Фандом: Капитан Блад. Постканон, 1689-1696 гг. Продолжение «Пути домой». Что было дальше с доном Мигелем? Мелодрама, романс.
Добавить в моё избранное
195 мин, 10 сек 9924
Священник появился в их доме на следующий день после сорвавшегося водворения девушки в обитель и сначала долго беседовал с сеньором Сантаной и доном Мигелем, а потом взялся за Беатрис. Точно спохватившись, он задавал самые откровенные вопросы, сверля ее мрачно горящими глазами. Но ей нечего было скрывать, ведь святого отца больше интересовали вопросы плотского греха, и она отвечала спокойно и уверено, ни разу не дрогнув и не отведя взгляд. Отцу Игнасио пришлось оставить ее в покое, а когда они все собрались в гостиной, он лишь высказал угрозу, что их брак могут признать недействительным, поскольку гранду Испании нужно разрешение самого короля. Это встревожило Хуана Сантану, да и Беатрис тоже, на что де Эспиноса невозмутимо ответил, что берется уладить и этот вопрос.
В эти дни дон Мигель общался с Беатрис со снисходительной учтивостью, — как и в первый свой приезд. Он перестал отпускать в ее адрес ироничные замечания и колкости, что должно бы радовать ее, а вместо этого она чувствовала почти что сожаление.
«Я сама не знаю, чего хочу» — сердилась она на себя.
Впрочем, возможностей для общения у них практически не было. Лишь перед самым отплытием, улучив момент, когда великодушный сеньор Рамиро случайно ли, намеренно ли оставил их наедине, де Эспиноса сказал, глядя в глаза Беатрис:
— Вы так смотрите на меня, будто я призрак или скорбен умом. Я отдаю себе отчет в каждом произнесенном мной слове. Да простит меня Господь, но я не могу представить вас в монастыре. Я богат и знатен, в моем доме вы будете пользоваться не меньшей — а то и большей свободой, чем в доме вашего отца. А я не собираюсь быть слишком навязчивым, — он усмехнулся уголком рта. — Испания воюет с Францией, и возможностей обременять вас своим присутствием у меня будет не так уж много. Взамен я требую вашей преданности, и чтобы вы были достойны имени де Эспиноса. Я ясно излагаю?
— Да, дон Мигель, — Беатрис опустила глаза.
«Разочарована? Ты хотела услышать нечто совсем иное? Что он любит тебя, не так ли? Или хотя бы, что ты желанна ему? Еще не поздно все изменить»… — насмехалась вредная маленькая девчонка внутри сеньориты Сантана.
«Не буду я ничего менять… моей любви может хватить и на двоих»
«Ну-ну. Блажен, кто верует»…
Но девушка не пожелала слушать противный голосок, а теперь, глядя на проплывающие мимо окошка кареты дома, ощущала, как ее все больше охватывают сомнения, а внутри смерзается ледяной ком.
Инес, которой уже сравнялось двадцать три года, вышла замуж прошлым летом за небогатого, но имевшего доброе сердце Родриго де Колона и жила теперь в небольшом доме на западной окраине Санто-Доминго. Когда запыленная карета въехала во внутренний двор, Инес стояла на пороге дома, рядом с невысоким, плотным сеньором де Колон, радушно улыбавшимся тестю и своячнице. Шелковая мантилья не могла скрыть беременности Инес, и распахнувшая дверцу Беатрис радостно захлопала в ладоши. Она соскочила на землю и подбежала к младшей сестре.
Сестры ладили между собой, но глубокой привязанности между ними не было: слишком различные натуры не позволяли девушкам сблизиться. Но, проведя год в разлуке, они очень соскучились друг по другу, и ведь им надо было столько всего обсудить!
Инес сгорала от любопытства: получив письмо отца, в котором он сообщал о предстоящей свадьбе Беатрис сестры, и не с кем-нибудь, а со знатным сеньором, она не просто удивилась, а испытала настоящее потрясение. Конечно, в миловидности старшей сестре не откажешь, но Инес думала, что та давно приняла постриг: письма из дому приходили редко, а дело казалось решенным еще в прошлом году.
Сами обстоятельства знакомства, а особенно то, что Беатрис ухаживала за доном Мигелем в дни его болезни, были донельзя романтичными и казались взятыми из старинной баллады. Правда, будущий супруг был чуть ли не вдвое старше своей избранницы, но этот, по мнению сеньоры де Колон, недостаток искупался его родовитостью и богатством. И теперь при первой же возможности она забросала Беатрис вопросами.
