре валялся огнетушитель с капельками крови. Разбито окно и разодран диван. Все указывает на похищение, поскольку не было ничего украдено. Шестнадцатилетняя Элизабет Нилсон была похищена злоумышленниками. Тем же вечером пропала шестнадцатилетняя Сьюзи Миллер, следователи заходят в тупик по ее делу, поскольку улик молодая Мисс Миллер не оставила. Я вспомнила, что, когда произошел этот день на календаре держались: пятнадцатое августа, пятнадцатый год.»
Мною была найдена в одной из комнат ещё одна, более свежая газета: «02. 09. 2015, день, когда соседка ломилась в дверь к Мистеру и Миссис Нилсон, как она сказала: из-за подозрительной картины из окна. Дверь так никто и не открыл. Взломщики обнаружили распятое тело Миссис Нилсон над кроватью и распростертая по полу туша Мистера Нилсона. Родители похищенной Лизы. Связаны ли эти убийства и похищение?». А какое сейчас число? Я огляделась. На подоконнике валялся календарь. Я напрягла извилины и вспомнила все дни после второго сентября, ну, или большую часть. Если я правильно просчитала, то сегодня второе октября? Ровно месяц? А если сложить пятнадцатое августа… Наверное я ошибаюсь, но получается, что я тут торчу… сорок девять дней? Или я разучилась считать? Сорок девять — примерное число. Я откинула бумажку.
Однажды я проснулась от воя серен и какого-то крика. Выскочила из комнаты и побежала по лестнице. Первая моя догадка была такова: что-то горит и сработала сигнализация, если она в этом доме вообще есть. Но красный свет горел на улице. Красный и синий свет. Кто-то кричал в трубку: «Выходите, вы окружены» или что-то на подобие этого. Бена не оказалось в доме, но плевать. Странное чувство неуместной гордости одолевало меня. Чувство гордости и предательства…? Предательства?! Ну нет! Я выбежала из комнаты, словно пуля, на встречу мне бежал Безглазый. Он схватил меня за живот и зашипел:
— Куда собралась, мелкая дрянь!
Не в этот раз, Джек. Я заорала о помощи, что есть мочи, пока меня не ударили по лицу, но это вряд ли остановит меня. Спецназ, милиция, или кто там был, сломали дверь, ворвались в квартиру и начали бегать, словно муравьи, по дому. Джек прислушался (мы были в одной из комнат), будто оценивая всю сложность ситуации и понял: слишком много, он не сможет, даже если втроем, они не смогут так просто перебить эту ораву, ну, или человек тринадцать? Двадцать… Он достал скальпель и хотел было уже чиркнуть по моей глотке на прощание, как эту комнату осветили фонарями и оглушили криками. Джек не стал терять время отшвырнул меня, сказав на последок, что вскроет мой живот и, разбив окно локтем, выпрыгнул на улицу. Тоби с Джеффом, видимо, тоже давно убежали, но сомневаюсь, что пройдет все так просто. На улице тоже стоят люди, как я считаю. Я нервно засмеялась и легла на пол. Надо мной кружились стаи людей и что-то говорили, в глазах потемнело. Привет, потеря сознания.
Спокойной ночи
Прошло много, много дней… Десятки недель… Два-три месяца. Я жила нормальной жизнью, как все люди, но с ужасным прошлым. Радовалась каждому лучу солнца, ибо не видела их практически никогда в те времена. Хотя нет, не радовалась… Тлен… Было плевать, не осталось никого: ни родителей, ни подруги. Разве что полуживая крестная — у нее я и жила. Понятия не имею, что произошло с моей прошлой квартирой. Крестная лишь перевезла к себе пару моих вещей, а остальное продала, не спросив меня, но было уже все равно.Вечно, когда засыпаю, вижу страшный сон из прошлого: Джек достает скальпель, но не успевает прикончить меня, выпрыгивает из окна и убегает, — не знаю, догнали его или нет — дальше падаю в обморок и пустота… крики, крики, угасают, потухают… Что же было потом? Плохо помнится. Меня куда-то повезли… Я встретилась с крестной… Не помню.
Ходила по врачам-психиатрам, вроде бы, все, пока что, не так плохо… Мне так говорили после осмотра. Самое ужасное: мне пришлось пережить аборт. Это отвратительное ощущение, что в тебе был плод от маньяков. Противно… Боялись, что я не смогу перенести аборт и не решались сделать. Но, пить противозачаточное было уже поздно, поэтому выбора не осталось.
Страница 37 из 38
