Фандом: Вавилон 5. Время действия: примерно 2214-й год по земному стандартному времени Место: планета Нарн, окрестности г. Г'Камазада, столицы Нарна. Первая Оккупация Нарна. Центаврианские войска только что жестоко подавили восстание в Хекбе, уничтожив почти всех участников Сопротивления в этом городе. Уцелеть удалось единицам, в том числе и одному из лидеров. И у него есть личные счеты к одному из центаврианских военачальников…
Добавить в моё избранное
33 мин, 51 сек 7029
Вблизи странница казалась еще более истощенной.
Тихая песенка дала ему понять, что сестра, наконец-то соизволила дойти сюда. Ке'Ти обрадовался, ибо побаивался оставаться с этой женщиной наедине.
— Это ты оглушил ее? — спросила Шо'Та, подойдя к нему. Рядом с ней шагал дакк, навьюченный мешками с зерном для ну'токов и пустыми кувшинами для молока. Сестра хмуро разглядывала незнакомку, лежащую на земле.
— Нет, она сама отключилась, — ответил Ке'Ти. — Посмотри, в каком она виде! Наверное, прошла долгий путь…
Сестра склонилась над женщиной, присев на корточки.
— Она видела наше стадо?
— Нет, она потеряла сознание до этого. Слава Г'Квану!
— Ее счастье, — сурово бросила Шо'Та, многозначительно похлопав по рукояти ножа, висевшего на поясе. — Тогда нам придется доставить ее в деревню. Но сначала я загоню стадо в укрытие и подою быка. А ты пока свяжи ей руки. Так, на всякий случай. Тогда, если она очнется, нам не придется с ней возиться.
И сестра потянула дакка за повод, направившись к ну'токам. Огромный вожак издал тихое урчание, узнав ее.
— Хорошо… — ответил Ке'Ти, опасливо посмотрев на незнакомую женщину. Пусть она сейчас была без сознания, но ему все равно было не по себе рядом с ней…
Г'Джад очнулась на жестком глиняном полу в полутемной хижине. Она хотела было вскочить, но все тело было тяжелым как камень. Потребовалось очень много усилий, чтобы просто открыть глаза. Каждое веко весило, как каменная плита. Но Г'Джад всегда была очень упорна в достижении своей цели.
Открыв глаза, она осмотрелась вокруг. Обоняние не обмануло: она действительно была в деревенской хижине, пропахшей дымом от очага, дубленой кожей, из которой здесь делали стены-перегородки, и навозом дакков. Г'Джад поморщилась, но не стала выражать свое недовольство вслух. За последние годы ей приходилось бывать в местах похуже, чем эта вонючая хибара, которая, наверное, развалится от одного удара ее кулака. Правда теперь, в ее нынешнем состоянии, она не могла и пальцем пошевелить… Стоп! Тревога огнем прожгла ее тело. Она не знала, что делает в этой хижине.
Г'Джад со стоном приподнялась на грубой циновке, служившей ей постелью. Судорожно осмотрела себя. Руки не были связаны, значит, она не была пленницей. Оружие тоже осталось при ней. Она сунула руку за пазуху. Даже миниатюрный плазменный пистолет остался на месте. Г'Джад облизнула пересохшие губы. После внимательного осмотра, рядом обнаружился кувшин с водой и жесткая лепешка-силсоп. Г'Джад судорожно схватила кувшин и осушила его несколькими глотками. Вода оказалась солоноватой, но ей уже было все равно. Выпив ее слишком поспешно Г'Джад почувствовала дурноту. С лепешкой она обошлась более бережно и отщипнула лишь небольшой кусочек, начав медленно его жевать.
Кто-то шагнул внутрь хижины, заставив Г'Джад невольно схватиться за пистолет. Развернувшись, она увидела девчонку, застывшую на пороге.
— Ой, она проснулась! — испуганно вскрикнула та.
Прежде чем Г'Джад успела спросить ее о чем-либо, девочка убежала прочь.
Снова оставшись одна, женщина решила привести себя в порядок настолько, насколько позволяли условия. Одежда ее стала жесткой от толстого слоя ржавой пыли, обувь совсем развалилась. Все тело болело от усталости.
Г'Джад попробовала стереть пыльную корку с лица, смочив ладонь остатками воды из кувшина. Кожу в тех местах, где были трещинки и царапины, противно защипало. Воды осталось слишком мало, в результате пыль только сильнее размазалась по лицу. Г'Джад раздосадовано отбросила кувшин в сторону.
— Щрок! — тихо, но с чувством произнесла она.
Обернувшись, Г'Джад вздрогнула, обнаружив пожилую нарнийку, стоявшую в дверях. Как она не заметила ее появления?! Г'Джад всегда гордилась своим чутким слухом и зрением.
Старуха некоторое время молча ее разглядывала, а потом негромко произнесла, слегка поклонившись:
— Приветствую тебя в нашей деревне, странница. Мы нашли тебя в горах без сознания и принесли сюда. Ты проспала целый день. Я — старейшина этой деревни и мне бы хотелось знать, кто ты и откуда пришла.
Г'Джад поклонилась в ответ.
— Мое имя не стоит произносить в этих стенах, старейшая, так что позволь мне его не называть. Но если ты скажешь, в какой именно деревне я нахожусь, мне будет легче ответить на второй вопрос.
Старуха чуть шевельнула безволосой бровью.
— В названии нашей деревни нет никакой тайны. Ты находишься недалеко от Г'Камазада, в селении Ро'Шад. Так откуда же ты пришла?
— Из-за гор, — коротко ответила Г'Джад.
