Шрам

Но тогда это нас не волновало. Главной целью было вырваться из этого ада.

Ночью мы пробрались в холл, но до двери так и не дошли. Внезапно зажегся свет, и нас обступила охрана. Бежать было некуда, но Эми крикнула мне, что сдаваться нельзя, и первая бросилась на них с ножом. Но куда же такой девочке справиться со здоровыми мужиками? Меня к тому времени уже скрутили и начали зверски избивать, поступившись правилами не оставлять следов. Эми тоже схватили, и один из охранников приставил к ее голове пистолет. И тут явился он. Наш отчим собственной персоной. Шрам багровел на лице, как знак возмездия. Не знаю, почему у меня возникла такая ассоциация, но я чувствовал, что простым наказанием мы на этот раз не отделаемся.

Следующее, что он произнес, намертво отпечаталось в моем сознании и заставило забыть про боль.

— Убить ее.

Помню, что я вскочил. Помню, что затылок взорвался болью. И больше не помню ничего. Будто сознание выключилось в одно мгновение.

Пришел в себя я уже в больнице. У палаты стояла охрана, толпились журналисты. Голова раскалывалась, и я не сразу сообразил, что же произошло. А вспомнив, решил, что лучше бы и не знал. Эми. Я не смог защитить ее.

Но к счастью, все оказалось не так трагично, по крайней мере на тот момент. Через несколько часов после моего пробуждения я получил письмо. Оно было от сестры. С превеликим облегчением я читал его, зная, что моя Эми жива, и с ней все в порядке. Ее даже не ранили. Она рассказала, что специально подняла шумиху вокруг этого, чтобы Беррингтон не смог до меня добраться, и извинялась, что ей приходится скрываться. Как выяснилось, в ту ночь она, защищаясь, убила двух человек. А когда Беррингтон приказал убить ее, чья-то пуля сразила охранника, который собирался выстрелить в мою сестру. Ни я, ни она так и не узнали, кто это был.

Стивен замолчал, глядя в стакан с водой. Я же пытался уложить его слегка несвязный рассказ в голове. На языке вертелось множество вопросов, но первый, который я задал, был:

— И что ты будешь делать теперь?

— А разве неясно? Беррингтон наверняка захочет найти меня, ведь именно из-за нас с Эми он и попал за решетку. Тот скандал погубил его карьеру, но сейчас он набрался сил и готов действовать. Я могу только скрываться.

— Неужели так и будешь бегать всю жизнь?

Стивен промолчал. Затем схватил стакан и одним глотком допил воду.

— А что мне еще остается? Выступить против него в открытую? Я никогда не был сильным, как моя сестра, и он меня попросту раздавит. И потом, — плечи снова вздрогнули. — Меня просто сковывает по рукам и ногам страх, когда я вижу этот шрам. В памяти всплывают чудовищные эксперименты, и мне очень тяжело удержаться в сознании. Вы, Джо, это прекрасно видели сегодня.

— Но так же нельзя! — воскликнул я, вставая. — Всю жизнь бояться, всю жизнь убегать — разве это правильно?

— А разве правильно выпускать на свободу изверга и убийцу, соблазнившись крупной суммой? — Стивен устало провел рукой по лицу. — Не беспокойтесь за меня. Я выкручусь. Хотя бы этому я научился у Эми.

— А где сейчас твоя сестра?

— К сожалению, она погибла. Но это уже совсем другая история. — Стивен грустно улыбнулся и поднялся из-за стола. На ногах он стоял твердо. — Спасибо, что выслушали. Мне действительно стало легче.

Я только и мог проводить его взглядом. Как только за ним закрылась дверь, впустив порцию душного июньского воздуха, я щелкнул пультом. На экране мужчина с длинным шрамом через все лицо рассказывал, как важно иметь любящую семью.