У Джеффа никогда не было много хороших качеств, но он гордился теми, которые были. У него было много фобий, и он пытался избавляться от большей части. У него было много предрассудков, которые не давали ему жить спокойно. А еще у него были нервы, которые пришлось отдать, как только в радиусе восьми метров появился Джек, решивший, что пора лишить Вудса и хороших качеств, и фобий, и на всякий случай девственности.
Добавить в моё избранное
124 мин, 21 сек 20982
— Хорошо, ты меня обманул, — взяв из рук Джеффа клок волос, Джек положил их в ладоши, а потом хлопнул. Те исчезли, как в руках мага. Потом он накидал Джеффу в обе руки огромную горсть конфет и сказал:
— Засовывай в рот и жуй, пока мы не окажемся на той стороне. — Брюнету пришлось набрать в рот этой гадости, чувствуя, как она медленно слипается и карамель остается на зубах. Все вокруг потемнело и земля ушла из-под ног. Вот оно как, оказывается так себя чувствуют дети, похищенные Джеком.
Вокруг летали карусельные лошади, сахарная вата, кривые зеркала, клоунские страшные зубастые лица и этот страшный смех. Джеффа затошнило от кружения, но он продолжал набивать рот леденцами, мечтая выплюнуть все куда-нибудь в кусты.
Оказался он на скамье в парке. Во рту пекло от сахара и тот начал активно отплевываться. Со слюной вывалился ком слипшихся карамелек.
Парк. Джефф знал этот город, он тут встретил ту девчонку. Осталось узнать, где именно Джек находится и дело сделано.
Плана по вызволению у него не было, и пришлось экспериментировать.
Итак, миссия: «Вызволить черноглазого инвалида» началась.
Узнать, в какой именно Джек психушке не составило труда, так как на карте города она была всего одна, огромное здание на окраине, обнесенная забором с колючей проволокой и электричеством.
Вудс пока не понял: Зачем он все это делает? Зачем сейчас прется в ту сторону пешим шагом, пытаясь не попадаться на глаза? Зачем злиться на этого идиота клоуна и полицию? Хотя ведь отлично понимает, что Смеющийся прав и это его не касается, как не касается и Джеффа.
Почему он не попросил помощи еще у кого-то? Почему не сказал всем, что Джек пропал?
Может, просто потому что всем было бы плевать, мол «Не маленький, жертвовать еще кем-то нет смысла». Но почему-то казалось, что это не справедливо.
Поэтому Джефф не любил сближаться с кем-либо, поэтому ненавидел общество и именно из-за этого не выходил из комнаты.
Брюнет должен ненавидеть этого парня всем нутром. Ведь он вызывал в организме отвращение к каждому движению: что тогда на кухне, что в комнате, что в подвале. Но в дальнейшем его присутствие не мешало и в конце концов он помог избавится от скопофобии.
Где-то в глубине души, возможно, Джефф даже верил, что избавится от большей части страхов благодаря этому человеку, но надежда была крохотная и тусклая.
Вот и больница. Тут есть охраняемый пост, но не было камер. Разве можно быть такими не предусмотрительными? На дворе уже стояла ночь, Джефф все еще мерз от холода и мелкого дождя, отогревая руки в карманах.
Он подошел к сторожке, но охранник, который в идеале должен следить за тем что происходит, тихо спал. Видимо, тут не такие активные психи или же их делают такими.
На кованых воротах сети не было, из-за чего он перемахнул через них, оказываясь на внутренней части территории. Тихо, спокойно, кое-где горел свет. Видимо, в комнатах, где была ординаторская и кабинеты.
Внутри на редкость тихо и чуть мокрый Джефф вошел в просторный белый холл. Квадратная комната, уставленная справа и слева стульями, видимо для навещавших. На против входа была стойка, пост, где сидела медсестра, смотрела телевизор и жевала что-то.
От нее в разные стороны расходились два коридора.
Пройдя по чуть мутному серому полу, Вудс подошел к стойке, за которой сидела женщина, чуть полная, в белом халате, очках и большим пластмассовым ведерком мороженого.
— Миссис, — та обернулась на пришедшего Вудса и в недоумении смотрела на него, на мокрую куртку и на бледные руки, лежащие на деревянной поверхности.
— Время посещения давно прошло, как вы сюда попали? — она захлопотала, заволновалась, видимо заподозрив не ладное, но следующие слова вызвали у нее шок.
— Я ненормальный. Я хотел бы попросить вас, написать заявление и остаться тут, — потом он приподнял лицо, откидывая капюшон куртки и посмотрел на женщину в упор, начиная говорить очень тихим голосом, будто в истерике, не хватало только слез. Женщина увидела разрезы, его глаза, лицо и ахнула от ужаса.
Джефф на самом деле и правда был в истерике, правда не от себя и не от внешности. Она была из-за другого.
Девушка понимающе, но все еще шокировано качала головой, осознавая, что действительно имеет дело с больным. Поэтому не сводя с него глаз, медленно подошла к телефону, тыкая полным пальцем в кнопки и отзываясь.
— Доктор, тут парень… Нет, он не посетитель, вызовите санитаров и придите сами. Это пациент.