— С востока? — переспросила старая нарнийка, наморщив лоб.
— Нет, с запада.
Г'Джад увидела, как расширились глаза старухи.
— Ты обманываешь меня, странница. На западе нет жилых поселений. Там — лишь голые скалы и безжизненная пустыня, и так до самой Хекбы!
Тихая песенка дала ему понять, что сестра, наконец-то соизволила дойти сюда. Ке'Ти обрадовался, ибо побаивался оставаться с этой женщиной наедине.
— Это ты оглушил ее? — спросила Шо'Та, подойдя к нему. Рядом с ней шагал дакк, навьюченный мешками с зерном для ну'токов и пустыми кувшинами для молока. Сестра хмуро разглядывала незнакомку, лежащую на земле.
— Нет, она сама отключилась, — ответил Ке'Ти. — Посмотри, в каком она виде! Наверное, прошла долгий путь…
Сестра склонилась над женщиной, присев на корточки.
— Она видела наше стадо?
— Нет, она потеряла сознание до этого. Слава Г'Квану!
— Ее счастье, — сурово бросила Шо'Та, многозначительно похлопав по рукояти ножа, висевшего на поясе. — Тогда нам придется доставить ее в деревню. Но сначала я загоню стадо в укрытие и подою быка. А ты пока свяжи ей руки. Так, на всякий случай. Тогда, если она очнется, нам не придется с ней возиться.
И сестра потянула дакка за повод, направившись к ну'токам. Огромный вожак издал тихое урчание, узнав ее.
— Хорошо… — ответил Ке'Ти, опасливо посмотрев на незнакомую женщину. Пусть она сейчас была без сознания, но ему все равно было не по себе рядом с ней…
Г'Джад очнулась на жестком глиняном полу в полутемной хижине. Она хотела было вскочить, но все тело было тяжелым как камень. Потребовалось очень много усилий, чтобы просто открыть глаза. Каждое веко весило, как каменная плита. Но Г'Джад всегда была очень упорна в достижении своей цели.
Открыв глаза, она осмотрелась вокруг. Обоняние не обмануло: она действительно была в деревенской хижине, пропахшей дымом от очага, дубленой кожей, из которой здесь делали стены-перегородки, и навозом дакков. Г'Джад поморщилась, но не стала выражать свое недовольство вслух. За последние годы ей приходилось бывать в местах похуже, чем эта вонючая хибара, которая, наверное, развалится от одного удара ее кулака. Правда теперь, в ее нынешнем состоянии, она не могла и пальцем пошевелить… Стоп! Тревога огнем прожгла ее тело. Она не знала, что делает в этой хижине.
Г'Джад со стоном приподнялась на грубой циновке, служившей ей постелью. Судорожно осмотрела себя. Руки не были связаны, значит, она не была пленницей. Оружие тоже осталось при ней. Она сунула руку за пазуху. Даже миниатюрный плазменный пистолет остался на месте. Г'Джад облизнула пересохшие губы. После внимательного осмотра, рядом обнаружился кувшин с водой и жесткая лепешка-силсоп. Г'Джад судорожно схватила кувшин и осушила его несколькими глотками. Вода оказалась солоноватой, но ей уже было все равно. Выпив ее слишком поспешно Г'Джад почувствовала дурноту. С лепешкой она обошлась более бережно и отщипнула лишь небольшой кусочек, начав медленно его жевать.
Кто-то шагнул внутрь хижины, заставив Г'Джад невольно схватиться за пистолет. Развернувшись, она увидела девчонку, застывшую на пороге.
— Ой, она проснулась! — испуганно вскрикнула та.
Прежде чем Г'Джад успела спросить ее о чем-либо, девочка убежала прочь.
Снова оставшись одна, женщина решила привести себя в порядок настолько, насколько позволяли условия. Одежда ее стала жесткой от толстого слоя ржавой пыли, обувь совсем развалилась. Все тело болело от усталости.
Г'Джад попробовала стереть пыльную корку с лица, смочив ладонь остатками воды из кувшина. Кожу в тех местах, где были трещинки и царапины, противно защипало. Воды осталось слишком мало, в результате пыль только сильнее размазалась по лицу. Г'Джад раздосадовано отбросила кувшин в сторону.
— Щрок! — тихо, но с чувством произнесла она.
Обернувшись, Г'Джад вздрогнула, обнаружив пожилую нарнийку, стоявшую в дверях. Как она не заметила ее появления?! Г'Джад всегда гордилась своим чутким слухом и зрением.
Старуха некоторое время молча ее разглядывала, а потом негромко произнесла, слегка поклонившись:
— Приветствую тебя в нашей деревне, странница. Мы нашли тебя в горах без сознания и принесли сюда. Ты проспала целый день. Я — старейшина этой деревни и мне бы хотелось знать, кто ты и откуда пришла.
Г'Джад поклонилась в ответ.
— Мое имя не стоит произносить в этих стенах, старейшая, так что позволь мне его не называть. Но если ты скажешь, в какой именно деревне я нахожусь, мне будет легче ответить на второй вопрос.
Старуха чуть шевельнула безволосой бровью.
— В названии нашей деревни нет никакой тайны. Ты находишься недалеко от Г'Камазада, в селении Ро'Шад. Так откуда же ты пришла?
— Из-за гор, — коротко ответила Г'Джад.
— С востока? — переспросила старая нарнийка, наморщив лоб.
— Нет, с запада.
Г'Джад увидела, как расширились глаза старухи.
— Ты обманываешь меня, странница. На западе нет жилых поселений. Там — лишь голые скалы и безжизненная пустыня, и так до самой Хекбы!
Страница 2 из 10
