Фандом: Вавилон 5. Время действия: примерно 2214-й год по земному стандартному времени Место: планета Нарн, окрестности г. Г'Камазада, столицы Нарна. Первая Оккупация Нарна. Центаврианские войска только что жестоко подавили восстание в Хекбе, уничтожив почти всех участников Сопротивления в этом городе. Уцелеть удалось единицам, в том числе и одному из лидеров. И у него есть личные счеты к одному из центаврианских военачальников…
Добавить в моё избранное
33 мин, 51 сек 7024
Большое солнце Нарна уже наполовину скрылось за горами, превратившись из оранжевого в багровое. Поднимающийся ночной ветер нес с собой небольшие вихри пыли, которые здесь называли песчаными духами. Наступила та таинственная тишина, когда становится слышно любой звук далеко окрест.
Ке'Ти, семилетний мальчик, нетерпеливо глядел на стремительно темнеющее небо. Он ждал, когда солнце окончательно скроется за горами, чтобы под покровом темноты перевести доверенных ему ну'токов на другое пастбище.
Это стадо было единственным богатством их деревни. И то, что ему стали доверять его пасти, заставляло Ке'Ти раздуваться от гордости. Но оно же служило источником постоянного беспокойства мальчишки. Ну'токи всегда стоили очень дорого, а теперь, благодаря центаврианам, в округе их почти не осталось. Если бы не хитрость старейшин, придумавших, как скрывать животных от жадных глаз захватчиков, то многие в их деревне не пережили бы эту зиму.
В обязанности Ке'Ти входило следить, чтобы ну'токи не разбегались, водить их на водопой и загонять на день в пещеру, которая была так хитро замаскирована, что, не зная точно, найти ее было невозможно. Конечно, один он вряд ли справился бы с целым стадом. Если уж быть совсем честным, большую часть обязанностей несла его старшая сестра, Шо'Та. Он только помогал ей. Но Ке'Ти не сомневался, что вскоре сможет делать это и в одиночку.
Вот только доить ну'токов он был не мастер. Поэтому вынужден был ждать сестру, которая должна была вот-вот появиться со связкой кувшинов. Ее бык слушался лучше. Она также должна была привезти корм для животных на день, чтобы они не шумели и не привлекали чужое внимание.
Ке'Ти, убедившись, что все ну'токи заняты делом, то есть, жуют сухую траву на каменистом склоне, осторожно выглянул из-за валуна, высматривая сестру. Она всегда напевала незатейливую песенку, предупреждая таким образом о своем появлении. Ке'Ти напрягал слух изо всех сил, но слышал только гул ветра в камнях, хруст травы, пережевываемой ну'токами, да протяжное пофыркивание огромного быка-вожака.
Он снова присел около валуна, не зная, чем еще себя занять. Чуть слышный шорох каменистой земли заставил его встрепенуться.
Бык перестал жевать и поднял массивную рогатую голову. А потом фыркнул особенно громко и резко. И самки из стада тут же зафыркали в ответ, собравшись вокруг него в кольцо. Ну'токи всегда отличались особой чуткостью, а сейчас, когда в сумке быка попискивало недавно родившееся потомство, они были особенно внимательными ко всему, что происходило вокруг.
Но если бы к ним подкрадывался хищник, реакция животных была бы более бурной. Скорее всего, они почуяли другого нарна.
Но это вряд ли был житель их деревни. И уж точно не его сестра. У Ке'Ти был тонкий слух, и он был способен узнать свою сестру по походке издалека. Сердце мальчишки заколотилось. Если этот кто-то пришел, чтобы найти их тайное пастбище, то дело плохо…
Ке'Ти нащупал на поясе кожаную петлю, а другой рукой захватил пару увесистых камней с земли. Пусть он был маленьким мальчишкой без настоящего имени, но безобидным его назвать нельзя. В искусстве метания камней Ке'Ти было равных в деревне. Зарядив свое нехитрое оружие, мальчик принялся ждать, моля в душе всех богов о том, чтобы огромный вожак не подал голоса, как часто любили делать ну'токи…
Чужак вскоре появился перед ним. Он был один. Ке'Ти прищурился, пытаясь разглядеть его против солнца. Но смог только увидеть высокий худощавый силуэт в ореоле кроваво-красных лучей. Походка у пришельца была какая-то странная: он то и дело замирал, покачиваясь, а потом снова двигался вперед. Иногда его пошатывало. Когда он подошел поближе, Ке'Ти с удивлением понял, что это женщина.
Она мерно шагала, глядя перед собой застывшими глазами. Одежда ее была покрыта пылью и порвана во многих местах. Кожа на лице шелушилась, а губы были покрыты трещинами. Несмотря на жалкий вид незнакомки, что-то в манере держаться и осанке выдавало ее принадлежность к благородным кругам. Это еще более смутило мальчика. Женщина остановилась как раз напротив него, чтобы перевести дух. Ноги ее мелко дрожали, казалось, она вот-вот упадет. Ке'Ти слышал ее хриплое дыхание.
Мальчик не знал, как ему поступить. Благоразумие подсказывало ему, что не стоит обнаруживать свое присутствие, но внутренний голос настойчиво твердил о том, что нехорошо бросать эту женщину в таком положении… Ке'Ти, кусая губы, наблюдал за незнакомкой.
