Кукловод был занят созданием очередной марионетки, поэтому я тихо, чтобы не мешать, сел на старый деревянный стул, удобно устроившись возле двери. Отсюда было лучше всего видно убийцу, и я с интересом следил за тем, как он вырезает язык еще живой и рыдающей от боли девушке, отрубает ей конечности и прицепляет их обратно, заменяя большими шарнирами суставы. Тут, наконец, Кукловод обратил на меня внимание: «Хелен? Ты что-то хотел?»…
Добавить в моё избранное
20 мин, 14 сек 9489
Из-за спешки споткнулся об камень и чуть не упал, но удержал равновесие и прошипел пару ругательств. Когда последняя свеча уже была зажжена, я наконец повернулся к Художнику. Он удивлённо смотрел по сторонам. Заметив мой взгляд, Хелен медленно подошёл ко мне.
— Это… Что?
— Ну, я нашёл на кухне бутылку вина и решил… В общем, вот, — Я поднял с земли стоящие возле поваленного дерева бутылку и пару стаканов, протянув один из них напарнику. Он помедлил, неуверенно поглядев на меня, но всё же взял стакан. Бокалов я, естественно, не нашёл, но и так сойдёт.
Я аккуратно разлил вино по стаканами и сел на траву, похлопал рукой по земле, приглашая Художника сесть и снова внимательно глянув на него. Он уже ничему, кажется, не удивлялся, но держался несколько настороженно, однако без споров сел рядом. Повисла неловкая тишина. Хелен вертел в руках стакан с вином и задумчиво смотрел на звёзды, а я никак не мог придумать, с чего бы начать разговор. Честно говоря, я так и не придумал, что можно сказать. Да и надо ли вообще? Может, я даже зря всё это устроил. Тяжело вздохнув, я пригубил вино, оказавшееся на удивление вкусным, и тоже поднял взгляд на тёмное небо, испещрённое яркими огоньками.
— Здесь небо красивое, — вдруг сказал Художник.
— А? — я от неожиданности подавился воздухом. И не подумал даже, что Хелен начнёт разговор сам.
— Ну, чем ближе к большим городам, тем меньше видно звёзд. А здесь их много. Я любил смотреть на звёзды в детстве, — тихо пояснил он, не отрывая взгляда от неба. Потом Кровавый тряхнул головой и снял маску, решив, видимо, что она ему мешает. Лунный свет осветил его лёгкую улыбку, и я конкретно так завис, залюбовавшись на его расслабленное выражение лица, колышущиеся на ветру пряди волос, сверкающие в свете свечей и звёзд глаза.
Через пару минут молчания Хелен всё же посмотрел на меня, в его глазах отразились недоумение и лёгкое смущение. Я понял, что смотрю слишком пристально, и отвел взгляд, тоже смутившись. Как малые дети, чёрт возьми. Кому скажи, что убийцы могут так себя вести — не поверят. Вдруг я услышал тихий смешок и снова обернулся на Хелена, который пытался унять смех.
— Что? — немного обиженно проворчал я.
— Да ничего, просто это выглядело, эм… мило? — неуверенно ответил Художник, всё ещё улыбаясь.
— Мило? — Я рассмеялся. — Что ж, тогда ты тоже очень… мило улыбался.
Он вопросительно приподнял левую бровь, скептично улыбнувшись, на что я в ответ только усмехнулся и пожал плечами. Оба стакана были уже пусты, так что я долил вина нам обоим и подсел поближе к своему Художнику. Он мой манёвр, кажется, всё-таки заметил, но не возразил. Время тянулось медленно, мы неспешно разговаривали, пили вино и смеялись. Несколько свечей уже полностью догорели, бутылка вскоре тоже опустела, но возвращаться мы пока не собирались. Вот так вот просто разговаривать было довольно весело, и я даже почти забил на изначальную цель всего этого.
Прошло, кажется, часа два или три, когда в воздухе снова повисло молчание, но оно было уже не неловким, а каким-то уютным, что ли. Звёзды, казалось, сияли ярче обычного и не переставали привлекать наше внимание. Я даже вроде нашёл несколько созвездий, хотя могу и ошибаться. Рядом со мной послышался шорох — Хелен поднял свою маску с травы и стал вертеть её в руках.
— Кажется, пора возвращаться обратно, — с сожалением проговорил Художник и хотел надеть маску, но я остановил его, получив в ответ вопросительный взгляд. Сейчас или никогда, чёрт возьми!
— Хэй, Хелен, я хотел спросить, — я нервно облизал губы, — что ты станешь делать, если в тебя кто-нибудь влюбится?
— Смотря кто, — тут же ответил он, разом напрягшись.
— А что, если… я?
Художник, кажется, настолько офигел, что не знал, что сказать, а я, воспользовавшись случаем, резко подался вперед и поцеловал его, надеясь только на то, что это ещё больше его дезориентирует, и он не оттолкнёт меня сразу. Первые несколько секунд он действительно не двигался, видимо, не до конца понимая, что вообще происходит, но потом вдруг стал неуверенно отвечать. Я сначала даже не поверил в реальность происходящего, но почти сразу решил удивляться потом. У поцелуя был вкус вина и крови, и мы оба старались растянуть мгновенье как можно дольше.
Когда мы отстранились друг от друга, Хелен вдруг резко покраснел и закрыл лицо ладонями.
— Чёрт, чёрт, чёрт. Вот только не говори, что это была шутка…
— Что? Нет! Конечно, нет, — я неуверенно его обнял и отнял руки от лица. Художник недоверчиво посмотрел мне в глаза. — Я действительно влюблён в тебя, зачем мне шутить по этому поводу?
