Уроки волшебства

Персиваль вдыхал его с чёрных густых волос, с нежной кожи за ухом, с горла, покрытого поцелуями. Криденс держался за него — и он сам держался за Криденса. С силой проводил рукой по груди, чувствуя, как в ладонь толкается его сердце. Забравшись под выпущенную из брюк рубашку, приглаживал дорожку жёстких курчавых волос ниже пупка. Молодость Криденса как будто вливалась в него самого.

Криденс нетерпеливо толкался в руку и жалобно шептал «мистер Грейвз»…, пока тот длинными медленными движениями наглаживал его обнажённый член.

— Подожди… — шептал Грейвз ему в губы. — Подожди, мой мальчик… Я хочу тебя слышать…

Криденс не умел ждать, он кусал губы, обнимая его за шею и прижавшись пылающим лицом к щеке, хныкал «пожалуйста… пожалуйста, сэр»… — пока Грейвз не шептал властно:

— Можно! — и тогда Криденс кончал ему в руку, всхлипывая и задыхаясь от облегчения.

Тяжело привалившись к Грейвзу, Криденс тихо и ровно дышал, пристроив голову ему на плечо. Можно было бы решить, что он заснул, если бы его рука не блуждала бесцельно по груди Персиваля, пересчитывая пуговицы и потягивая за уголки рубашки. Грейвз гладил его по спине, обводя большим пальцем худые лопатки.

— Ваш друг… — тихо сказал Криденс. — Каким он был?

Грейвз шумно вздохнул. Он не хотел вспоминать. Он не любил ворошить старое — от этого никогда не случалось ничего хорошего. Он уже собрался было ответить, что это неподходящая тема для разговора, как вдруг подумал — а хотел бы Гарри, чтобы он забыл его вот так, даже не оглянувшись на всё, что их связывало?

Да кто бы вообще этого хотел?

Грейвз прижался губами ко лбу Криденса.

— Он был хорошим человеком. Я знал его много лет. Он много путешествовал, и когда возвращался в Америку, каждый раз привозил мне сувенир…