Фандом: Гарри Поттер, Silent Hill. … И не было ничего, ровным счётом ничего страшного в традиционном приветствии «Добро пожаловать в Сайлент Хилл», но в кончиках пальцев — и там, под рёбрами — застыло холодное.
Добавить в моё избранное
34 мин, 30 сек 20182
— Снова кошмары? — Рон спросил это скорее для проформы: смотреть на Гарри было страшно. Исхудавший, с запавшими щеками, измученный вывертами своего подсознания, он бездумно глотал приготовленный другом кофе. Такого Гарри — безразличного к окружающему миру — Рон Уизли не знал. Мелькнула полуосознанная мысль: лучше бы не знал и дальше.
— Видения, — зачем-то в тысячный раз поправил Гарри. И со стоном уронил голову на скрещённые руки. — Каждую ночь, Рон. Туман этот… вывеска… и надпись: Сайлент Хилл. Я даже на картах искал, такого города не существует! Откуда он взялся в моей голове?
— Это всё нервы, друг, — успокаивающе заявил Рон, его крепкая ладонь легла на тощее плечо Гарри, сжала, веснушчатое лицо — оно было бы некрасиво, не будь у Рона таких ярких синих глаз — осветила добродушная улыбка простака. — Я бы на твоём месте заглянул к психологу. Вдруг что?
Гарри, с детства ненавидевший врачей всех мастей и размеров, лишь поморщился. Залил в себя остатки горького кофе, уже не помогавшего избавиться от вечной тяжести сонливости, потёр виски. Спать хотелось немилосердно, но было нельзя — он ужасно устал просыпаться, дыша через раз от страха, с сердцем, колотившемся где-то в горле. И хорошо, если он просыпался в своей кровати, а не на краю обрыва.
Думать об этом он себе запрещал. Если Гарри начинал думать, ему вспоминалась Джинни. Красивая, нежная Джинни, вся — рыжее хохочущее пламя. Ему казалось, их чувства, их отношения не разрушит ничто, но он второй год ложился спать один, падая в объятия холодных, никем не согретых простыней, и некому было разбудить его, когда очередное видение тянуло Гарри к пропасти. Он понимал Джинни, он бы тоже не смог бодрствовать из ночи в ночь, карауля свихнувшегося парня. Рон об этом не знал. Рон был уверен, что Гарри и Джинни разошлись из-за какой-нибудь ерунды, и как только Гарри поправит нервы, всё у них наладится. Разубеждать его никто не собирался.
— Вот что, — Уизли тяжело опустился на стул, хлопнул большой ладонью по столу, — пора подключать к этому Гермиону. Она у меня, сам знаешь, умница, чем-нибудь поможет, — когда он говорил о жене, весь он — широкоплечий, высокий, чуточку неуклюжий — подбирался, выпрямлял спину, и даже его рыжие, как у сестры, волосы будто становились ярче.
Гарри пожал плечами. Пусть Гермиона, да кто угодно — вряд ли великий ум Герми здесь поможет. Гарри и не представлял, как он ошибался! И когда непривычно встревоженная подруга нагрянула к нему домой с ноутбуком под мышкой, он поначалу немного опешил. Гермиона, которой складка озабоченности между бровей и усталый взгляд прибавляли сразу лет пять, только кивнула ему — и тут же двинулась в гостиную. Гарри сел рядом с ней на продавленную софу, сжал тонкое запястье, заглянул в глаза, спросил тихо:
— В чём дело?
— С тобой не соскучишься, Гарри, — она улыбнулась, но невесело, одними губами, глаза её, тёмные от переживания, оставались серьёзными. — Я кое-что нашла, и это мне очень не понравилось. Смотри…
Гермиона открыла страницу, Гарри глянул туда — и застыл. Странное, давно забытое чувство надвигающейся беды пощекотало шею. Ему даже почудилось, будто в обычных буквах заголовка — выписанное вензелями «Города-призраки» — есть какая-то скрытая насмешка над ним, Гарри, что шрифт кривляется и качается из стороны в сторону. Чуть ниже, под фотографиями какого-то покинутого богом места, был подзаголовок — Сайлент Хилл«. Пара фотографий: безлюдные улицы, скорчившиеся стволы деревьев. Краткая информация.»
— Сайлент Хилл, — негромко зачитала Гермиона, — некогда был шахтёрским городком, но полностью обезлюдел из-за подземного пожара — трагедии, случившейся несколько десятков лет назад. На данный момент считается городом-призраком и помечен особым уровнем опасности: по оценкам специалистов, потребуется по крайней мере двести лет для того, чтобы огонь потух.
Медленно повернула голову. Уставилась Гарри в глаза. Он знал этот взгляд — нечто среднее между «во что ты вляпался на этот раз?» и«даже не вздумай». Наверное, именно взгляд старой подруги заставил Гарри подняться на ноги и отрывисто бросить:
— Где он находится?
— Гарри, нет! — она вскочила на ноги тоже, стиснула его пальцы. — Не смей! Ты вообще слушал меня? Подземный пожар, Гарри! — помолчала, глядя на него, а потом вдруг всхлипнула и кинулась на шею. Гарри неловко обнял её, погладил по спине, выдохнул в копну кудрявых волос:
— Ну, тихо, Герм… Всё хорошо будет, правда. Я должен. Я спать не могу, понимаешь?
Гермиона шмыгнула носом и не ответила — значит, волей-неволей соглашалась. Гарри поцеловал её в висок, зашептал что-то успокаивающее.
