Фандом: Гарри Поттер. Классический сюжет про то, как найденные на собственную задницу приключения могут привести к пересмотру отношений с тем, кого давно знаешь. И «задница», в данном случае, отнюдь не только фигура речи, а самый настоящий двигатель сюжета. Древние подземелья, жуткие тайны, неведомые опасности. И отважный герой, спешащий на помощь.
Добавить в моё избранное
191 мин, 14 сек 11321
Если это и преследовало её, то давным-давно осталось позади.
Что же это такое было, о господи?! Откуда оно взялось?!
Она затормозила, ткнувшись обоими кулаками в стену, и попыталась унять бешено рвущееся дыхание. Сразу же навалилась головная боль, на время напрочь вытесненная паникой. Оглядевшись, она поняла, что понятия не имеет, в какую сторону бежала. Вокруг со всех сторон были всё те же пересекающиеся между собой ходы, и им не было конца. Она подумала, с тоскливым страхом, что этот приступ паники, скорее всего, погубил её. Она потеряла направление, а значит, у неё почти нет шансов найти дорогу обратно. Вся система разветвилась настолько, что она теперь даже не сможет добраться до крайнего левого или правого боковых проходов, потому что все эти сходящиеся и расходящиеся коридоры обязательно собьют её с пути.
Сзади неожиданно послышался шум. Что-то похожее на шарканье. Она в испуге обернулась и подняла повыше светильник. Похоже, её проблемы с нахождением выхода были просто цветочками по сравнению с тем, что она увидела.
Они шли отовсюду. Маячили на фоне проходов уродливыми, скособоченными фигурами. У некоторых не хватало конечностей, у кого-то даже голова висела на боку на сломанной шее, но они шли, и шли прямо к ней. И выглядели не лучше, чем тот, самый первый. Очевидно, в страхе она убежала куда-то совсем далеко вглубь катакомб, и здесь их было полным полно.
Паника снова сжала изнутри все её внутренности своими холодными лапами. Но на этот раз она сопровождалась растерянностью и даже некоторой толикой обиды. Она смотрела, хлопая ресницами, на эти неуклонно приближающиеся фигуры и отказывалась верить, что всё вот так закончится для неё. Это было несправедливо, несправедливо, ужасно несправедливо! Теперь у неё нет ни шанса выбраться, всё, что ей остаётся — бежать, бежать без остановки, пока она просто снова не потеряет сознание, или не свалится от усталости. И тогда они доберутся до неё…
Кто и что они были, она не понимала и не старалась понять. Сейчас её уже не волновали вопросы, каким именно образом устроено то, что её убьёт. Любопытство давно утихло, ушло прочь, уступив место более сильным эмоциям. Она глотнула тяжелый воздух, и на секунду на неё навалилась жуткая апатия. Захотелось просто перестать бороться, просто стоять и ждать на одном месте, это казалось самым лёгким выходом. Она и стояла, колеблясь, пока внезапно откуда-то из-за ближайшего поворота не вынырнула рука одного из мертвецов, буквально прямо перед её носом. Они были везде, и спереди, и сзади, могли появиться из-за любой стены, тем более что никаких звуков, кроме медленного шарканья и шороха одежды, не производили.
Она резко отпрянула, вскрикнув. Похоже, жажда жизни сидела в ней намного сильнее, чем она могла ожидать. Нет, она будет бороться. До самого конца. Постарается, если уж не найти выход, так хотя бы избежать мучительной смерти. Забьётся в какой-нибудь уголок и затихнет там, чтобы они её не нашли. Лучше уж скончаться в забытьи от слабости и нехватки нормального воздуха, чем попасть в руки этих бездушных тварей. И, в конце концов, её же будут искать. Её должны искать. Как только станет известно, что она пропала, обнаружат подземный ход, и её будет искать в этих катакомбах весь Гриффиндор. Она вполне может ещё оставаться жива к тому времени. Надо просто бороться, просто не останавливаться, искать выход или хотя бы убежище.
Она снова побежала, на этот раз вполне осмысленно, стараясь ловить глазами как можно больше проходов вокруг себя, чтобы ненароком не подпустить слишком близко кого-то из этих… этих… она даже не знала как их именовать. От них же практически ничего не осталось, как они вообще могли передвигаться?! На её счастье, они двигались слишком медленно и неуклюже, зато их было очень много, а проходы слишком узки для того, чтобы успешно оббегать их на достаточном расстоянии. Она металась, крутилась, шмыгала туда и сюда, пытаясь найти место, где их хотя бы было поменьше, но они лезли и лезли, и через какое-то время она даже смогла понять — откуда.
Эти ниши по бокам проходов. Узкие, длинные, низкие, как будто специально вырубленные для того, чтобы на них улечься. Или положить чьё-то тело. Именно с них они и вставали. Она зашла с другого конца катакомб, оттуда, где эти ниши были ещё пустыми, ещё не заполненными мёртвыми телами. А здесь, куда она забежала в приступе паники, их было полно, все стены были ими забиты, и, возможно, кто-то выбирался и прямо из-под земли, судя по их виду.
На короткое время ей удавалось остановиться и отдышаться. Тогда на неё начинали набрасываться всякие мысли. Ни одна из которых не была тем, что бы она хотела обдумывать. Ни в данную секунду, ни вообще, находись она даже в самой что ни на есть безопасной обстановке.
