Фандом: SpellForce. Близится главный праздник Светлых народов — Новый Год, но темный эльф-изгнанник понятия не имеет, что это означает. К счастью, на помощь ему всегда готов прийти верный друг, который знает толк в таких вещах, как праздники!
Добавить в моё избранное
12 мин, 4 сек 15293
Совесть норкана утихомирилась, и он согласился на приобретение. Традиция так традиция… И сейчас он бережно нес дерево, размышляя, нет ли здесь параллелей с обычаем его народа ежегодно приносить в жертву Нору самых красивых девушек.
На фоне царившего в общем зале столпотворения незамеченно пронести елку в снимаемую товарищами на двоих комнатушку оказалось непросто. Им повезло — Юлдиру удалось получить у хозяйки разрешение, пустив в ход все свое обаяние. Елочка была установлена на табурет в углу, и Крэйг, у которого неожиданно обнаружился талант в области художественного оформления, занялся развешиванием игрушек. Темный эльф исколол пальцы хвоей почти до крови, но результат того стоил — шары, позолоченные орехи и шишки, бусы и свечи заняли свои места, а друзья обрели самую настоящую новогоднюю елку, не хуже, чем та, что стояла на площади. Повесив последний шарик из зеленого стекла, Крэйг зажег огни и, отойдя на шаг, оценил дело своих рук. Получилось, на его взгляд, очень даже неплохо… Ради этой красоты стоило даже весь вечер присматривать за свечами, чтоб не устроить пожар.
Наемник тоже не терял времени зря — таверна была битком набита посетителями, и он рассудил, что поужинать в комнате будет гораздо удобнее, чем толкаться в общем зале. Достать еду тоже оказалось нелегко, но Юлдир справился с этой задачей и вернулся с богатой добычей. Поставив тяжелый поднос на столик, он покопался в своем заплечном мешке и ловким движением фокусника извлек бутыль, судя по всему, с вином.
— Где ты ее достал? — удивился Крэйг. Он точно помнил, что ничего подобного еще вчера среди вещей друга не замечал.
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — пытаясь открыть бутылку, хитро подмигнул эльфу Юлдир. — Черт, пробка застряла…
— Давай я открою, — прежде чем наемник успел предупредить, пробка уже выскочила с легким хлопком, а из горлышка, шипя, выплеснулось немного пахнущей алкоголем пены.
— Ловко, — одобрил Юлдир, подставляя стаканы. — Вообще-то такое вино пьют из специальных узких бокалов, но мы и так обойдемся…
— Проблемы с пеной от игристого вина — тоже традиция?
— Конечно! А ты уже начинаешь понимать…
Друзья закончили ужинать где-то ближе к полуночи, и подумывали лечь спать, но небо за окном внезапно, без предупреждения, окрасилось в малиновый цвет. В комнате вмиг посветлело, несмотря на то, что огни на елке уже погасили. С улицы донеслись крики и шум толпы.
— Что такое? — эльф насторожился, пытаясь понять, с чем им предстоит бороться, лицо его стало жестким. Неужели кто-то воспользовался праздником, чтоб напасть на город? Но почему тогда не слышно сигналов рога?
— Я же совсем забыл, — хлопнул себя по лбу Юлдир. — Это салют! Пойдем скорей, а то отсюда ничего не увидим…
Каждый год Архимаг Семи Башен лично устраивал такое зрелище для жителей города, и мало кто оставался к нему равнодушным. Чтоб взглянуть хоть одним глазком на то, как в небе появляются чудесные картины, приезжали издалека. Вот и сейчас улицы были полны до отказа, особо шустрые зрители забирались на крыши. Но Крэйг и Юлдир все же успели вовремя и сумели найти удобное место.
В ночном небе появилась радуга, гораздо ярче и шире, чем обычная; толпа выдохнула от восторга, но Архимаг только начал разогреваться — это была простейшая из его иллюзий. Радуга рассыпалась миллионом искр, и в бескрайней черноте распустились огненные цветы, которые затем превратились в бабочек, а те, в свою очередь, в пестрых экзотических птиц… Белоснежный единорог пронесся среди облаков по направлению к туманному замку, великолепный красный дракон (уж не вдохновлялся ли чародей Патриархом Шайкан?) выдохнул пламя и тут же исчез, уступив место пламенному фениксу. Люди молчали, застыв в немом восхищении, только их глаза горели тем огнем, что появляется лишь при виде чуда.
Крэйг Ун'Шаллах внимательно наблюдал не столько за буйством красок в небесах, сколько за собравшимися зрителями. Ему доводилось видеть куда более мощное колдовство у себя на родине, но ни разу оно не доставляло радости хоть кому-то, кроме самого мага. А эти иллюзии… Норкан вновь и вновь обводил глазами толпу, чувствуя, что именно здесь сможет постичь тайну, ради которой бросил все.
Наконец все закончилось; люди стали расходиться, отправились домой и Крэйг с Юлдиром. Эльф был серьезнее и задумчивее, чем обычно, зато его спутник, по всей видимости, обрел полное душевное равновесие.
— А говорят, что гномы изобрели вещество, которое при взрыве горит красиво, и такие же представления хотят делать… Врут, наверное, да и все равно это не лучше магии, — поделился Юлдир, когда они поднимались по темной лестнице на второй этаж. — Помню, когда я еще мальчишкой был, мы с семьей приезжали на чудеса Архимага поглядеть.
