Фандом: Гарри Поттер. Признания в любви бывают разными.
Добавить в моё избранное
8 мин, 39 сек 18866
— Да чтоб тебя!
Буль!
— Оно ещё огрызается!
С гневным рычанием Драко запихнул миксер поглубже в тесто и попытался стряхнуть с волос муку.
Адская машинка жужжала, дёргалась, норовила вырваться из рук и вообще вела себя словно взбесившийся гиппогриф. Месиво в кастрюле бурлило, время от времени угрожающе хлюпая, и тогда Малфой обливался холодным потом.
Господи, как же правильно держать эту вертлявую дрянь? Память услужливо подсовывала рекомендации из учебников по зельеварению: надавить, помешивая плавно и быстро, пять кругов по часовой, три против…
Сюда бы крёстного…
Миксер взвыл, Драко дёрнулся, и из кастрюли смачно выплеснулась пара ложек бледно-бежевой жижи.
Снейпа мне, Снейпа!
Но парень прекрасно понимал, что справляться придётся самому. Во-первых, таков уговор, а во-вторых, бывший профессор не поможет, а только посмеётся.
Хорошо ему…
После победы оклемавшийся зельевар уволился из Хогвартса, и больше ни с какими работодателями связываться не пожелал. Он поздоровел, и казалось, даже помолодел, а всех людей, являющихся к нему с просьбами и предложениями посылал на три весёлых адреса: к Дамблдору, к Волдеморту или просто в за… заоблачные дали.
Драко не огорчался — Снейп заслужил то, что имел: сам Избранный, изнемогая от благодарности, прыгал перед ним задних лапках, аврорат в полном составе брал под козырёк, а бывший профессор делал вид, что не замечает. Но Малфоям грех было жаловаться — Снейп прикрыл их по всем фронтам, и послевоенные разбирательства семью миновали. Конечно, на них косились, но это можно было пережить.
Так что с готовкой Драко уж как-нибудь управится сам. В конце концов, неужели он не сумеет испечь обыкновенный бисквит?
Всё, пожалуй, хватит.
Парень выключил миксер и с трудом подавил вздох облегчения.
Теперь соль… Или сахар?!
Проклятье… Юноша метнулся к столу и заглянул в замусоленную от долгого изучения бумажку. Ага, соль… Пять граммов.
Глаза привычно поискали весы, и Малфой ругнулся. Это же маггловская кухня, а не лаборатория! Чёрт, а как же тогда взвешивать?
Несколько секунд Драко пребывал в ступоре, но врождённая смекалка не подвела. Чёрт с ним, с Гермиониным условием не применять магию. Палочку она забрала, но он и так справится. Правда, практики в беспалочковой у него маловато… Ну ничего. Сосредоточенно уставившись на открытый пакет с солью, Малфой рубанул ладонью.
— Ponderis!
Результат превзошёл все ожидания — пакет разорвало, и соль полетела ему прямо в глаза.
— Твою ма-а-а-а…
Это же оружие массового поражения!
Глаза невыносимо жгло, и парень вслепую побрёл к мойке. Что-то свернул по дороге, с грохотом посыпались кухонные причиндалы, но ему было наплевать — скорее бы умыться…
1. Ponderis (лат.) — взвешиваю.
Как он вообще умудрился ввязаться в эту авантюру? Помилуй Мерлин, он же слизеринец!
Слизеринец… Влюбившийся в гриффиндорку. А любовь она того… она и до кухни доведёт.
Нет, Гермиона не возражала против ухаживаний Драко, но ему их роман порой напоминал очередную акцию спасения под девизом «Перевоспитай Малфоя». Гриффиндорка задалась целью познакомить парня со всеми прелестями маггловской культуры, и они исправно посещали исторические места, дискотеки, кино, ралли, кафе, тусовки, ездили на общественном транспорте, удили рыбу, пытались ходить в поход… Драко рычал, но терпел.
Результат этой просветительской деятельности был довольно странным — юноша прекрасно выучился ругаться по-маггловки, а вот с остальным дело застопорилось. Но Гермиона не унывала, ей откровенно нравилась компания Драко. Молодой человек радовался этому обстоятельству: за Грейнджер он был готов перегрызть глотку любому, даже Волдеморту, вздумай тот снова воскреснуть из мёртвых…
На семейство Малфоев роман их отпрыска произвёл неожиданное впечатление. Гермиона тут же включила Люциуса и Нарциссу в круг просвещаемых и рьяно начала читать им длинные и страстные лекции о магглах. Девушка убеждала, спорила, жестикулировала, и даже пыталась рисовать диаграммы… Нарцисса смотрела на происходящее с видом печальной лошади, время от времени бросая на Драко скорбные взгляды, — она явно решила, что сын пожертвовал собой, дабы укрепить положение семьи в обществе. Люциус слушал Грейнджер очень серьёзно, но в его глазах прыгали чёртики…
— Ты очень её любишь?
Драко стиснул зубы и кивнул. Ему был прекрасно известно, как отец смотрит на невежественных грязнокровок, не знакомых с древней колдовской культурой.
Люциус помолчал, что-то обдумывая.
— Ну что ж… Ухаживай за ней, я не против.
Юноша обомлел.
— Папа?
Малфой-старший усмехнулся.
