Фандом: Гарри Поттер, Доктор Кто. Чтобы победить Тёмного Лорда, им требуется настоящий герой, рыцарь в сияющих доспехах. Но по понятным причинам Гарри Поттер совсем не подходит на эту роль.
Добавить в моё избранное
54 мин, 42 сек 9000
— Тёмный Лорд пожелал получить пророчество, — закончил Август. Идею он понял с полуслова. С полувзгляда даже. — Нет, Алекс, нет. Вы видели эту книгу. Вы можете представить последствия. Нет.
Он хотел бы верить сам себе. Какой выход можно найти из этой ситуации? Выхода не было. Все двери плотно запечатаны. Август сделал всё, что мог, — малость, конечно. Тайна, которую он хранил даже от самого себя, жгла ладони и сердце. Но отменить сделанное… Полностью перечеркнуть. Нет, ни за что.
Мальсибер вздохнул.
— Август, — сказал он проникновенно, — вы представляете, что могут написать о нас с вами? Обо мне? Об Эйве? Вы верите книге, которую написали изначально предвзятые авторы? А мне вы верите, Август? Или своим глазам?
Август молчал. Чашка мешала, и он поставил её на стол.
— Мы монстры. Чудовища. Убийцы. Чистая кровь, геноцид, сегрегация, вот что они о нас скажут. Вы сами представляете, какие свидетельства остаются после милых шуточек Фенрира Грейбэка или Беллатрикс. Мы все разные. Разумные существа не бывают одинаковыми, как под Джеминио. Оно… он — разумен?
— Бесспорно, — медленно проговорил Август, с трудом шевеля губами.
Геноцид недопустим. Понял ли далек то, что понял он сам много лет назад? Приходят ли к нему его собственные кровавые демоны? Нельзя мерить всех под одну гребенку, нельзя.
— Вот! — Мальсибер ткнул перед собой пальцем. Глаза его поблёскивали, отражая всполохи огня. — Вот. Вы сами понимаете, что это означает. С любым разумным существом можно договориться и прийти к взаимовыгодному соглашению.
Он сделал паузу, переводя дыхание.
— Иначе мы все обречены, Август. Обречены. Он не остановится, вы сами это знаете. Это вопрос времени. И его осталось прискорбно мало.
Август прикрыл глаза. Молчаливое согласие. Но на словах он возразил:
— Это авантюра. Вы не можете знать, что его оружие сработает на… нашей мишени.
Мальсибер повел рукой, отметая этот довод.
— Проверим. Я не предлагаю бросаться вперёд очертя голову. — Он усмехнулся и покачал головой. — Мы ничего не теряем. Отказаться можно в любой момент. Вы ведь не думаете, что я собираюсь давать этому существу нерушимую клятву? Если… я повторяю: если оно сработает, то мы сделаем предложение. И, как говорят мои маггловские поверенные, застрахуем риски. Вы верите мне?
Август хотел верить. Доводы звучали логично. А ещё это был Алекс, его уверенность, его умение держать реальность под контролем. Его голос. Отблеск огня. Тепло. Жизнь против смерти.
И он был прав. Терять им действительно было нечего.
Август кивнул.
Мальсибер резко наклонился вперёд.
— Предлагаю сыграть в одну интересную игру. Помните, Долохов когда-то? Хороший аврор, плохой аврор…
Мёртвый аврор, добавлял тогда Долохов и весело хохотал. Август не помнил, когда слышал этот смех в последний раз. Кажется, это было ещё до Азкабана. От камина дышало жаром, и Август протянул к огню замерзшие руки.
— Вы будете очень хорошим аврором, Алекс.
— Очень хорошим плохим аврором, мистер Руквуд. Это необходимое дополнение. — Мальсибер постучал пальцем по книге о далеках. — Они правда боятся холода? Очаровательно. Это дает возможность влиять на его решения и поступки.
Августу вдруг стало легко. Он улыбнулся и потянулся за чашкой. Чай давно остыл, плевать.
— Тогда мне придется быть очень плохим хорошим аврором. Но я не против, — ответил он. — Только одно условие, Алекс. Эйв…
— Я никогда не стал бы впутывать Эйва в подобное дело, — серьёзно сказал Алекс. — Ни при каких обстоятельствах.
— Знакомься. Это мистер Мальсибер, мой… коллега.
Алекс стоял вплотную к резервуару, почти касаясь лицом стекла. Он опирался руками на треснувший стол, и тот жалобно скрипнул, когда Алекс наклонил голову и посмотрел на далека в упор. В кабинете было темно, но от резервуара лился зеленоватый свет. Лицо Алекса казалось фантасмагорической маской — тёмные провалы вместо глаз, прямой угол носа, грубая прорезь рта. Совсем не похоже на его пожирательскую маску. В левой руке Алекс держал палочку, небрежно сжимал её тремя пальцами, словно перо.
Далек ответил ему таким же прямым взглядом, приподнявшись на щупальцах. Лицо против лица. Один глаз против двух.
Август сдержал улыбку.
— Коллега, — повторил далек, нарушив молчание. — Он-тоже-изучает-преобразование-кристаллов-в-аномальном-энергетическом-поле?
— Нет, — ответил Август.
Алекс выпрямился, отодвинулся от стекла, моментально превратившись в мистера Мальсибера, эсквайра. Далек не тронулся с места. Превращение его явно не впечатлило.