Она сделала еще пару шагов, после чего, покачнувшись, упала на каменистую землю. Ке'Ти ждал, когда она снова встанет, но женщина не сдвинулась с места. Подождав еще несколько минут, он принял решение.
Осторожно высунувшись из-за валуна, с камнем наготове, Ке'Ти подкрался к ней и дотронулся до плеча. Женщина не шевельнулась. Сначала мальчик подумал, что она умерла, но, заметив легкое движение грудной клетки, понял, что она без сознания.
Ке'Ти, семилетний мальчик, нетерпеливо глядел на стремительно темнеющее небо. Он ждал, когда солнце окончательно скроется за горами, чтобы под покровом темноты перевести доверенных ему ну'токов на другое пастбище.
Это стадо было единственным богатством их деревни. И то, что ему стали доверять его пасти, заставляло Ке'Ти раздуваться от гордости. Но оно же служило источником постоянного беспокойства мальчишки. Ну'токи всегда стоили очень дорого, а теперь, благодаря центаврианам, в округе их почти не осталось. Если бы не хитрость старейшин, придумавших, как скрывать животных от жадных глаз захватчиков, то многие в их деревне не пережили бы эту зиму.
В обязанности Ке'Ти входило следить, чтобы ну'токи не разбегались, водить их на водопой и загонять на день в пещеру, которая была так хитро замаскирована, что, не зная точно, найти ее было невозможно. Конечно, один он вряд ли справился бы с целым стадом. Если уж быть совсем честным, большую часть обязанностей несла его старшая сестра, Шо'Та. Он только помогал ей. Но Ке'Ти не сомневался, что вскоре сможет делать это и в одиночку.
Вот только доить ну'токов он был не мастер. Поэтому вынужден был ждать сестру, которая должна была вот-вот появиться со связкой кувшинов. Ее бык слушался лучше. Она также должна была привезти корм для животных на день, чтобы они не шумели и не привлекали чужое внимание.
Ке'Ти, убедившись, что все ну'токи заняты делом, то есть, жуют сухую траву на каменистом склоне, осторожно выглянул из-за валуна, высматривая сестру. Она всегда напевала незатейливую песенку, предупреждая таким образом о своем появлении. Ке'Ти напрягал слух изо всех сил, но слышал только гул ветра в камнях, хруст травы, пережевываемой ну'токами, да протяжное пофыркивание огромного быка-вожака.
Он снова присел около валуна, не зная, чем еще себя занять. Чуть слышный шорох каменистой земли заставил его встрепенуться.
Бык перестал жевать и поднял массивную рогатую голову. А потом фыркнул особенно громко и резко. И самки из стада тут же зафыркали в ответ, собравшись вокруг него в кольцо. Ну'токи всегда отличались особой чуткостью, а сейчас, когда в сумке быка попискивало недавно родившееся потомство, они были особенно внимательными ко всему, что происходило вокруг.
Но если бы к ним подкрадывался хищник, реакция животных была бы более бурной. Скорее всего, они почуяли другого нарна.
Но это вряд ли был житель их деревни. И уж точно не его сестра. У Ке'Ти был тонкий слух, и он был способен узнать свою сестру по походке издалека. Сердце мальчишки заколотилось. Если этот кто-то пришел, чтобы найти их тайное пастбище, то дело плохо…
Ке'Ти нащупал на поясе кожаную петлю, а другой рукой захватил пару увесистых камней с земли. Пусть он был маленьким мальчишкой без настоящего имени, но безобидным его назвать нельзя. В искусстве метания камней Ке'Ти было равных в деревне. Зарядив свое нехитрое оружие, мальчик принялся ждать, моля в душе всех богов о том, чтобы огромный вожак не подал голоса, как часто любили делать ну'токи…
Чужак вскоре появился перед ним. Он был один. Ке'Ти прищурился, пытаясь разглядеть его против солнца. Но смог только увидеть высокий худощавый силуэт в ореоле кроваво-красных лучей. Походка у пришельца была какая-то странная: он то и дело замирал, покачиваясь, а потом снова двигался вперед. Иногда его пошатывало. Когда он подошел поближе, Ке'Ти с удивлением понял, что это женщина.
Она мерно шагала, глядя перед собой застывшими глазами. Одежда ее была покрыта пылью и порвана во многих местах. Кожа на лице шелушилась, а губы были покрыты трещинами. Несмотря на жалкий вид незнакомки, что-то в манере держаться и осанке выдавало ее принадлежность к благородным кругам. Это еще более смутило мальчика. Женщина остановилась как раз напротив него, чтобы перевести дух. Ноги ее мелко дрожали, казалось, она вот-вот упадет. Ке'Ти слышал ее хриплое дыхание.
Мальчик не знал, как ему поступить. Благоразумие подсказывало ему, что не стоит обнаруживать свое присутствие, но внутренний голос настойчиво твердил о том, что нехорошо бросать эту женщину в таком положении… Ке'Ти, кусая губы, наблюдал за незнакомкой.
Она сделала еще пару шагов, после чего, покачнувшись, упала на каменистую землю. Ке'Ти ждал, когда она снова встанет, но женщина не сдвинулась с места. Подождав еще несколько минут, он принял решение.
Осторожно высунувшись из-за валуна, с камнем наготове, Ке'Ти подкрался к ней и дотронулся до плеча. Женщина не шевельнулась. Сначала мальчик подумал, что она умерла, но, заметив легкое движение грудной клетки, понял, что она без сознания.
Страница 1 из 10
