Провинциальный промышленно-торговый городок никогда не знал никаких беспокойств, грабежи были мелкими и редкими, а маньяков было максимум двое за год. Но не теперь, когда чудовища выбрали этот энный городок «колизеем» для Игры. Игры, куда они зовут самых сумасшедших, кровавых и ужасных убийц и маньяков, которые убивают лишь потому, что им это нравится, а зовут для того, чтобы они просто убивали друг друга, забавляя чудовищ, а в конце победителя ждёт невозможный приз.
Добавить в моё избранное
194 мин, 19 сек 4555
Парень издал последний вскрик, захлёбываясь кровью, когда из его рта показался его желудок.
Могло показаться, что у фигуры на лице под капюшоном сияла улыбка. Хищным движением, как лев смотрит на антилоп, фигура повернулась к обомлевшим людям, засмеявшись тихо. Некоторые самые смелые достали пистолеты и начали пальбу, но неведомым образом «жёлтая» легко уворачивалась от пуль. Она оказалась в центре собравшихся людей и схватила одного за шею сзади и, приподняв вверх, бросила на пол. Послышался очень громкий хруст костей — она сломала ему хребет. Громкий смех раздался на весь заброшенный завод. Затем она, присев, провела ногой по кругу. Первым двум она сломала голень этим ударом, остальные просто упали, но какая-то шлюха упала на машину, сломав себе шею. Снова этот мерзкий хруст. Но, похоже, фигуре в плаще он нравился. Она схватила одного, у которого была сломана лодыжка, и со всей силы вонзила ладонь ему в живот, а затем дёрнула на себя, вырывая тонкий кишечник. Кровь окрасила жёлтый плащ красным. Проститутки противно завизжали. Это спровоцировало её. Потрошитель Марка сказала только презрительно:
— Вы — курицы к столу, поэтому вам надо свернуть шею.
Через минуту остались только бандиты. Некоторые из них были под кайфом, поэтому выпотрошить их не составило труда. Остальных она словила до утра — они не решились убежать далеко за пределы завода.
Когда взошло солнце, оно пролило свет на исковерканные, изуродованные, безжизненные выпотрошенные тела и улыбающуюся блондинку с короткой стрижкой в жёлтом окровавленном плаще.
— Вы так быстро ломаетесь. Ну, ничего, скоро я поиграю с куклой высшего качества.
Грен с Хороми и Джеффом пока жили в недостроенном здании. Грен и Хороми были довольно сильно ранены после того случая. У Хороми одна пуля застряла глубоко в руке, а у Грен вовсе в колене. Но обе тихо терпели, когда выковыривали их оттуда. Хороми сначала вынула пулю у себя из руки и, забинтовав её, приступила к ране Грен. Девочка молчала, закусив губу до крови. Но что же поделать, раз сунулась под пули?
Ночью Джефф собрался уйти:
— Ты куда? — спросила привыкшая к его присутствию Хороми.
— Я уже давно не убивал. Скучно только смотреть на чужие бои. Пора и самому размяться, — бросил он через плечо.
Выйдя из здания, он ощутил ночную прохладу. Выдохнул — и пар разлетелся по ветру. Джефф понял, что он соскучился по убийствам. Раньше он убивал тех, кто попадётся под руку, будь то загулявшаяся шлюшка, неудачливый грабитель или парень, вышедший за сигаретами в супермаркет. Но после того, как он встретил Хороми, он словно увидел себя со стороны. Он понял, что убивать простых овец бессмысленно и неинтересно — их крики и мольбы слишком просто извлечь. Зачем ему лёгкая победа, лёгкая добыча? Он такой же волк, как и Хороми. Больше его не интересовали заплутавшие овцы — ему нужна добыча побольше.
Возможно, это была небольшая зависть к тому, что эта девчонка младше и неопытнее, но выбирает достойную жертву. Возможно, он просто чего-то от неё набрался, а может, просто немного изменился. Какая разница? Пока можно убивать, ходить на лезвии ножа, слышать крики, он будет жить.
Сегодня он решил попробовать найти что-нибудь сколько интересное в гаражах. И, как ни странно, нашёл, правда, не совсем то, что предполагал. За его годы после расставания со школой школьники ничем не изменились. Вот и сейчас в свете фонаря столпилась стайка школоты класса десятого-одиннадцатого, впрочем, играющая со своим одноклассником. Типичный козёл отпущения. Но сегодня ему совсем крупно не повезёт. Похоже, сегодняшнее приключение Джеффа свалят на него.
«Козлик» лежал на земле, закрывая лицо от жёстких пинков. Пинали его даже две какие-то девчонки. Джефф почему-то подумал, что если бы путь этого парня сейчас не пересёкся с его путём, то у этого парня были бы все шансы стать маньяком. Все были настолько заняты его избиением, что никто, кроме этого парня, и не увидел Джеффа, подходящего с ножом, а тем более не услышал.
Школьники — идеальная жертва. Слишком самоуверенны и любопытны, чтобы сбежать, слишком неопытны, чтобы отбиться, хотя силы в них побольше, чем в обычных жертвах Джеффа, а кричат довольно громко. Козлик попытался что-то сказать своим мучителям — зря, они только больше начали его бить.
Джефф улыбнулся. Если сравнивать их, то он волк, а они — молодые кабаны. Упорства и силы много — ума мало.
Наконец забитый смог выговорить:
— С-с… сзади!
Все разом обернулись. Джефф стоял, не двигаясь, но внутри он был напряжён, как натянутая струна, готовый к действию.