— Да, — откликнулся Крэйг. — Спасибо тебе, Юлдир. Не скажу, что я до конца понял людей, но сегодня мне удалось узнать больше, чем за все время странствий…
На фоне царившего в общем зале столпотворения незамеченно пронести елку в снимаемую товарищами на двоих комнатушку оказалось непросто. Им повезло — Юлдиру удалось получить у хозяйки разрешение, пустив в ход все свое обаяние. Елочка была установлена на табурет в углу, и Крэйг, у которого неожиданно обнаружился талант в области художественного оформления, занялся развешиванием игрушек. Темный эльф исколол пальцы хвоей почти до крови, но результат того стоил — шары, позолоченные орехи и шишки, бусы и свечи заняли свои места, а друзья обрели самую настоящую новогоднюю елку, не хуже, чем та, что стояла на площади. Повесив последний шарик из зеленого стекла, Крэйг зажег огни и, отойдя на шаг, оценил дело своих рук. Получилось, на его взгляд, очень даже неплохо… Ради этой красоты стоило даже весь вечер присматривать за свечами, чтоб не устроить пожар.
Наемник тоже не терял времени зря — таверна была битком набита посетителями, и он рассудил, что поужинать в комнате будет гораздо удобнее, чем толкаться в общем зале. Достать еду тоже оказалось нелегко, но Юлдир справился с этой задачей и вернулся с богатой добычей. Поставив тяжелый поднос на столик, он покопался в своем заплечном мешке и ловким движением фокусника извлек бутыль, судя по всему, с вином.
— Где ты ее достал? — удивился Крэйг. Он точно помнил, что ничего подобного еще вчера среди вещей друга не замечал.
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — пытаясь открыть бутылку, хитро подмигнул эльфу Юлдир. — Черт, пробка застряла…
— Давай я открою, — прежде чем наемник успел предупредить, пробка уже выскочила с легким хлопком, а из горлышка, шипя, выплеснулось немного пахнущей алкоголем пены.
— Ловко, — одобрил Юлдир, подставляя стаканы. — Вообще-то такое вино пьют из специальных узких бокалов, но мы и так обойдемся…
— Проблемы с пеной от игристого вина — тоже традиция?
— Конечно! А ты уже начинаешь понимать…
Друзья закончили ужинать где-то ближе к полуночи, и подумывали лечь спать, но небо за окном внезапно, без предупреждения, окрасилось в малиновый цвет. В комнате вмиг посветлело, несмотря на то, что огни на елке уже погасили. С улицы донеслись крики и шум толпы.
— Что такое? — эльф насторожился, пытаясь понять, с чем им предстоит бороться, лицо его стало жестким. Неужели кто-то воспользовался праздником, чтоб напасть на город? Но почему тогда не слышно сигналов рога?
— Я же совсем забыл, — хлопнул себя по лбу Юлдир. — Это салют! Пойдем скорей, а то отсюда ничего не увидим…
Каждый год Архимаг Семи Башен лично устраивал такое зрелище для жителей города, и мало кто оставался к нему равнодушным. Чтоб взглянуть хоть одним глазком на то, как в небе появляются чудесные картины, приезжали издалека. Вот и сейчас улицы были полны до отказа, особо шустрые зрители забирались на крыши. Но Крэйг и Юлдир все же успели вовремя и сумели найти удобное место.
В ночном небе появилась радуга, гораздо ярче и шире, чем обычная; толпа выдохнула от восторга, но Архимаг только начал разогреваться — это была простейшая из его иллюзий. Радуга рассыпалась миллионом искр, и в бескрайней черноте распустились огненные цветы, которые затем превратились в бабочек, а те, в свою очередь, в пестрых экзотических птиц… Белоснежный единорог пронесся среди облаков по направлению к туманному замку, великолепный красный дракон (уж не вдохновлялся ли чародей Патриархом Шайкан?) выдохнул пламя и тут же исчез, уступив место пламенному фениксу. Люди молчали, застыв в немом восхищении, только их глаза горели тем огнем, что появляется лишь при виде чуда.
Крэйг Ун'Шаллах внимательно наблюдал не столько за буйством красок в небесах, сколько за собравшимися зрителями. Ему доводилось видеть куда более мощное колдовство у себя на родине, но ни разу оно не доставляло радости хоть кому-то, кроме самого мага. А эти иллюзии… Норкан вновь и вновь обводил глазами толпу, чувствуя, что именно здесь сможет постичь тайну, ради которой бросил все.
Наконец все закончилось; люди стали расходиться, отправились домой и Крэйг с Юлдиром. Эльф был серьезнее и задумчивее, чем обычно, зато его спутник, по всей видимости, обрел полное душевное равновесие.
— А говорят, что гномы изобрели вещество, которое при взрыве горит красиво, и такие же представления хотят делать… Врут, наверное, да и все равно это не лучше магии, — поделился Юлдир, когда они поднимались по темной лестнице на второй этаж. — Помню, когда я еще мальчишкой был, мы с семьей приезжали на чудеса Архимага поглядеть.
— Да, — откликнулся Крэйг. — Спасибо тебе, Юлдир. Не скажу, что я до конца понял людей, но сегодня мне удалось узнать больше, чем за все время странствий…
Страница 3 из 4
