Громко

— Нравится?

— М-м-м…

— Здорово я придумал?

— М-м-м… Мерлин…

— Ага. Все боги мира! Никогда не думал, что Агуаменти — такое полезное заклинание. Только надо бы научиться его долго держать… Лежи спокойно, не дергайся, Гермиона. Сейчас проверим, жарко там или нет. Осторожно, палец…

— С-с-с… Ах.

— Жарко… И второй… Мягко и скользко.

— Заткнись, Рон…

— Я думал, что должен быть красноречивым … Агуаменти!

Лёгкий шум прибоя и тихие стоны.

— У меня сейчас крыша съедет, Гермиона…

— Ах… Рон! К чёрту пальцы и палочку — давай сам.

— Хорошо. Чёрт! Проклятый песок. Подожди, я мигом. Агуаменти!… Всё. Давай сюда коленки… М-м-м… Ох, Гермиона…

Вздохи и стоны, хлопки тела о тело.

— Мерлин…

— М-м-м…

— Сегодня можно?

— Да… М-м-м…

Хлопки тела о тело, женский вскрик, мужское рычание. Тишина, легкий шум прибоя.

— Ты моя, Гермиона. Слышишь? Моя.

— Я слышу…

Шум ветра.

— Ты тоже мой.

— Конечно, твой. Но ты моя умница, красавица, а я твой… Э-э-э…

— Поэт, художник?

Тихий смех.

— Рон, смотри, тучки налетели!

— Ага. И не тучки, а тучи… А нам плевать. Потому что хорошо. Гермиона, как ты думаешь, так всегда будет?

— Всегда, как в девятнадцать? Конечно, нет. Должно стать ещё лучше. Всё в наших руках.

— Ты в моих руках. Вся, полностью. У меня здоровые лапы… Это здорово, правда? Что мы сами можем всё решать. И что удивительно, я точно знаю, что делать!

— Ну, пока ты не сделал ничего особенного…

— Я использовал магию в новых целях.

— Испарил мой купальник?

— А как же моё Агуаменти? Только не говори, что тебе не понравилось.

Отдалённый раскат грома.

— Ого! Сейчас нам будет небесное Агуаменти, Гермиона!

— Побежали?

— Держись, я тебя отнесу.

— В таком виде?

— Тут магглов нет, и идти сто ярдов.

Тихий смех, звук поцелуя. Нарастающий шум ветра.

— Рон, а ты не хочешь… под дождём?

— Что?

— Под дождём.

— Ты уверена, Гермиона? Кажется, будет ливень.

— Дождика испугался?

— Не жалуйся потом, что тебе холодно…

— Я буду двигаться.

— Быстро?

— Быстро.

Мужской смех.

— М-м… Быстрая, проворная, голая Гермиона в грозу с громом. Повтори!

Женский смех.

— Гениально, Рон.

— Генитально?

— Дурак!

— Прости…

Стук редких капель о песок.

— Ой…

Нарастающий шум дождя, женский визг.

— Гермиона, ты всё ещё хочешь намокнуть? Или я ставлю щит?

— Давай!

— Протего!

Гулкий стук капель по крыше, шум водных потоков.

— Это невероятно, Рон! Мы словно под колпаком в подводном царстве. На дне морском. Ничего, кроме песка и воды…

— Что будем делать?

— Придумывать скороговорки.

— Что?

— Скороговорки.

— Хорошо, Гермиона, твоя очередь… Ну?

— Я не могу, когда ты на меня так смотришь.

— Просто… Это надо видеть, солнышко! Сидишь по-турецки, голая, мокрая, вся в песке… И красивая, как… тот ангел на твоем трюмо.

— Не смущай меня, Рон.

— А я обожаю, когда ты смущаешься. И улыбаешься. Да не прикрывайся ты! Ну? Давай.

— Хм… На какую букву?

— На «р».

— Хорошо. Э-э-э… Нумерология и трансфигурация…

— Нет-нет-нет, не порть романтическое настроение! Даю подсказку: Рыжий Рон и Гермиона…

— Хм… Рыжий Рон и Гермиона…

Жуткий грохот, испуганный крик. Хлопок.

И тишина.

— Гермиона, ты в порядке?

— Кажется, да. А ты?

— Я тоже.

— Что это было?

— Кажется, молния ударила…

— В магический щит? Не может быть!

— Наверное, где-то рядом…

— Рон, что такое? Почему мы у меня дома?

— Первое, что пришло мне в голову, это твоя гостиная.

— Молодец. Ух… Хорошо, что не в Нору.

— Да, это было бы эпохально. М-м… Рыжий Рон и Гермиона аппарировали и опозорились…

Резкий, испуганный вздох.

— Рон, ты перенёс нас на двести миль! Ужас. Это опасно, тем более для поспешной аппарации…

— Я же аврор.

— Без году неделя…

— И тем не менее. Поздно волноваться, Гермиона! Сейчас перенесу нас обратно.

— Ты уверен? Ох, моя палочка осталась в домике.

— Всё будет в порядке. Как же ты растрепалась! Иди сюда… Испугалась?

— Немного.

— А у меня ухо заложило.

— Это от грома.

— Нет, от твоего крика.

— Рон, это было так глупо — остаться в грозу на берегу.