— В вашем предполагаемом браке есть и положительные стороны.
Буль!
— Оно ещё огрызается!
С гневным рычанием Драко запихнул миксер поглубже в тесто и попытался стряхнуть с волос муку.
Адская машинка жужжала, дёргалась, норовила вырваться из рук и вообще вела себя словно взбесившийся гиппогриф. Месиво в кастрюле бурлило, время от времени угрожающе хлюпая, и тогда Малфой обливался холодным потом.
Господи, как же правильно держать эту вертлявую дрянь? Память услужливо подсовывала рекомендации из учебников по зельеварению: надавить, помешивая плавно и быстро, пять кругов по часовой, три против…
Сюда бы крёстного…
Миксер взвыл, Драко дёрнулся, и из кастрюли смачно выплеснулась пара ложек бледно-бежевой жижи.
Снейпа мне, Снейпа!
Но парень прекрасно понимал, что справляться придётся самому. Во-первых, таков уговор, а во-вторых, бывший профессор не поможет, а только посмеётся.
Хорошо ему…
После победы оклемавшийся зельевар уволился из Хогвартса, и больше ни с какими работодателями связываться не пожелал. Он поздоровел, и казалось, даже помолодел, а всех людей, являющихся к нему с просьбами и предложениями посылал на три весёлых адреса: к Дамблдору, к Волдеморту или просто в за… заоблачные дали.
Драко не огорчался — Снейп заслужил то, что имел: сам Избранный, изнемогая от благодарности, прыгал перед ним задних лапках, аврорат в полном составе брал под козырёк, а бывший профессор делал вид, что не замечает. Но Малфоям грех было жаловаться — Снейп прикрыл их по всем фронтам, и послевоенные разбирательства семью миновали. Конечно, на них косились, но это можно было пережить.
Так что с готовкой Драко уж как-нибудь управится сам. В конце концов, неужели он не сумеет испечь обыкновенный бисквит?
Всё, пожалуй, хватит.
Парень выключил миксер и с трудом подавил вздох облегчения.
Теперь соль… Или сахар?!
Проклятье… Юноша метнулся к столу и заглянул в замусоленную от долгого изучения бумажку. Ага, соль… Пять граммов.
Глаза привычно поискали весы, и Малфой ругнулся. Это же маггловская кухня, а не лаборатория! Чёрт, а как же тогда взвешивать?
Несколько секунд Драко пребывал в ступоре, но врождённая смекалка не подвела. Чёрт с ним, с Гермиониным условием не применять магию. Палочку она забрала, но он и так справится. Правда, практики в беспалочковой у него маловато… Ну ничего. Сосредоточенно уставившись на открытый пакет с солью, Малфой рубанул ладонью.
— Ponderis!
Результат превзошёл все ожидания — пакет разорвало, и соль полетела ему прямо в глаза.
— Твою ма-а-а-а…
Это же оружие массового поражения!
Глаза невыносимо жгло, и парень вслепую побрёл к мойке. Что-то свернул по дороге, с грохотом посыпались кухонные причиндалы, но ему было наплевать — скорее бы умыться…
1. Ponderis (лат.) — взвешиваю.
Как он вообще умудрился ввязаться в эту авантюру? Помилуй Мерлин, он же слизеринец!
Слизеринец… Влюбившийся в гриффиндорку. А любовь она того… она и до кухни доведёт.
Нет, Гермиона не возражала против ухаживаний Драко, но ему их роман порой напоминал очередную акцию спасения под девизом «Перевоспитай Малфоя». Гриффиндорка задалась целью познакомить парня со всеми прелестями маггловской культуры, и они исправно посещали исторические места, дискотеки, кино, ралли, кафе, тусовки, ездили на общественном транспорте, удили рыбу, пытались ходить в поход… Драко рычал, но терпел.
Результат этой просветительской деятельности был довольно странным — юноша прекрасно выучился ругаться по-маггловки, а вот с остальным дело застопорилось. Но Гермиона не унывала, ей откровенно нравилась компания Драко. Молодой человек радовался этому обстоятельству: за Грейнджер он был готов перегрызть глотку любому, даже Волдеморту, вздумай тот снова воскреснуть из мёртвых…
На семейство Малфоев роман их отпрыска произвёл неожиданное впечатление. Гермиона тут же включила Люциуса и Нарциссу в круг просвещаемых и рьяно начала читать им длинные и страстные лекции о магглах. Девушка убеждала, спорила, жестикулировала, и даже пыталась рисовать диаграммы… Нарцисса смотрела на происходящее с видом печальной лошади, время от времени бросая на Драко скорбные взгляды, — она явно решила, что сын пожертвовал собой, дабы укрепить положение семьи в обществе. Люциус слушал Грейнджер очень серьёзно, но в его глазах прыгали чёртики…
— Ты очень её любишь?
Драко стиснул зубы и кивнул. Ему был прекрасно известно, как отец смотрит на невежественных грязнокровок, не знакомых с древней колдовской культурой.
Люциус помолчал, что-то обдумывая.
— Ну что ж… Ухаживай за ней, я не против.
Юноша обомлел.
— Папа?
Малфой-старший усмехнулся.
— В вашем предполагаемом браке есть и положительные стороны.
Страница 1 из 3
