Фандом: My Little Pony. Какие неприятности могут подстерегать пони на пикнике? До недавнего времени в личном списке Эплджек не содержалось ничего хуже плохой погоды и невозможности собрать всех своих подруг, но все изменилось с появлением странного жеребца, слишком ревностно относящегося к инструкциям и называющего себя Смертью. Эплджек придется на собственном примере убедиться в том, что незнание закона не освобождает от ответственности за его неисполнение…
Добавить в моё избранное
147 мин, 22 сек 15558
— Ах, Эйнджел… Раш, не подумай о нем ничего такого, он хороший, просто… — сказала Флаттершай, и при этом ее глаза не выражали ничего кроме теплоты и привязанности. — Немного капризничает.
— Немного? — спросил, прищурившись Раш, и яда в его голосе с легкостью хватило бы, чтобы заставить всех змей в Эквестрии почувствовать себя неполноценными. — Знаешь, ты только что дала новое значение слову «преуменьшение».
Кобылка слегка хихикнула, поглаживая кролика, который всем своим видом выражал, что делает ей огромное одолжение, позволяя к себе прикасаться. Раш вновь почувствовал, как злоба вскипает внутри него, но в этот раз сдержать Ауру было гораздо легче, потому что его посетила неплохая идея.
— Извини меня, я на минутку, — обратилась к гостю Флаттершай. — Нужно приготовить Эйнджелу кое-что особенное, уверена, он не откажется.
— Да, да… — отозвался оперативник, судорожно вспоминая, не нарушит ли то, что он собрался предпринять, каких-нибудь инструкций Департамента. Выходило, что нет.
Флаттершай скрылась из виду, а Раш, поднявшись, двинулся к Эйнджелу, чуть отпуская бразды Ауры Жнеца. Невидимые и неосязаемые щупальца темноты потянулись к голове кролика и… ничего не произошло.
Жнец потратил почти минуту на бесплодные попытки чего-нибудь добиться, прежде чем признал, что аура самой Смерти оказывает на питомца Флаттершай не больше воздействия, чем легкий ветерок. Сказать, что Раш был поражен, значило ничего не сказать. До этого момента он был твердо уверен в том, что только отдельные представители опасных существ класса «Венец», обитающие в глубинах Тартара, могут без каких-либо неудобств переносить воздействие Образа. Теперь этот список пополнил Эйнджел.
Пытаясь избавиться от навязчивого видения с ним самим, предлагающим руководству Департамента поставить на наблюдение белого кролика, Раш напряженно раздумывал. Времени до возвращения Флаттершай оставалось немного, нужно было срочно выходить из положения.
Внезапно губы Раша тронула злорадная улыбка. Он понял, что нужно делать. К голове Эйнджела, усиленно изображавшего скуку, потянулись новые щупальца Ауры, но теперь их цель была другой.
В отличие от основ ментального сканирования, зачет по иллюзиям Раш едва не завалил, так толком и не научившись использовать эту довольно сложную магию. Его скудных умений вряд ли хватило бы даже для обмана жеребенка, но с разумом животного справиться было куда проще, и спустя секунду глаза Эйнджела заволокла пелена инсценированной реальности. Жнец прекрасно знал, что сейчас перед кроликом возникла картина сжавшейся в комочек желтой кобылки, безуспешно пытающейся закрыться дрожащими в ужасе крыльями от чернильного пятна темноты, наступающего на нее со всех сторон. Впервые с момента появления в доме Раш увидел мелькнувший в глазах-бусинках питомца Флаттершай страх.
Иллюзорная тень продолжала наступать на ментальную проекцию Флаттершай, окружая ее все новыми щупальцами. В почерневшем воздухе кристальной льдинкой мелькнуло последнее яркое пятно — острое лезвие. Резкий рывок и захлебывающийся крик…
Проекция свернулась, втягиваясь в первичные контуры защиты Жнеца, и он приблизился к ни живому, ни мертвому от ужаса Эйнджелу, заглядывая ему прямо в глаза.
— Если ты не будешь хорошо к ней относиться, — зловеще протянул Раш, — увиденное тобой станет реальностью. Мы друг друга поняли?
Попытка заставить питомца лучше относиться к хозяйке путем угрозы убийства последней явно отдавала противоречием, но испуганный чуть ли не до смерти кролик этого не понимал. Он быстро закивал в знак согласия, быстро сжевал отвергнутую ранее пищу в подтверждение своих правильных намерений, а когда в комнату вошла Флаттершай, маленькой меховой молнией метнулся к ней и прижался к ее шее. Кобылка мягко улыбнулась.
— Я тоже рада тебя видеть, — проворковала она, потершись щекой о шерстку за ушами питомца. Затем увидела пустую миску — последствия воспитательной работы — и ахнула: — Умница, Эйнджел! Видишь, Раш, я же говорила, что он хороший.
— О, теперь я это ясно вижу, — изо всех сил стараясь контролировать мерзость своей ухмылки, ответил Жнец. — Ладно, Флаттершай, спасибо, что уделила мне время. Думаю, ты рассказала достаточно.
Раш направился к выходу и перед дверью обернулся, взглянув прямо в глаза кролику.
— Будь молодцом, Эйнджел.