Сайлент Хилл был далеко. Америка была далеко — ему, уроженцу Британии, Штаты представлялись чем-то вроде другой вселенной. Но делать ему было нечего; сил терпеть не осталось. Нужно было решать проблему. Нужно было ехать в Сайлент Хилл.
— Видения, — зачем-то в тысячный раз поправил Гарри. И со стоном уронил голову на скрещённые руки. — Каждую ночь, Рон. Туман этот… вывеска… и надпись: Сайлент Хилл. Я даже на картах искал, такого города не существует! Откуда он взялся в моей голове?
— Это всё нервы, друг, — успокаивающе заявил Рон, его крепкая ладонь легла на тощее плечо Гарри, сжала, веснушчатое лицо — оно было бы некрасиво, не будь у Рона таких ярких синих глаз — осветила добродушная улыбка простака. — Я бы на твоём месте заглянул к психологу. Вдруг что?
Гарри, с детства ненавидевший врачей всех мастей и размеров, лишь поморщился. Залил в себя остатки горького кофе, уже не помогавшего избавиться от вечной тяжести сонливости, потёр виски. Спать хотелось немилосердно, но было нельзя — он ужасно устал просыпаться, дыша через раз от страха, с сердцем, колотившемся где-то в горле. И хорошо, если он просыпался в своей кровати, а не на краю обрыва.
Думать об этом он себе запрещал. Если Гарри начинал думать, ему вспоминалась Джинни. Красивая, нежная Джинни, вся — рыжее хохочущее пламя. Ему казалось, их чувства, их отношения не разрушит ничто, но он второй год ложился спать один, падая в объятия холодных, никем не согретых простыней, и некому было разбудить его, когда очередное видение тянуло Гарри к пропасти. Он понимал Джинни, он бы тоже не смог бодрствовать из ночи в ночь, карауля свихнувшегося парня. Рон об этом не знал. Рон был уверен, что Гарри и Джинни разошлись из-за какой-нибудь ерунды, и как только Гарри поправит нервы, всё у них наладится. Разубеждать его никто не собирался.
— Вот что, — Уизли тяжело опустился на стул, хлопнул большой ладонью по столу, — пора подключать к этому Гермиону. Она у меня, сам знаешь, умница, чем-нибудь поможет, — когда он говорил о жене, весь он — широкоплечий, высокий, чуточку неуклюжий — подбирался, выпрямлял спину, и даже его рыжие, как у сестры, волосы будто становились ярче.
Гарри пожал плечами. Пусть Гермиона, да кто угодно — вряд ли великий ум Герми здесь поможет. Гарри и не представлял, как он ошибался! И когда непривычно встревоженная подруга нагрянула к нему домой с ноутбуком под мышкой, он поначалу немного опешил. Гермиона, которой складка озабоченности между бровей и усталый взгляд прибавляли сразу лет пять, только кивнула ему — и тут же двинулась в гостиную. Гарри сел рядом с ней на продавленную софу, сжал тонкое запястье, заглянул в глаза, спросил тихо:
— В чём дело?
— С тобой не соскучишься, Гарри, — она улыбнулась, но невесело, одними губами, глаза её, тёмные от переживания, оставались серьёзными. — Я кое-что нашла, и это мне очень не понравилось. Смотри…
Гермиона открыла страницу, Гарри глянул туда — и застыл. Странное, давно забытое чувство надвигающейся беды пощекотало шею. Ему даже почудилось, будто в обычных буквах заголовка — выписанное вензелями «Города-призраки» — есть какая-то скрытая насмешка над ним, Гарри, что шрифт кривляется и качается из стороны в сторону. Чуть ниже, под фотографиями какого-то покинутого богом места, был подзаголовок — Сайлент Хилл«. Пара фотографий: безлюдные улицы, скорчившиеся стволы деревьев. Краткая информация.»
— Сайлент Хилл, — негромко зачитала Гермиона, — некогда был шахтёрским городком, но полностью обезлюдел из-за подземного пожара — трагедии, случившейся несколько десятков лет назад. На данный момент считается городом-призраком и помечен особым уровнем опасности: по оценкам специалистов, потребуется по крайней мере двести лет для того, чтобы огонь потух.
Медленно повернула голову. Уставилась Гарри в глаза. Он знал этот взгляд — нечто среднее между «во что ты вляпался на этот раз?» и«даже не вздумай». Наверное, именно взгляд старой подруги заставил Гарри подняться на ноги и отрывисто бросить:
— Где он находится?
— Гарри, нет! — она вскочила на ноги тоже, стиснула его пальцы. — Не смей! Ты вообще слушал меня? Подземный пожар, Гарри! — помолчала, глядя на него, а потом вдруг всхлипнула и кинулась на шею. Гарри неловко обнял её, погладил по спине, выдохнул в копну кудрявых волос:
— Ну, тихо, Герм… Всё хорошо будет, правда. Я должен. Я спать не могу, понимаешь?
Гермиона шмыгнула носом и не ответила — значит, волей-неволей соглашалась. Гарри поцеловал её в висок, зашептал что-то успокаивающее.
Сайлент Хилл был далеко. Америка была далеко — ему, уроженцу Британии, Штаты представлялись чем-то вроде другой вселенной. Но делать ему было нечего; сил терпеть не осталось. Нужно было решать проблему. Нужно было ехать в Сайлент Хилл.
Страница 1 из 10
