Театральная студия

— И я знаю, что это делает вещи намного сложнее, ведь в моей жизни всегда была магия. Как только я начала говорить, мама учила меня заклинаниям и заговорам. Я не помню ни одно из них и не думаю, что смогу изучить это снова.

Милдред снова посмотрела вниз, на свои ботинки.

— Это место будет совершенно не таким без тебя, Фенелла, — призналась она. — Я думаю, ты должна сделать все возможное, чтобы остаться здесь.

Услышав, что Фенелла смеется, Милдред удивленно подняла глаза.

— Что смешного?

— Просто это то, что сказала Х-Б. — Фенелла закатила глаза. — Она, конечно, использовала другие слова, но суть та же.

Милдред не знала, что сказать. Никто раньше не сравнивал ее с мисс Хардбрум. От необходимости что-то говорить ее спас тихий стук в дверь. После короткой паузы дверь немного приоткрылась, и в образовавшуюся щель заглянула Гризельда Блэквуд.

— Можно войти? — спросила она нервно.

— Можно, — сказала Фенелла, радуясь, что ее подруга наконец-то нашла в себе мужество прийти и навестить ее.

— Я еще зайду к тебе, — сказала Милдред Фенелле, покидая лазарет.

— Спасибо, что зашла, Милдред, — с благодарностью сказала Фенелла. — Было приятно тебя увидеть.

Имоджен стояла и смотрела себе под ноги. Она хотела поднять голову и встретиться взглядом с человеком, стоящим перед ней, но обнаружила, что по какой-то причине не может этого сделать. Она переминалась с ноги на ногу и очень хотела сейчас оказаться в совершенно другом месте.

— Ну? — вопрос был задан с нетерпеливыми нотками в голосе.

Имоджен нервно сглотнула.

— Я хотела бы извиниться. — Ее слова больше походили на шепот, чем на четкие извинения, и она услышала нетерпеливый вздох. Она еще раз переступила с ноги на ногу и внезапно поняла, почему все ученицы так боятся Констанс Хардбрум. Ей не нужно было ничего говорить, чтобы сообщить, что она рассержена. Одного вздоха было достаточно, чтобы не осталось никаких сомнений, относительно ее чувств.

Осознав, что должна извиниться, она встала в центре учительской и громко позвала Констанс, но ошеломленное лицо Холдейна заставило ее пожалеть об этом. Хотя он уже видел ранее, как Констанс возникает из воздуха, но до конца не понимал, что она она могла быть поблизости, даже если вы не видите ее.

Наконец она отправила в лабораторию зелий записку, передав ее с одной из первоклассниц и теперь нервно расхаживала по учительской, ожидая, что будет дальше. После нескольких кругов, сделанных по комнате, она уселась на один из стульев и уставилась на дверь. Пока она смотрела на дверь, сзади раздался нетерпеливый вздох. Имоджен поднялась на ноги, чтобы повернувшись, увидеть явно недовольную Констанс, стоящую возле камина. Холдейн чертыхнулся и вскочил на ноги, что говорило о том, что он шокирован подобным появлением в комнате.

— Я хотела бы извиниться! — Имоджен наконец-то удалось справиться с волнением и вновь обрести голос. — Я не знаю, что еще сказать.

В разговор вмешался Холдейн.

— Я должен взять часть вины на себя. Я не знал о том, как используется этот шкаф и просто пытался помочь.

— Вы пытались помочь, находясь в учительской? — вопрос сопровождался яростным взглядом в сторону Холдейна.

— Я просто зашел забрать книгу, которую оставил здесь.

— Вы просто зашли без предупреждения?

— Да.

— И кто же позволил вам входить в учительскую?

— Это была я, — сказала Имоджен, делая шаг вперед. Сейчас она чувствовала себя одной из учениц школы.

— Хммм. Я вижу! — Констанс отвернулась от них и посмотрела на огонь.

Холдейн наклонился и шепнул Имоджен:

— Она что же, всегда так?

— Тссс! — Последняя вещь, которую Имоджен хотела сделать, это и дальше раздражать Констанс. Холдейн же намек не понял. Он наклонился к мисс Дрилл и прошептал:

— Я почти жалею, что под ногами нет подходящей дыры, в которую можно было бы провалиться!

Рот Констанс дернулся, и она повернула голову, чтобы посмотреть на них.

— Это вполне можно организовать, — спокойно сказала она ему.

Холдейн замолчал, а потом наклонившись к Имоджен, спросил:

— Она действительно может сделать это?

Женщина медленно кивнула, и лицо Холдейна сменило цвет.

— Мне действительно очень жаль, мисс Хардбрум, — попытался заверить он ее.

— Хммм.

— Констанс, он сказал, что ему очень жаль, я сказала, что я сожалею. Я не знаю, что нам еще сделать!

— Убраться с моего пути и позволить моим урокам вернуться в привычное русло! — она впилась в них взглядом. — Но я знаю, что это вряд ли произойдет в ближайшее время.

Она наклонилась к Холдейну.

— На вашем месте я была бы более осторожна, вмешиваясь в жизнь этой школы. Некоторые вещи не всегда такие, какими кажутся!