Дальше был большой кипишь вокруг Вудса. Его осмотрели, пока что по доброму улыбаясь, мол «Молодец, что пришли сами, мы вам поможем», но тот прекрасно знал, что помогут ему только сделав овощем, а прежде засадив в желтую мягкую комнату, но видимо доктор решил иначе.
— Засовывай в рот и жуй, пока мы не окажемся на той стороне. — Брюнету пришлось набрать в рот этой гадости, чувствуя, как она медленно слипается и карамель остается на зубах. Все вокруг потемнело и земля ушла из-под ног. Вот оно как, оказывается так себя чувствуют дети, похищенные Джеком.
Вокруг летали карусельные лошади, сахарная вата, кривые зеркала, клоунские страшные зубастые лица и этот страшный смех. Джеффа затошнило от кружения, но он продолжал набивать рот леденцами, мечтая выплюнуть все куда-нибудь в кусты.
Оказался он на скамье в парке. Во рту пекло от сахара и тот начал активно отплевываться. Со слюной вывалился ком слипшихся карамелек.
Парк. Джефф знал этот город, он тут встретил ту девчонку. Осталось узнать, где именно Джек находится и дело сделано.
Плана по вызволению у него не было, и пришлось экспериментировать.
Итак, миссия: «Вызволить черноглазого инвалида» началась.
«Страх второй. Нозокомефобия»
Экстрасенсом Джефф никогда не был. У него могли быть галлюцинации, но это другое.Узнать, в какой именно Джек психушке не составило труда, так как на карте города она была всего одна, огромное здание на окраине, обнесенная забором с колючей проволокой и электричеством.
Вудс пока не понял: Зачем он все это делает? Зачем сейчас прется в ту сторону пешим шагом, пытаясь не попадаться на глаза? Зачем злиться на этого идиота клоуна и полицию? Хотя ведь отлично понимает, что Смеющийся прав и это его не касается, как не касается и Джеффа.
Почему он не попросил помощи еще у кого-то? Почему не сказал всем, что Джек пропал?
Может, просто потому что всем было бы плевать, мол «Не маленький, жертвовать еще кем-то нет смысла». Но почему-то казалось, что это не справедливо.
Поэтому Джефф не любил сближаться с кем-либо, поэтому ненавидел общество и именно из-за этого не выходил из комнаты.
Брюнет должен ненавидеть этого парня всем нутром. Ведь он вызывал в организме отвращение к каждому движению: что тогда на кухне, что в комнате, что в подвале. Но в дальнейшем его присутствие не мешало и в конце концов он помог избавится от скопофобии.
Где-то в глубине души, возможно, Джефф даже верил, что избавится от большей части страхов благодаря этому человеку, но надежда была крохотная и тусклая.
Вот и больница. Тут есть охраняемый пост, но не было камер. Разве можно быть такими не предусмотрительными? На дворе уже стояла ночь, Джефф все еще мерз от холода и мелкого дождя, отогревая руки в карманах.
Он подошел к сторожке, но охранник, который в идеале должен следить за тем что происходит, тихо спал. Видимо, тут не такие активные психи или же их делают такими.
На кованых воротах сети не было, из-за чего он перемахнул через них, оказываясь на внутренней части территории. Тихо, спокойно, кое-где горел свет. Видимо, в комнатах, где была ординаторская и кабинеты.
Внутри на редкость тихо и чуть мокрый Джефф вошел в просторный белый холл. Квадратная комната, уставленная справа и слева стульями, видимо для навещавших. На против входа была стойка, пост, где сидела медсестра, смотрела телевизор и жевала что-то.
От нее в разные стороны расходились два коридора.
Пройдя по чуть мутному серому полу, Вудс подошел к стойке, за которой сидела женщина, чуть полная, в белом халате, очках и большим пластмассовым ведерком мороженого.
— Миссис, — та обернулась на пришедшего Вудса и в недоумении смотрела на него, на мокрую куртку и на бледные руки, лежащие на деревянной поверхности.
— Время посещения давно прошло, как вы сюда попали? — она захлопотала, заволновалась, видимо заподозрив не ладное, но следующие слова вызвали у нее шок.
— Я ненормальный. Я хотел бы попросить вас, написать заявление и остаться тут, — потом он приподнял лицо, откидывая капюшон куртки и посмотрел на женщину в упор, начиная говорить очень тихим голосом, будто в истерике, не хватало только слез. Женщина увидела разрезы, его глаза, лицо и ахнула от ужаса.
Джефф на самом деле и правда был в истерике, правда не от себя и не от внешности. Она была из-за другого.
Девушка понимающе, но все еще шокировано качала головой, осознавая, что действительно имеет дело с больным. Поэтому не сводя с него глаз, медленно подошла к телефону, тыкая полным пальцем в кнопки и отзываясь.
— Доктор, тут парень… Нет, он не посетитель, вызовите санитаров и придите сами. Это пациент.
Дальше был большой кипишь вокруг Вудса. Его осмотрели, пока что по доброму улыбаясь, мол «Молодец, что пришли сами, мы вам поможем», но тот прекрасно знал, что помогут ему только сделав овощем, а прежде засадив в желтую мягкую комнату, но видимо доктор решил иначе.
Страница 16 из 33