— Правда? Даже не верится… Я вроде как тоже, э-э-э, люблю тебя? — рассеянно пробормотал Кровавый, а затем неопределённо помотал головой, — Нет, это точно не может быть правдой. В конце концов, мы же убийцы, правильно? Такого не бывает.
— Это… Что?
— Ну, я нашёл на кухне бутылку вина и решил… В общем, вот, — Я поднял с земли стоящие возле поваленного дерева бутылку и пару стаканов, протянув один из них напарнику. Он помедлил, неуверенно поглядев на меня, но всё же взял стакан. Бокалов я, естественно, не нашёл, но и так сойдёт.
Я аккуратно разлил вино по стаканами и сел на траву, похлопал рукой по земле, приглашая Художника сесть и снова внимательно глянув на него. Он уже ничему, кажется, не удивлялся, но держался несколько настороженно, однако без споров сел рядом. Повисла неловкая тишина. Хелен вертел в руках стакан с вином и задумчиво смотрел на звёзды, а я никак не мог придумать, с чего бы начать разговор. Честно говоря, я так и не придумал, что можно сказать. Да и надо ли вообще? Может, я даже зря всё это устроил. Тяжело вздохнув, я пригубил вино, оказавшееся на удивление вкусным, и тоже поднял взгляд на тёмное небо, испещрённое яркими огоньками.
— Здесь небо красивое, — вдруг сказал Художник.
— А? — я от неожиданности подавился воздухом. И не подумал даже, что Хелен начнёт разговор сам.
— Ну, чем ближе к большим городам, тем меньше видно звёзд. А здесь их много. Я любил смотреть на звёзды в детстве, — тихо пояснил он, не отрывая взгляда от неба. Потом Кровавый тряхнул головой и снял маску, решив, видимо, что она ему мешает. Лунный свет осветил его лёгкую улыбку, и я конкретно так завис, залюбовавшись на его расслабленное выражение лица, колышущиеся на ветру пряди волос, сверкающие в свете свечей и звёзд глаза.
Через пару минут молчания Хелен всё же посмотрел на меня, в его глазах отразились недоумение и лёгкое смущение. Я понял, что смотрю слишком пристально, и отвел взгляд, тоже смутившись. Как малые дети, чёрт возьми. Кому скажи, что убийцы могут так себя вести — не поверят. Вдруг я услышал тихий смешок и снова обернулся на Хелена, который пытался унять смех.
— Что? — немного обиженно проворчал я.
— Да ничего, просто это выглядело, эм… мило? — неуверенно ответил Художник, всё ещё улыбаясь.
— Мило? — Я рассмеялся. — Что ж, тогда ты тоже очень… мило улыбался.
Он вопросительно приподнял левую бровь, скептично улыбнувшись, на что я в ответ только усмехнулся и пожал плечами. Оба стакана были уже пусты, так что я долил вина нам обоим и подсел поближе к своему Художнику. Он мой манёвр, кажется, всё-таки заметил, но не возразил. Время тянулось медленно, мы неспешно разговаривали, пили вино и смеялись. Несколько свечей уже полностью догорели, бутылка вскоре тоже опустела, но возвращаться мы пока не собирались. Вот так вот просто разговаривать было довольно весело, и я даже почти забил на изначальную цель всего этого.
Прошло, кажется, часа два или три, когда в воздухе снова повисло молчание, но оно было уже не неловким, а каким-то уютным, что ли. Звёзды, казалось, сияли ярче обычного и не переставали привлекать наше внимание. Я даже вроде нашёл несколько созвездий, хотя могу и ошибаться. Рядом со мной послышался шорох — Хелен поднял свою маску с травы и стал вертеть её в руках.
— Кажется, пора возвращаться обратно, — с сожалением проговорил Художник и хотел надеть маску, но я остановил его, получив в ответ вопросительный взгляд. Сейчас или никогда, чёрт возьми!
— Хэй, Хелен, я хотел спросить, — я нервно облизал губы, — что ты станешь делать, если в тебя кто-нибудь влюбится?
— Смотря кто, — тут же ответил он, разом напрягшись.
— А что, если… я?
Художник, кажется, настолько офигел, что не знал, что сказать, а я, воспользовавшись случаем, резко подался вперед и поцеловал его, надеясь только на то, что это ещё больше его дезориентирует, и он не оттолкнёт меня сразу. Первые несколько секунд он действительно не двигался, видимо, не до конца понимая, что вообще происходит, но потом вдруг стал неуверенно отвечать. Я сначала даже не поверил в реальность происходящего, но почти сразу решил удивляться потом. У поцелуя был вкус вина и крови, и мы оба старались растянуть мгновенье как можно дольше.
Когда мы отстранились друг от друга, Хелен вдруг резко покраснел и закрыл лицо ладонями.
— Чёрт, чёрт, чёрт. Вот только не говори, что это была шутка…
— Что? Нет! Конечно, нет, — я неуверенно его обнял и отнял руки от лица. Художник недоверчиво посмотрел мне в глаза. — Я действительно влюблён в тебя, зачем мне шутить по этому поводу?
— Правда? Даже не верится… Я вроде как тоже, э-э-э, люблю тебя? — рассеянно пробормотал Кровавый, а затем неопределённо помотал головой, — Нет, это точно не может быть правдой. В конце концов, мы же убийцы, правильно? Такого не бывает.
Страница 5 из 6
