Фандом: Ведьмак. Болота сами по себе состояли из тёмной торфяной воды, кривых деревьев, островков суши — и тишины. Тишина тянулась так, что любой звук в ней казался неуместным, могущим не то что потревожить покой этого места… скорее угаснуть, затихнуть навсегда, раствориться в далёком тумане, скрывающем то, что не смогли покрыть деревья. Собственно, так с источниками громких звуков чаще всего и происходило: утопцы и плавуны, стражи здешних мест, поднимались против тех, кто нёс звук и жизнь в это мёртвое царство, и вскоре они либо оказывались съедены, либо присоединялись к утопленнической армии, затаившейся под водой в ожидании новых жертв. Да и всё путешествие Беренгара здесь можно было описать как мгновения тишины, покрывающей это место плотной пеленой, перемежающиеся яркими всполохами правды — из кусков разлетающегося синюшного мяса, трупных запахов, слизи костей и конечностей в целом…
Добавить в моё избранное
21 мин, 45 сек 18649
Наверное, больше всего Беренгару в болотах не нравился запах. Гнилой, но при этом такой, какого не бывает почти нигде — разве что в палитре ароматов трупа недельной давности проскальзывает нечто похожее — он преследовал его по пути через топи, немного отступая лишь на относительно сухих участках. Именно в такие моменты Беренгар чаще всего жалел о том, что волею судьбы ему выпало стать ведьмаком — будь он хотя бы нелюдем или обычным человеком из тех же Саламандр, и этот запах не ощущался бы и вполовину таким отвратным. Но во всём было виновато его ведьмачье чутьё. Чутьё, да ещё и то, что теперь ему приходилось торчать посреди болот целыми днями напролёт. А ведь он почти оторвался от Азара Яведа и его ручного Профессора…
На самом деле, когда он расправился с очередной пришедшей то ли по его душу, то ли просто в болота группой Саламандр, то посчитал, что теперь-то у него появился шанс уйти в Новиград или Реданию, где ведьмачьи проблемы не смогут его достать — но не тут-то было. Его беспечность стоила ему встречи с самим Азаром Яведом, который популярно и доступно объяснил ему, что лучше помочь Саламандрам с их планами, чем кормить рыб и водяных на дне болота, изуродованным до неузнаваемости. Беренгар боялся, что от него потребуют заодно и планы Каэр Морхена, но обошлось. Тем не менее, как оказалось позже, эти сведения они нашли в каком-то другом источнике. И тут он был даже немножко рад — ведьмаков он ненавидел лишь чуточку меньше, чем жителей Вызимы или этих болот. Хотя временами ему хотелось быть именно таким — обычным человеком, не подвергнутым мутациям…
Да и говоря о ненависти: разве можно было не испытывать её к ведьмакам и магам? Не прошедший самую последнюю стадию мутаций, он сохранил много человеческих черт — слишком много, чтобы оставаться полноценным ведьмаком, но слишком мало для того, чтобы стать простым обывателем. А маги… они всегда были уверены в собственной правоте и своих знаниях, в своих решениях — и потому Беренгар завидовал им ещё больше. Они-то обладали истинной властью и величием, он же…
Единственное преимущество, что было у него — это улучшенные рефлексы, здоровье да слабые магические способности, позволявшие ему использовать ведьмачьи знаки. Но Саламандрам этого хватило для того, чтобы именно его послать на болота. По всей видимости, были отправлены и другие группы, но их задачи были ему неизвестны. Насколько ему дали понять, скоро в этих местах создадут базу их организации, а для этого болота должны быть исследованы, место для лагеря — найдено, карта — составлена. Но одной из наиболее важных целей была задача найти проводника, и с этим пунктом возникали проблемы. Конечно, местные жители были готовы помогать вновь прибывшим, но сами они знали лишь малую часть болот, а дальше старались не соваться — утопцы и пиявки научили их осторожности. Место же для будущего лагеря следовало отыскать именно в глубине болот — лишнее внимание Саламандрам было ни к чему.
Дальше располагался лагерь лесорубов, продававших добытую ими древесину в Вызиму. Там был достаточно большой участок относительно сухих земель, и лес в тех местах подходил для строительства. Во главе их стоял какой-то низушек — Беренгар говорил с ним, но выяснил лишь то, что иных троп, кроме тех, что вели из лагеря к переправе, они не знали. А все остальные обитатели здешних мест были слишком опасны. Шансы найти проводника, таким образом, становились всё меньше и меньше, и пришлось бы, наверное, брать на эту роль кого-то из местной деревенщины, если бы не…
Следы присутствия человека вёрстами к северу от деревни он заметил не сразу, но удача явно была на его стороне в этот день. Несколько часов идя по следам, Беренгар вышел к топям, через которые были перекинуты в различных местах брёвна, доски… А навстречу направлялся, возможно, как раз тот, кто всё это проложил, с лёгкостью и даже какой-то грацией перебегая с одного островка на другой. Достаточно неожиданным оказался тот факт, что обитателем болот оказался явно пожилой человек.
— Эй, дедушка, — окликнул Беренгар его, — поговорить надо.