Они сидели на низком диванчике в комнате, отведенной для Беатрис. В открытые окна долетал отдаленный шум: два возницы не поделили узкую улочку. Отец и Родриго де Колон остались в зале, пропустить по стаканчику-другому после ужина, и Инес ничего не мешало приступить к расспросам. Больше всего ее, как и их отца, интересовало, почему де Эспиноса остановил свой выбор на дочери алькальда захудалого городка, и кроме того, вся эта спешка со свадьбой. Но здесь Инес ожидало разочарование: она получила довольно-таки скупые пояснения, и ей пришло в голову то же подозрение, что и Хуану Сантана:
— Беатрис, ведь ты долго ухаживала за доном де Эспиносой, пока он был болен. Так долго и так хорошо, что он предложил стать его женой… От меня-то можешь не таиться, я не выдам тебя. Скажи, у вас было… это?
— Что это?
В эти дни дон Мигель общался с Беатрис со снисходительной учтивостью, — как и в первый свой приезд. Он перестал отпускать в ее адрес ироничные замечания и колкости, что должно бы радовать ее, а вместо этого она чувствовала почти что сожаление.
«Я сама не знаю, чего хочу» — сердилась она на себя.
Впрочем, возможностей для общения у них практически не было. Лишь перед самым отплытием, улучив момент, когда великодушный сеньор Рамиро случайно ли, намеренно ли оставил их наедине, де Эспиноса сказал, глядя в глаза Беатрис:
— Вы так смотрите на меня, будто я призрак или скорбен умом. Я отдаю себе отчет в каждом произнесенном мной слове. Да простит меня Господь, но я не могу представить вас в монастыре. Я богат и знатен, в моем доме вы будете пользоваться не меньшей — а то и большей свободой, чем в доме вашего отца. А я не собираюсь быть слишком навязчивым, — он усмехнулся уголком рта. — Испания воюет с Францией, и возможностей обременять вас своим присутствием у меня будет не так уж много. Взамен я требую вашей преданности, и чтобы вы были достойны имени де Эспиноса. Я ясно излагаю?
— Да, дон Мигель, — Беатрис опустила глаза.
«Разочарована? Ты хотела услышать нечто совсем иное? Что он любит тебя, не так ли? Или хотя бы, что ты желанна ему? Еще не поздно все изменить»… — насмехалась вредная маленькая девчонка внутри сеньориты Сантана.
«Не буду я ничего менять… моей любви может хватить и на двоих»
«Ну-ну. Блажен, кто верует»…
Но девушка не пожелала слушать противный голосок, а теперь, глядя на проплывающие мимо окошка кареты дома, ощущала, как ее все больше охватывают сомнения, а внутри смерзается ледяной ком.
Инес, которой уже сравнялось двадцать три года, вышла замуж прошлым летом за небогатого, но имевшего доброе сердце Родриго де Колона и жила теперь в небольшом доме на западной окраине Санто-Доминго. Когда запыленная карета въехала во внутренний двор, Инес стояла на пороге дома, рядом с невысоким, плотным сеньором де Колон, радушно улыбавшимся тестю и своячнице. Шелковая мантилья не могла скрыть беременности Инес, и распахнувшая дверцу Беатрис радостно захлопала в ладоши. Она соскочила на землю и подбежала к младшей сестре.
Сестры ладили между собой, но глубокой привязанности между ними не было: слишком различные натуры не позволяли девушкам сблизиться. Но, проведя год в разлуке, они очень соскучились друг по другу, и ведь им надо было столько всего обсудить!
Инес сгорала от любопытства: получив письмо отца, в котором он сообщал о предстоящей свадьбе Беатрис сестры, и не с кем-нибудь, а со знатным сеньором, она не просто удивилась, а испытала настоящее потрясение. Конечно, в миловидности старшей сестре не откажешь, но Инес думала, что та давно приняла постриг: письма из дому приходили редко, а дело казалось решенным еще в прошлом году.
Сами обстоятельства знакомства, а особенно то, что Беатрис ухаживала за доном Мигелем в дни его болезни, были донельзя романтичными и казались взятыми из старинной баллады. Правда, будущий супруг был чуть ли не вдвое старше своей избранницы, но этот, по мнению сеньоры де Колон, недостаток искупался его родовитостью и богатством. И теперь при первой же возможности она забросала Беатрис вопросами.
Они сидели на низком диванчике в комнате, отведенной для Беатрис. В открытые окна долетал отдаленный шум: два возницы не поделили узкую улочку. Отец и Родриго де Колон остались в зале, пропустить по стаканчику-другому после ужина, и Инес ничего не мешало приступить к расспросам. Больше всего ее, как и их отца, интересовало, почему де Эспиноса остановил свой выбор на дочери алькальда захудалого городка, и кроме того, вся эта спешка со свадьбой. Но здесь Инес ожидало разочарование: она получила довольно-таки скупые пояснения, и ей пришло в голову то же подозрение, что и Хуану Сантана:
— Беатрис, ведь ты долго ухаживала за доном де Эспиносой, пока он был болен. Так долго и так хорошо, что он предложил стать его женой… От меня-то можешь не таиться, я не выдам тебя. Скажи, у вас было… это?
— Что это?
Страница 18 из 56