К бутику «Карусель» Раш подходил, испытывая смешанные чувства: мстительное удовлетворение, поднимавшее голову всякий раз, когда он вспоминал испуганного пушистого поганца, то и дело сменялось растерянностью, стоило ему задуматься о том, зачем он вообще в это влез. Не имея привычки врать самому себе, Раш признавал, что носители Элементов Гармонии ему понравились, практически полностью соответствуя описаниям в сводках, что автоматически делало обвинения Департамента несколько нелепыми в его глазах.
— Немного? — спросил, прищурившись Раш, и яда в его голосе с легкостью хватило бы, чтобы заставить всех змей в Эквестрии почувствовать себя неполноценными. — Знаешь, ты только что дала новое значение слову «преуменьшение».
Кобылка слегка хихикнула, поглаживая кролика, который всем своим видом выражал, что делает ей огромное одолжение, позволяя к себе прикасаться. Раш вновь почувствовал, как злоба вскипает внутри него, но в этот раз сдержать Ауру было гораздо легче, потому что его посетила неплохая идея.
— Извини меня, я на минутку, — обратилась к гостю Флаттершай. — Нужно приготовить Эйнджелу кое-что особенное, уверена, он не откажется.
— Да, да… — отозвался оперативник, судорожно вспоминая, не нарушит ли то, что он собрался предпринять, каких-нибудь инструкций Департамента. Выходило, что нет.
Флаттершай скрылась из виду, а Раш, поднявшись, двинулся к Эйнджелу, чуть отпуская бразды Ауры Жнеца. Невидимые и неосязаемые щупальца темноты потянулись к голове кролика и… ничего не произошло.
Жнец потратил почти минуту на бесплодные попытки чего-нибудь добиться, прежде чем признал, что аура самой Смерти оказывает на питомца Флаттершай не больше воздействия, чем легкий ветерок. Сказать, что Раш был поражен, значило ничего не сказать. До этого момента он был твердо уверен в том, что только отдельные представители опасных существ класса «Венец», обитающие в глубинах Тартара, могут без каких-либо неудобств переносить воздействие Образа. Теперь этот список пополнил Эйнджел.
Пытаясь избавиться от навязчивого видения с ним самим, предлагающим руководству Департамента поставить на наблюдение белого кролика, Раш напряженно раздумывал. Времени до возвращения Флаттершай оставалось немного, нужно было срочно выходить из положения.
Внезапно губы Раша тронула злорадная улыбка. Он понял, что нужно делать. К голове Эйнджела, усиленно изображавшего скуку, потянулись новые щупальца Ауры, но теперь их цель была другой.
В отличие от основ ментального сканирования, зачет по иллюзиям Раш едва не завалил, так толком и не научившись использовать эту довольно сложную магию. Его скудных умений вряд ли хватило бы даже для обмана жеребенка, но с разумом животного справиться было куда проще, и спустя секунду глаза Эйнджела заволокла пелена инсценированной реальности. Жнец прекрасно знал, что сейчас перед кроликом возникла картина сжавшейся в комочек желтой кобылки, безуспешно пытающейся закрыться дрожащими в ужасе крыльями от чернильного пятна темноты, наступающего на нее со всех сторон. Впервые с момента появления в доме Раш увидел мелькнувший в глазах-бусинках питомца Флаттершай страх.
Иллюзорная тень продолжала наступать на ментальную проекцию Флаттершай, окружая ее все новыми щупальцами. В почерневшем воздухе кристальной льдинкой мелькнуло последнее яркое пятно — острое лезвие. Резкий рывок и захлебывающийся крик…
Проекция свернулась, втягиваясь в первичные контуры защиты Жнеца, и он приблизился к ни живому, ни мертвому от ужаса Эйнджелу, заглядывая ему прямо в глаза.
— Если ты не будешь хорошо к ней относиться, — зловеще протянул Раш, — увиденное тобой станет реальностью. Мы друг друга поняли?
Попытка заставить питомца лучше относиться к хозяйке путем угрозы убийства последней явно отдавала противоречием, но испуганный чуть ли не до смерти кролик этого не понимал. Он быстро закивал в знак согласия, быстро сжевал отвергнутую ранее пищу в подтверждение своих правильных намерений, а когда в комнату вошла Флаттершай, маленькой меховой молнией метнулся к ней и прижался к ее шее. Кобылка мягко улыбнулась.
— Я тоже рада тебя видеть, — проворковала она, потершись щекой о шерстку за ушами питомца. Затем увидела пустую миску — последствия воспитательной работы — и ахнула: — Умница, Эйнджел! Видишь, Раш, я же говорила, что он хороший.
— О, теперь я это ясно вижу, — изо всех сил стараясь контролировать мерзость своей ухмылки, ответил Жнец. — Ладно, Флаттершай, спасибо, что уделила мне время. Думаю, ты рассказала достаточно.
Раш направился к выходу и перед дверью обернулся, взглянув прямо в глаза кролику.
— Будь молодцом, Эйнджел.
К бутику «Карусель» Раш подходил, испытывая смешанные чувства: мстительное удовлетворение, поднимавшее голову всякий раз, когда он вспоминал испуганного пушистого поганца, то и дело сменялось растерянностью, стоило ему задуматься о том, зачем он вообще в это влез. Не имея привычки врать самому себе, Раш признавал, что носители Элементов Гармонии ему понравились, практически полностью соответствуя описаниям в сводках, что автоматически делало обвинения Департамента несколько нелепыми в его глазах.
Страница 19 из 45
