Фандом: Гарри Поттер. Гэбриэл поморщился и отбросил «Ежедневный пророк» в сторону. В который раз за последние шесть лет он с недоумением и раздражением становился свидетелем подобных странностей магического мира.
6 мин, 43 сек 259
«Нападения оборотней продолжаются!»
Гэбриэл поморщился и отбросил «Ежедневный пророк» в сторону. В который раз за последние шесть лет он с недоумением и раздражением становился свидетелем подобных странностей магического мира.
Вообще, когда на пороге его дома появилась профессор МакГонагалл с сообщением о том, что он волшебник, семья Грейнджеров весело заржала. Стивен Грейнджер был потомственным охотником за нежитью и жену выбрал себе под стать — Джина с энтузиазмом присоединилась к делу мужа сразу после свадьбы. Так что Гэбриэл с младых ногтей знал различные способы уничтожения нечистой силы, всяких монстров и, конечно же, тёмных магов. И в магию все они, само собой, верили (было бы странно не верить в то, в чьём существовании имел возможность убедиться собственными глазами), но вот то, что сын оказался волшебником, стало не слишком приятной новостью. Однако запрещать Гэбриэлу учёбу в волшебной школе Стивен с Джиной не стали, справедливо посчитав, что в их деле магические навыки могут оказаться даже полезны, да и МакГонагалл сразу же предупредила, что избежать Хогвартса не удастся.
Магический мир не впечатлил юного Грейнджера, он уже знал, что те, на кого охотятся родители, по большей части представляют собой закрытые сообщества, до которых прогресс так и не добрался, а среди волшебников было немало… потенциальных жертв. Разумеется, причислять к злобным малефикам каждого колдуна или ведьму Грейнджеры не собирались, и всё же оставались настороже…
Несмотря на десять месяцев в году, что Гэбриэл вынужденно проводил в Хогвартсе, родительскую науку он не забрасывал. Старался тренироваться, читал о нечисти, искал в школьной библиотеке заклинания, что помогут ему сражаться плечом к плечу с родителями. Самому Гэбу пока не доверяли ничего особенного, только теоритически натаскивали, заставляя, в том числе, изучать дневники предков — охотников за нежитью, но уже сейчас семнадцатилетний Гэб знал ни один десяток способов уничтожить оборотня. А маги — не знали.
— Пап, у тебя какие планы на выходные?
Стивен Грейнджер отвлёкся от наточки охотничьего ножа и обернулся к сыну.
— Вроде пока никаких, — чуть подумав, качнул он головой. — Нужно будет в клинике появиться — прикрытие требуется хотя бы раз в неделю поддерживать, чтобы никто не придрался, — а в остальном мы свободны. У тебя есть какие-то идеи?
Гэбриэл подвинул к отцу газету:
— Нападения продолжаются. Среди жертв есть даже мой однокурсник. В Хогвартсе ходили различные слухи о стае Фенрира Грейбека… Пап, эти чудовища специально заражают людей ликантропией.
Стивен нахмурился и, вытерев нож полировочной тряпкой, отложил его в сторону и притянул к себе газету. Несколько минут он вчитывался в статью, после чего решительно кивнул:
— Ты прав, сын. Хоть и не наш это район, а закрывать глаза на непотребства тёмных тварей не дело. Соберём наших и устроим этим животным кровавый уикенд.
Гэбриэл радостно улыбнулся.
Однако приподнятое настроение продержалось недолго — до обеда в пятницу, когда на заднем дворе собрались друзья родителей, такие же охотники за нечистью, а самого Гэба отправили в дом.
— Но…
— Мал ты ещё, сын.
Стало обидно.
— Но ведь это именно я навёл вас на стаю! И среди вас только я — маг!
Мама тепло улыбнулась, гости тоже были настроены доброжелательно, а вот отец явно не собирался уступать.
— Гэб, тебе только семнадцать.
— Пап, а тебе сколько было? — перебил тот, прекрасно помня из рассказов родителей, что первая охота Стивена Грейнджера состоялась в день его четырнадцатилетия.
— Стив, брось. Парень уже взрослый.
— Правда, Стив, мы ж прикроем, если что.
Гэбриэл приободрился.
— Пап?
— Ладно, — со вздохом кивнул Стивен, но тут же предупредил: — Полезешь вперёд — больше вообще не возьму с собой до самого полного совершеннолетия!
Ждать ещё целых четыре года не хотелось, так что Гэб согласно закивал.
Тихонько пристроившись с краю скамьи, он некоторое время слушал, как взрослые планируют предстоящую охоту, но всё же не выдержал и влез в разговор:
— А вы хоть знаете, где их искать?
— Не велика премудрость, проверить злачные места Лондона и поспрашивать…
— Вот только среди оборотней есть маги, — усмехнулся Гэб, — а маги могут защитить свои дома заклинаниями, которые не позволят их обнаружить даже другим магам, не то что магглам.
Над столом повисла тишина.
— У тебя есть решение? — в конце концов, попереглядывавшись с остальными, подал голос Стивен.
Гэбриэл торжествующе достал из кармана брюк карту.
Надеясь, что его возьмут на охоту, Гэбриэл не желал стать балластом, наоборот, хотелось сразу всем продемонстрировать свою нужность, поэтому, в ожидании уикенда, он написал директору Дамблдору, в завуалированной форме поинтересовавшись, в какие графства не стоит соваться с палаткой в полнолуние.