— Я видел ваши чертежи, мистер… далек? Я могу вас так называть? — спросил Мальсибер и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мы можем обеспечить изготовление того, что вам необходимо. При определенных условиях, разумеется.
Он хотел бы верить сам себе. Какой выход можно найти из этой ситуации? Выхода не было. Все двери плотно запечатаны. Август сделал всё, что мог, — малость, конечно. Тайна, которую он хранил даже от самого себя, жгла ладони и сердце. Но отменить сделанное… Полностью перечеркнуть. Нет, ни за что.
Мальсибер вздохнул.
— Август, — сказал он проникновенно, — вы представляете, что могут написать о нас с вами? Обо мне? Об Эйве? Вы верите книге, которую написали изначально предвзятые авторы? А мне вы верите, Август? Или своим глазам?
Август молчал. Чашка мешала, и он поставил её на стол.
— Мы монстры. Чудовища. Убийцы. Чистая кровь, геноцид, сегрегация, вот что они о нас скажут. Вы сами представляете, какие свидетельства остаются после милых шуточек Фенрира Грейбэка или Беллатрикс. Мы все разные. Разумные существа не бывают одинаковыми, как под Джеминио. Оно… он — разумен?
— Бесспорно, — медленно проговорил Август, с трудом шевеля губами.
Геноцид недопустим. Понял ли далек то, что понял он сам много лет назад? Приходят ли к нему его собственные кровавые демоны? Нельзя мерить всех под одну гребенку, нельзя.
— Вот! — Мальсибер ткнул перед собой пальцем. Глаза его поблёскивали, отражая всполохи огня. — Вот. Вы сами понимаете, что это означает. С любым разумным существом можно договориться и прийти к взаимовыгодному соглашению.
Он сделал паузу, переводя дыхание.
— Иначе мы все обречены, Август. Обречены. Он не остановится, вы сами это знаете. Это вопрос времени. И его осталось прискорбно мало.
Август прикрыл глаза. Молчаливое согласие. Но на словах он возразил:
— Это авантюра. Вы не можете знать, что его оружие сработает на… нашей мишени.
Мальсибер повел рукой, отметая этот довод.
— Проверим. Я не предлагаю бросаться вперёд очертя голову. — Он усмехнулся и покачал головой. — Мы ничего не теряем. Отказаться можно в любой момент. Вы ведь не думаете, что я собираюсь давать этому существу нерушимую клятву? Если… я повторяю: если оно сработает, то мы сделаем предложение. И, как говорят мои маггловские поверенные, застрахуем риски. Вы верите мне?
Август хотел верить. Доводы звучали логично. А ещё это был Алекс, его уверенность, его умение держать реальность под контролем. Его голос. Отблеск огня. Тепло. Жизнь против смерти.
И он был прав. Терять им действительно было нечего.
Август кивнул.
Мальсибер резко наклонился вперёд.
— Предлагаю сыграть в одну интересную игру. Помните, Долохов когда-то? Хороший аврор, плохой аврор…
Мёртвый аврор, добавлял тогда Долохов и весело хохотал. Август не помнил, когда слышал этот смех в последний раз. Кажется, это было ещё до Азкабана. От камина дышало жаром, и Август протянул к огню замерзшие руки.
— Вы будете очень хорошим аврором, Алекс.
— Очень хорошим плохим аврором, мистер Руквуд. Это необходимое дополнение. — Мальсибер постучал пальцем по книге о далеках. — Они правда боятся холода? Очаровательно. Это дает возможность влиять на его решения и поступки.
Августу вдруг стало легко. Он улыбнулся и потянулся за чашкой. Чай давно остыл, плевать.
— Тогда мне придется быть очень плохим хорошим аврором. Но я не против, — ответил он. — Только одно условие, Алекс. Эйв…
— Я никогда не стал бы впутывать Эйва в подобное дело, — серьёзно сказал Алекс. — Ни при каких обстоятельствах.
— Знакомься. Это мистер Мальсибер, мой… коллега.
Алекс стоял вплотную к резервуару, почти касаясь лицом стекла. Он опирался руками на треснувший стол, и тот жалобно скрипнул, когда Алекс наклонил голову и посмотрел на далека в упор. В кабинете было темно, но от резервуара лился зеленоватый свет. Лицо Алекса казалось фантасмагорической маской — тёмные провалы вместо глаз, прямой угол носа, грубая прорезь рта. Совсем не похоже на его пожирательскую маску. В левой руке Алекс держал палочку, небрежно сжимал её тремя пальцами, словно перо.
Далек ответил ему таким же прямым взглядом, приподнявшись на щупальцах. Лицо против лица. Один глаз против двух.
Август сдержал улыбку.
— Коллега, — повторил далек, нарушив молчание. — Он-тоже-изучает-преобразование-кристаллов-в-аномальном-энергетическом-поле?
— Нет, — ответил Август.
Алекс выпрямился, отодвинулся от стекла, моментально превратившись в мистера Мальсибера, эсквайра. Далек не тронулся с места. Превращение его явно не впечатлило.
— Я видел ваши чертежи, мистер… далек? Я могу вас так называть? — спросил Мальсибер и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мы можем обеспечить изготовление того, что вам необходимо. При определенных условиях, разумеется.
Страница 7 из 17
