Око за око. Вариация

Вариация

Артур Уизли медленно открыл глаза. Голова раскалывалась. Ноги неприятно саднило, словно их изодрала стая бешеных кошек. Во рту ощущался легкий привкус крови.

Что происходит, черт побери?

Он слишком хорошо помнил, что не совершал ничего такого, чтобы потом очнуться непонятно где и с кем. Помнил, как поцеловал Молли перед уходом на работу. Помнил, как целый день провел в Министерстве на слушаниях по делу Руквуда — судьи колебались между пожизненным и Поцелуем дементора: все-таки Августус слишком стар, и оба варианта были примерно равнозначны… Артур помнил и то, как шел по улице мимо маленького бара, где всегда такое хорошее пиво, как решил срезать угол, как в узком замусоренном переулке нашел столь желаемый им карбюратор от «Форда»… Стоп.

Артур перевел взгляд. Маленькая, но очень нужная железка лежала рядом с ним. Он дотронулся до нее, и вожделенный карбюратор внезапно рассыпался горсткой битого стекла, обрывков бумаги и каких-то проводков.

Все ясно. Ловушка. Его кто-то похитил, превратив кучку хлама в деталь от машины и сделав из нее портал. Но кому это могло понадобиться? И главное, зачем? Он, Артур Уизли, небогат, в Битве за Хогвартс принимал такое же участие, как и все остальные… Разве что кто-то захотел насолить Гарри — будущий тесть, как-никак… Но тогда логичнее было бы похитить Джинни. Или Рона. Или малыша Тедди. Кого угодно, но не старого, лысого клерка.

Артур осмотрел помещение. Ничего особенного — голые бетонные стены без краски и обоев, крохотное зарешеченное оконце в углу. Под потолком — массивный железный крюк. Сам потолок довольно низкий, в зеленоватых разводах плесени. Бывший склад? Магловское бомбоубежище?

— В свое время — и то, и другое. Сейчас это мое скромное пристанище. Мордред, я и не догадывался, что все окажется настолько просто.

Артур резко вскочил на ноги. И голос, и его обладателя он, к своему ужасу, узнал сразу.

Они не встречались с самой Битвы, и, хотя были почти ровесниками, тот, второй, сильно изменился за эти месяцы: почти полностью поседел, зарос бородой, порядком обтрепался и теперь был похож на пожилого бомжа с улиц Лондона. Вдобавок, он слегка скособочился: левая нога, судя по всему, была повреждена, и он боялся на нее наступать, перенося вес на правую.

— Да, господин Уизли, вы угадали. Это и в самом деле я, — Родольфус Лестрейндж выступил из двери (как это её не было заметно ее раньше?) и, подволакивая больную ногу, подошел к Артуру. — Ваши доблестные авроры опечатали мой родовой замок, так что я пока что вынужден прятаться в этой крысиной норе. Но вы, я полагаю, разделите со мной одиночество, не правда ли?

Он говорил спокойно и, вроде бы, даже доброжелательно, но Артуру все равно было не по себе. Разговор с Фрэнком и Алисой поначалу тоже, говорят, был чисто деловым. В результате несчастные оказались в Мунго.

— Палочку можете даже не искать, — усмехнулся Лестрейндж, наблюдая за тем, как мистер Уизли с каменным лицом пытается потихоньку шарить в карманах мантии. — Видите ли, я догадывался, что вы захотите покинуть меня до того, как я пожелаю избавиться от вашего общества, поэтому изъял её на всякий случай. И не смотрите на меня так, ради Мерлина — такое ощущение, что вы хотите подкинуть мне пару кнатов в шапку.

— Я смотрю, операция «Семь Поттеров» не прошла для вас даром, — Артур нарочито небрежно кивнул на ногу Лестрейнджа, ссохшуюся, будто палка. — Жаль, что вам тогда обе ноги не сломали. Проблем у нас было бы поменьше.

Зря он это сказал. Очень и очень зря. Правда, понял Артур это только тогда, когда в кадык ему уперся острый кончик волшебной палочки.

— Я ведь по-хорошему хотел, — Лестрейндж по-прежнему говорил спокойно, однако голос его чуть заметно дрожал от злости. — Но не хотите по-хорошему — буду как обычно. Вы сами виноваты.

Короткий взмах палочки — и Артур до пояса лишился одежды. Еще один — и он подвешен за руки на крюке под потолком.

— Повисите, подумайте о своем поведении, господин член Ордена Феникса. Я зайду к вам позже.

Облезлая дверь захлопнулась с оглушительным треском.

И-ди-от.

Драклов идиот Уизли. Да и он тоже хорош — сорвался как последний сопляк… Ничего. Сейчас нужно просто немного успокоиться. Как известно, месть — это блюдо, которое нужно подавать холодным.

Родольфус кое-как доплелся до обшарпанной кровати, застеленной драным одеялом поверх грязного матраса — единственного предмета обстановки в этой дыре, не считая умывальника в углу и зеркальца над ним, и обессилено упал на нее. Боль в ноге становилась все сильнее, а зелья достать было негде — не в Косой переулок же тащиться, в самом деле… Да и не уйдет он далеко, с такой-то раной…

Сцепив зубы, Родольфус осторожно закатал грязную брючину. Так и есть — чертова язва начала расползаться вверх, от голени к колену. Был бы здесь Северус, он бы помог.