Ведь это называется «любовь»

— Но у тебя разбиты губы, так что надо подождать пока заживёт.

— Скотина ты, — проворчала я и улыбнулась, уверенная, что смогу убедить его не ждать такой мелочи.

— Зато красивый, — хихикнули мне на ухо. — Пойдём пить чай. А потом решим, как попасть к тебе домой и забрать необходимые вещи.

— А когда я познакомлюсь с твоим отцом?

— Вечером. Как будто ты его и так не знаешь!

Мы рассмеялись и, наконец, оторвавшись друг от друга, направились на кухню — баловаться чаем и болтать с Татьяной Владимировной.

Дмитрий.

Было что-то непривычное в том, что я сейчас сидел на пустой кухне и ждал, пока закипит чайник. Даже неправильное в чём-то, я бы сказал.

Вся квартира была погружена в сладкий утренний сон. Солнце за окном только-только выглянуло из-за горизонта, часы показывали шестой час утра, а в голове было пусто, как после недельной попойки. Пусто и гулко. Ну будто в танке.

Обычно в это время я уже ухожу из дома, но сегодня торопиться было некуда. Впереди целых два выходных. А по субботам и воскресеньям даже я не работаю. Тем более теперь меня никуда не отпустят…

Чайник закипел, извещая об этом клубами пара, устремившимися к потолку. Я нехотя поднялся со стула и выключил его, тут же отходя к окну.

Пустой двор, залитый бледным утренним светом, навевал желание снова пойти и заснуть, накрывшись одеялом с головой. И я даже почти решился на этот странный для себя шаг, но моим планам не суждено было сбыться.

— Доброе утро, братишка.

Я закатил глаза, фыркая.

— Сколько можно повторять, что бы ты так меня не называл? — спросил я, поворачиваясь к вошедшему на кухню Олегу.

Встрёпанный, заспанный, в одних спортивных штанах он тут же заставил меня пожалеть о том, что я сегодня вообще проснулся.

— Обязательно расхаживать передо мной в таком виде? — прошипел я, злясь на это великовозрастное дитя, которое явно провоцировало меня совершенно осознанно.

— Я так сплю, — развёл руками Олег. — Извини, застёгиваться с утра на все пуговицы не в моей привычке. И что тебе не нравится в этом обращении?

— Всё не нравится. Тебе не десять лет, — хмуро сообщил я.

Брат уселся на диванчик, откинул голову и что-то нечленораздельно промычал. Я лишь вздохнул, подавляя нервную дрожь от вида его шеи и обнажённого торса. Вот мелочь… как был говнюком, так и остался… не важно, что любимым.

— Буду звать тебя «обожаемый старший брат», — хмыкнуло это светловолосое чудовище, когда я отошёл к столу и принялся наливать нам кофе.

— Твоя фантазия поражает размахом, — фыркнул я в ответ. — А ещё варианты есть?

— Драгоценный. Милый. Очаровательный.

— О, заткнись, пока я тебя кипятком не облил.

— Любимый?

Рука, держащая чайник, дрогнула, и немного воды выплеснулось на стол.

— Ты кретин.

— Я знаю. Но мне так нравится тебя дразнить, ничего не могу с собой поделать.

— Олег… я не знаю, как тебе втолковать одну простую вещь… это ни черта не смешно! — я с грохотом вернул чайник на плиту и резко развернулся, тут же оказываясь нос к носу с братом.

— Прости.

— Катись… даже видеть тебя не хочу, — честно высказал я, что вертелось на языке.

— Ты это не серьёзно. Я же вижу.

— Вообще-то именно сейчас я серьёзен как никогда, — тяжело вздохнул, понимая. Что убедить его в этом всё равно не выйдет. — Твой кофе. Пей и молчи.

Снова оказавшись у окна с ароматным напитком в руках, я честно попытался успокоиться и переварить всё, что сейчас тут произошло. Да, тяжело это, когда о твоих чувствах знает объект этих самых чувств. Ну да ладно, никуда не деться.

— Дим?

— Чего тебе, печаль моей селезёнки?

— А что сразу печаль? Я — радость!

— Слава богу, что эта радость сваливается на меня редко, — скептично ответил я. — Чего хотел?

— Что у Кира и Игоря за отношения?

Чёрт.

— Обычные отношения.

— Ты уж прости, но я не думаю, что обычно братья занимаются сексом…

Я подавился очередным глотком кофе. Вовсе не из-за того, что был удивлён самим фактом того, что мои сыновья спят друг с другом. А тем, что именно сейчас это случилось… неужели помирились? Как-то не сразу пришло в голову, что Олегу бы лучше об этом не знать.

— Они что, так громко это делали? — я невольно смутился, но всё равно рассмеялся невольно над ошарашенным лицом брата. — Расслабься. Всё нормально.

— Считаешь?

— О, не надо только мне мораль читать. Я, может, не лучший отец, но, по крайней мере, тут я не сделал ни одной ошибки. Если это ненормально для кого-то там — это его личные проблемы. Врагом своим детям я становиться не собираюсь.

Олег смотрел на меня внимательно и очень долго.

— Странно… это что, передаётся на генетическом уровне?