— А ты, сынок, кем будешь-то? — донёсся до него ответ. — Хотя подожди, я сейчас приду, — и действительно, после этих слов «дедушка» быстро направился в его сторону.
— Меня зовут Беренгар, — представился тем временем ведьмак, — и мне очень нужен проводник по этим болотам. Вопрос с ценой не стоит, — добавил он поспешно.
— Конечно, я могу помочь тебе с этим сынок, — осклабился старик желтозубой улыбкой. И хотя части зубов ему определённо недоставало, оставшиеся выглядели очень крепкими и весьма здоровыми для его возраста. Запах у него изо рта шёл… странный: сквозь обычные ароматы застрявших в зубах древесных и мясных волокон пробивались какие-то специфические, явно знакомые Беренгару, но не желающие вспоминаться оттенки. — Да и платить мне не надо — что мне одному с золотом-то здесь делать…
— Да я бы хотел вас как-то отблагодарить…
На самом деле, когда он расправился с очередной пришедшей то ли по его душу, то ли просто в болота группой Саламандр, то посчитал, что теперь-то у него появился шанс уйти в Новиград или Реданию, где ведьмачьи проблемы не смогут его достать — но не тут-то было. Его беспечность стоила ему встречи с самим Азаром Яведом, который популярно и доступно объяснил ему, что лучше помочь Саламандрам с их планами, чем кормить рыб и водяных на дне болота, изуродованным до неузнаваемости. Беренгар боялся, что от него потребуют заодно и планы Каэр Морхена, но обошлось. Тем не менее, как оказалось позже, эти сведения они нашли в каком-то другом источнике. И тут он был даже немножко рад — ведьмаков он ненавидел лишь чуточку меньше, чем жителей Вызимы или этих болот. Хотя временами ему хотелось быть именно таким — обычным человеком, не подвергнутым мутациям…
Да и говоря о ненависти: разве можно было не испытывать её к ведьмакам и магам? Не прошедший самую последнюю стадию мутаций, он сохранил много человеческих черт — слишком много, чтобы оставаться полноценным ведьмаком, но слишком мало для того, чтобы стать простым обывателем. А маги… они всегда были уверены в собственной правоте и своих знаниях, в своих решениях — и потому Беренгар завидовал им ещё больше. Они-то обладали истинной властью и величием, он же…
Единственное преимущество, что было у него — это улучшенные рефлексы, здоровье да слабые магические способности, позволявшие ему использовать ведьмачьи знаки. Но Саламандрам этого хватило для того, чтобы именно его послать на болота. По всей видимости, были отправлены и другие группы, но их задачи были ему неизвестны. Насколько ему дали понять, скоро в этих местах создадут базу их организации, а для этого болота должны быть исследованы, место для лагеря — найдено, карта — составлена. Но одной из наиболее важных целей была задача найти проводника, и с этим пунктом возникали проблемы. Конечно, местные жители были готовы помогать вновь прибывшим, но сами они знали лишь малую часть болот, а дальше старались не соваться — утопцы и пиявки научили их осторожности. Место же для будущего лагеря следовало отыскать именно в глубине болот — лишнее внимание Саламандрам было ни к чему.
Дальше располагался лагерь лесорубов, продававших добытую ими древесину в Вызиму. Там был достаточно большой участок относительно сухих земель, и лес в тех местах подходил для строительства. Во главе их стоял какой-то низушек — Беренгар говорил с ним, но выяснил лишь то, что иных троп, кроме тех, что вели из лагеря к переправе, они не знали. А все остальные обитатели здешних мест были слишком опасны. Шансы найти проводника, таким образом, становились всё меньше и меньше, и пришлось бы, наверное, брать на эту роль кого-то из местной деревенщины, если бы не…
Следы присутствия человека вёрстами к северу от деревни он заметил не сразу, но удача явно была на его стороне в этот день. Несколько часов идя по следам, Беренгар вышел к топям, через которые были перекинуты в различных местах брёвна, доски… А навстречу направлялся, возможно, как раз тот, кто всё это проложил, с лёгкостью и даже какой-то грацией перебегая с одного островка на другой. Достаточно неожиданным оказался тот факт, что обитателем болот оказался явно пожилой человек.
— Эй, дедушка, — окликнул Беренгар его, — поговорить надо.
— А ты, сынок, кем будешь-то? — донёсся до него ответ. — Хотя подожди, я сейчас приду, — и действительно, после этих слов «дедушка» быстро направился в его сторону.
— Меня зовут Беренгар, — представился тем временем ведьмак, — и мне очень нужен проводник по этим болотам. Вопрос с ценой не стоит, — добавил он поспешно.
— Конечно, я могу помочь тебе с этим сынок, — осклабился старик желтозубой улыбкой. И хотя части зубов ему определённо недоставало, оставшиеся выглядели очень крепкими и весьма здоровыми для его возраста. Запах у него изо рта шёл… странный: сквозь обычные ароматы застрявших в зубах древесных и мясных волокон пробивались какие-то специфические, явно знакомые Беренгару, но не желающие вспоминаться оттенки. — Да и платить мне не надо — что мне одному с золотом-то здесь делать…
— Да я бы хотел вас как-то отблагодарить…
Страница 1 из 6