— Ты… — только и успел сказать старший, и убийца резким диагональным движением перерезал его горло.
Простояв на ногах пару секунд и обильно поливая кровью асфальт, он рухнул вниз, расплескав алую жидкость. Джефф махнул Сердцерезом, чтобы с него сошла лишняя кровь, и эта кровь брызнула на одну из девчонок.
Могло показаться, что у фигуры на лице под капюшоном сияла улыбка. Хищным движением, как лев смотрит на антилоп, фигура повернулась к обомлевшим людям, засмеявшись тихо. Некоторые самые смелые достали пистолеты и начали пальбу, но неведомым образом «жёлтая» легко уворачивалась от пуль. Она оказалась в центре собравшихся людей и схватила одного за шею сзади и, приподняв вверх, бросила на пол. Послышался очень громкий хруст костей — она сломала ему хребет. Громкий смех раздался на весь заброшенный завод. Затем она, присев, провела ногой по кругу. Первым двум она сломала голень этим ударом, остальные просто упали, но какая-то шлюха упала на машину, сломав себе шею. Снова этот мерзкий хруст. Но, похоже, фигуре в плаще он нравился. Она схватила одного, у которого была сломана лодыжка, и со всей силы вонзила ладонь ему в живот, а затем дёрнула на себя, вырывая тонкий кишечник. Кровь окрасила жёлтый плащ красным. Проститутки противно завизжали. Это спровоцировало её. Потрошитель Марка сказала только презрительно:
— Вы — курицы к столу, поэтому вам надо свернуть шею.
Через минуту остались только бандиты. Некоторые из них были под кайфом, поэтому выпотрошить их не составило труда. Остальных она словила до утра — они не решились убежать далеко за пределы завода.
Когда взошло солнце, оно пролило свет на исковерканные, изуродованные, безжизненные выпотрошенные тела и улыбающуюся блондинку с короткой стрижкой в жёлтом окровавленном плаще.
— Вы так быстро ломаетесь. Ну, ничего, скоро я поиграю с куклой высшего качества.
Грен с Хороми и Джеффом пока жили в недостроенном здании. Грен и Хороми были довольно сильно ранены после того случая. У Хороми одна пуля застряла глубоко в руке, а у Грен вовсе в колене. Но обе тихо терпели, когда выковыривали их оттуда. Хороми сначала вынула пулю у себя из руки и, забинтовав её, приступила к ране Грен. Девочка молчала, закусив губу до крови. Но что же поделать, раз сунулась под пули?
Ночью Джефф собрался уйти:
— Ты куда? — спросила привыкшая к его присутствию Хороми.
— Я уже давно не убивал. Скучно только смотреть на чужие бои. Пора и самому размяться, — бросил он через плечо.
Выйдя из здания, он ощутил ночную прохладу. Выдохнул — и пар разлетелся по ветру. Джефф понял, что он соскучился по убийствам. Раньше он убивал тех, кто попадётся под руку, будь то загулявшаяся шлюшка, неудачливый грабитель или парень, вышедший за сигаретами в супермаркет. Но после того, как он встретил Хороми, он словно увидел себя со стороны. Он понял, что убивать простых овец бессмысленно и неинтересно — их крики и мольбы слишком просто извлечь. Зачем ему лёгкая победа, лёгкая добыча? Он такой же волк, как и Хороми. Больше его не интересовали заплутавшие овцы — ему нужна добыча побольше.
Возможно, это была небольшая зависть к тому, что эта девчонка младше и неопытнее, но выбирает достойную жертву. Возможно, он просто чего-то от неё набрался, а может, просто немного изменился. Какая разница? Пока можно убивать, ходить на лезвии ножа, слышать крики, он будет жить.
Сегодня он решил попробовать найти что-нибудь сколько интересное в гаражах. И, как ни странно, нашёл, правда, не совсем то, что предполагал. За его годы после расставания со школой школьники ничем не изменились. Вот и сейчас в свете фонаря столпилась стайка школоты класса десятого-одиннадцатого, впрочем, играющая со своим одноклассником. Типичный козёл отпущения. Но сегодня ему совсем крупно не повезёт. Похоже, сегодняшнее приключение Джеффа свалят на него.
«Козлик» лежал на земле, закрывая лицо от жёстких пинков. Пинали его даже две какие-то девчонки. Джефф почему-то подумал, что если бы путь этого парня сейчас не пересёкся с его путём, то у этого парня были бы все шансы стать маньяком. Все были настолько заняты его избиением, что никто, кроме этого парня, и не увидел Джеффа, подходящего с ножом, а тем более не услышал.
Школьники — идеальная жертва. Слишком самоуверенны и любопытны, чтобы сбежать, слишком неопытны, чтобы отбиться, хотя силы в них побольше, чем в обычных жертвах Джеффа, а кричат довольно громко. Козлик попытался что-то сказать своим мучителям — зря, они только больше начали его бить.
Джефф улыбнулся. Если сравнивать их, то он волк, а они — молодые кабаны. Упорства и силы много — ума мало.
Наконец забитый смог выговорить:
— С-с… сзади!
Все разом обернулись. Джефф стоял, не двигаясь, но внутри он был напряжён, как натянутая струна, готовый к действию.
— Ты… — только и успел сказать старший, и убийца резким диагональным движением перерезал его горло.
Простояв на ногах пару секунд и обильно поливая кровью асфальт, он рухнул вниз, расплескав алую жидкость. Джефф махнул Сердцерезом, чтобы с него сошла лишняя кровь, и эта кровь брызнула на одну из девчонок.
Страница 43 из 53