Например, о том, кто положил сюда все эти тела и почему. И ещё, почему так часто лохмотья на телах преследующих её мертвецов напоминали балахоны и мантии.
Что же это такое было, о господи?! Откуда оно взялось?!
Она затормозила, ткнувшись обоими кулаками в стену, и попыталась унять бешено рвущееся дыхание. Сразу же навалилась головная боль, на время напрочь вытесненная паникой. Оглядевшись, она поняла, что понятия не имеет, в какую сторону бежала. Вокруг со всех сторон были всё те же пересекающиеся между собой ходы, и им не было конца. Она подумала, с тоскливым страхом, что этот приступ паники, скорее всего, погубил её. Она потеряла направление, а значит, у неё почти нет шансов найти дорогу обратно. Вся система разветвилась настолько, что она теперь даже не сможет добраться до крайнего левого или правого боковых проходов, потому что все эти сходящиеся и расходящиеся коридоры обязательно собьют её с пути.
Сзади неожиданно послышался шум. Что-то похожее на шарканье. Она в испуге обернулась и подняла повыше светильник. Похоже, её проблемы с нахождением выхода были просто цветочками по сравнению с тем, что она увидела.
Они шли отовсюду. Маячили на фоне проходов уродливыми, скособоченными фигурами. У некоторых не хватало конечностей, у кого-то даже голова висела на боку на сломанной шее, но они шли, и шли прямо к ней. И выглядели не лучше, чем тот, самый первый. Очевидно, в страхе она убежала куда-то совсем далеко вглубь катакомб, и здесь их было полным полно.
Паника снова сжала изнутри все её внутренности своими холодными лапами. Но на этот раз она сопровождалась растерянностью и даже некоторой толикой обиды. Она смотрела, хлопая ресницами, на эти неуклонно приближающиеся фигуры и отказывалась верить, что всё вот так закончится для неё. Это было несправедливо, несправедливо, ужасно несправедливо! Теперь у неё нет ни шанса выбраться, всё, что ей остаётся — бежать, бежать без остановки, пока она просто снова не потеряет сознание, или не свалится от усталости. И тогда они доберутся до неё…
Кто и что они были, она не понимала и не старалась понять. Сейчас её уже не волновали вопросы, каким именно образом устроено то, что её убьёт. Любопытство давно утихло, ушло прочь, уступив место более сильным эмоциям. Она глотнула тяжелый воздух, и на секунду на неё навалилась жуткая апатия. Захотелось просто перестать бороться, просто стоять и ждать на одном месте, это казалось самым лёгким выходом. Она и стояла, колеблясь, пока внезапно откуда-то из-за ближайшего поворота не вынырнула рука одного из мертвецов, буквально прямо перед её носом. Они были везде, и спереди, и сзади, могли появиться из-за любой стены, тем более что никаких звуков, кроме медленного шарканья и шороха одежды, не производили.
Она резко отпрянула, вскрикнув. Похоже, жажда жизни сидела в ней намного сильнее, чем она могла ожидать. Нет, она будет бороться. До самого конца. Постарается, если уж не найти выход, так хотя бы избежать мучительной смерти. Забьётся в какой-нибудь уголок и затихнет там, чтобы они её не нашли. Лучше уж скончаться в забытьи от слабости и нехватки нормального воздуха, чем попасть в руки этих бездушных тварей. И, в конце концов, её же будут искать. Её должны искать. Как только станет известно, что она пропала, обнаружат подземный ход, и её будет искать в этих катакомбах весь Гриффиндор. Она вполне может ещё оставаться жива к тому времени. Надо просто бороться, просто не останавливаться, искать выход или хотя бы убежище.
Она снова побежала, на этот раз вполне осмысленно, стараясь ловить глазами как можно больше проходов вокруг себя, чтобы ненароком не подпустить слишком близко кого-то из этих… этих… она даже не знала как их именовать. От них же практически ничего не осталось, как они вообще могли передвигаться?! На её счастье, они двигались слишком медленно и неуклюже, зато их было очень много, а проходы слишком узки для того, чтобы успешно оббегать их на достаточном расстоянии. Она металась, крутилась, шмыгала туда и сюда, пытаясь найти место, где их хотя бы было поменьше, но они лезли и лезли, и через какое-то время она даже смогла понять — откуда.
Эти ниши по бокам проходов. Узкие, длинные, низкие, как будто специально вырубленные для того, чтобы на них улечься. Или положить чьё-то тело. Именно с них они и вставали. Она зашла с другого конца катакомб, оттуда, где эти ниши были ещё пустыми, ещё не заполненными мёртвыми телами. А здесь, куда она забежала в приступе паники, их было полно, все стены были ими забиты, и, возможно, кто-то выбирался и прямо из-под земли, судя по их виду.
На короткое время ей удавалось остановиться и отдышаться. Тогда на неё начинали набрасываться всякие мысли. Ни одна из которых не была тем, что бы она хотела обдумывать. Ни в данную секунду, ни вообще, находись она даже в самой что ни на есть безопасной обстановке.
Например, о том, кто положил сюда все эти тела и почему. И ещё, почему так часто лохмотья на телах преследующих её мертвецов напоминали балахоны и мантии.
Страница 28 из 52