Гэбриэл поморщился и отбросил «Ежедневный пророк» в сторону. В который раз за последние шесть лет он с недоумением и раздражением становился свидетелем подобных странностей магического мира.
Вообще, когда на пороге его дома появилась профессор МакГонагалл с сообщением о том, что он волшебник, семья Грейнджеров весело заржала. Стивен Грейнджер был потомственным охотником за нежитью и жену выбрал себе под стать — Джина с энтузиазмом присоединилась к делу мужа сразу после свадьбы. Так что Гэбриэл с младых ногтей знал различные способы уничтожения нечистой силы, всяких монстров и, конечно же, тёмных магов. И в магию все они, само собой, верили (было бы странно не верить в то, в чьём существовании имел возможность убедиться собственными глазами), но вот то, что сын оказался волшебником, стало не слишком приятной новостью. Однако запрещать Гэбриэлу учёбу в волшебной школе Стивен с Джиной не стали, справедливо посчитав, что в их деле магические навыки могут оказаться даже полезны, да и МакГонагалл сразу же предупредила, что избежать Хогвартса не удастся.
Магический мир не впечатлил юного Грейнджера, он уже знал, что те, на кого охотятся родители, по большей части представляют собой закрытые сообщества, до которых прогресс так и не добрался, а среди волшебников было немало… потенциальных жертв. Разумеется, причислять к злобным малефикам каждого колдуна или ведьму Грейнджеры не собирались, и всё же оставались настороже…
Несмотря на десять месяцев в году, что Гэбриэл вынужденно проводил в Хогвартсе, родительскую науку он не забрасывал. Старался тренироваться, читал о нечисти, искал в школьной библиотеке заклинания, что помогут ему сражаться плечом к плечу с родителями. Самому Гэбу пока не доверяли ничего особенного, только теоритически натаскивали, заставляя, в том числе, изучать дневники предков — охотников за нежитью, но уже сейчас семнадцатилетний Гэб знал ни один десяток способов уничтожить оборотня. А маги — не знали.
— Пап, у тебя какие планы на выходные?
Стивен Грейнджер отвлёкся от наточки охотничьего ножа и обернулся к сыну.
— Вроде пока никаких, — чуть подумав, качнул он головой. — Нужно будет в клинике появиться — прикрытие требуется хотя бы раз в неделю поддерживать, чтобы никто не придрался, — а в остальном мы свободны. У тебя есть какие-то идеи?
Гэбриэл подвинул к отцу газету:
— Нападения продолжаются. Среди жертв есть даже мой однокурсник. В Хогвартсе ходили различные слухи о стае Фенрира Грейбека… Пап, эти чудовища специально заражают людей ликантропией.
Стивен нахмурился и, вытерев нож полировочной тряпкой, отложил его в сторону и притянул к себе газету. Несколько минут он вчитывался в статью, после чего решительно кивнул:
— Ты прав, сын. Хоть и не наш это район, а закрывать глаза на непотребства тёмных тварей не дело. Соберём наших и устроим этим животным кровавый уикенд.
Гэбриэл радостно улыбнулся.
Однако приподнятое настроение продержалось недолго — до обеда в пятницу, когда на заднем дворе собрались друзья родителей, такие же охотники за нечистью, а самого Гэба отправили в дом.
— Но…
— Мал ты ещё, сын.
Стало обидно.
— Но ведь это именно я навёл вас на стаю! И среди вас только я — маг!
Мама тепло улыбнулась, гости тоже были настроены доброжелательно, а вот отец явно не собирался уступать.
— Гэб, тебе только семнадцать.
— Пап, а тебе сколько было? — перебил тот, прекрасно помня из рассказов родителей, что первая охота Стивена Грейнджера состоялась в день его четырнадцатилетия.
— Стив, брось. Парень уже взрослый.
— Правда, Стив, мы ж прикроем, если что.
Гэбриэл приободрился.
— Пап?
— Ладно, — со вздохом кивнул Стивен, но тут же предупредил: — Полезешь вперёд — больше вообще не возьму с собой до самого полного совершеннолетия!
Ждать ещё целых четыре года не хотелось, так что Гэб согласно закивал.
Тихонько пристроившись с краю скамьи, он некоторое время слушал, как взрослые планируют предстоящую охоту, но всё же не выдержал и влез в разговор:
— А вы хоть знаете, где их искать?
— Не велика премудрость, проверить злачные места Лондона и поспрашивать…
— Вот только среди оборотней есть маги, — усмехнулся Гэб, — а маги могут защитить свои дома заклинаниями, которые не позволят их обнаружить даже другим магам, не то что магглам.
Над столом повисла тишина.
— У тебя есть решение? — в конце концов, попереглядывавшись с остальными, подал голос Стивен.
Гэбриэл торжествующе достал из кармана брюк карту.
Надеясь, что его возьмут на охоту, Гэбриэл не желал стать балластом, наоборот, хотелось сразу всем продемонстрировать свою нужность, поэтому, в ожидании уикенда, он написал директору Дамблдору, в завуалированной форме поинтересовавшись, в какие графства не стоит соваться с палаткой в полнолуние.
Страница 1 из 2