Фандом: Гарри Поттер. Классический сюжет про то, как найденные на собственную задницу приключения могут привести к пересмотру отношений с тем, кого давно знаешь. И «задница», в данном случае, отнюдь не только фигура речи, а самый настоящий двигатель сюжета. Древние подземелья, жуткие тайны, неведомые опасности. И отважный герой, спешащий на помощь.
Добавить в моё избранное
191 мин, 14 сек 11336
У неё подогнулись колени, и он едва успел поймать её подмышки и придержать сзади за спину, чтобы не упала.
— Слушай, Гермиона, — сказал он, когда она всё-таки как-то смогла встать на ноги, удерживаясь на месте, схватившись за его предплечья, — а как же ты пойдёшь в свою комнату? Я же не смогу тебя туда отнести.
«Ох, а ведь действительно!»
У неё совершенно вылетела из головы эта дурацкая особенность их лестницы, которая не пропускала парней наверх. Признаться, она всегда считала это глуповатой придумкой, от которой было больше проблем, чем пользы. Но в данной ситуации она становилась просто губительной. Как ей теперь достать лекарство?
Она растеряно посмотрела на него.
— Н-да, — он почесал в затылке, — кажется, мы здорово сглупили!
Она мысленно поблагодарила его, что он не стал попрекать её, сказав «мы», потому что идея тащиться к себе была исключительно её собственной, и именно она в первую очередь должна была подумать обо всех мелочах.
— Я… как-нибудь… попробую добраться.
— Об этом и речи быть не может!
— Гарри, ты не донесёшь меня до больничного крыла. Ты и так уже весь вымотался.
— Слушай, у меня есть идея получше. Как ты говоришь, называется это средство?
— Экстракт бадьяна.
— Стой здесь!
— Ты куда?
— Кажется, я знаю, где его взять. Невилл! У него в шкафчике точно должен быть. Он постоянно попадает во всякие дурацкие передряги.
— Хорошо бы, если бы это было так. Но… подожди! Ты что, собрался его будить?
— Нет, конечно, постараюсь никого не разбудить из наших. Завтра ему скажу, что мне понадобилось, он же нормальный, ты знаешь, не будет возмущаться, что я полез без спросу.
— Он-то нормальный, но вот где я буду себя обрабатывать?
— Ты и не будешь. Я буду.
— Ты?! Где, Гарри?
— Да прямо здесь. Можно, конечно, отнести тебя к нам наверх, в душевую, но, боюсь, кто-то может услышать наши голоса и забрести туда среди ночи. Ты же понимаешь… хм… что могут подумать в первый момент.
— Да уж понимаю, не маленькая! А здесь что, лучше, что ли? Сюда тоже может кто-нибудь спуститься.
— Вот сюда вряд ли. Если только у кого-то бессонница, но, ты же сама всех так гоняешь на занятиях в Отряде, что все спят, как убитые. Туалеты наверху, кому вообще нужно сюда спускаться?
— Гарри, это как-то…
— Как? Ну как?! У тебя есть другие варианты? И потом, тебе самой будет сложно. Не дотянешься просто. Если бы у тебя была одна рана, а у тебя их там штук восемь. Всё, стой на месте. Вот здесь. Я постараюсь побыстрее. Одна нога там, другая здесь.
Он поставил её поближе к камину, всё так же завёрнутую в его мантию, она пыталась открывать рот, силясь придумать какие-то аргументы против, но ничего не придумывалось. Действительно, если у Невилла окажется нужное зелье, это было бы лучшим вариантом в их ситуации. И возразить было нечем. Только если тем, что она не хочет снова обнажать перед ним свою задницу, но теперь уже было глупо, да и поздно сожалеть о таких вещах.
— Высокий пузырёк с жёлтой наклейкой, — выдавила она ему вслед.
Он побежал наверх, а она упёрлась в декоративное обрамление камина и прикрыла глаза, стараясь не думать о пульсирующей боли, которая волнами прокатывалась по её телу. Когда он снял её со своей спины, то стало понятно, что наложенная повязка вся пропиталась кровью насквозь, и даже мантия сзади оказалась сильно запачкана. Она удивлялась, как это кровь ещё не капала на пол. Хотя, теперь проблема была уже не в кровотечении, это она чётко чувствовала. Все её раны должны были сейчас сильно опухнуть, начать нарывать, и вокруг них наверняка проступили последствия внутренних кровоизлияний. К сожалению, раны были из самых худших — глубокие, колотые, с попаданием внутрь частиц грязи. Такие в обычных условиях заживают очень долго, болезненно, отзываются повсюду неприятными ощущениями, бывает, по новой открывается кровотечение через некоторое время. Оставалось только надеяться, что времени прошло не так уж много, ведь зелье действует на сами раны, а не на последствия. Иначе пришлось бы потом всё равно идти к медсестре и просить у неё что-то от общего недомогания.
Она периодически невольно оглядывалась назад, постоянно опасаясь, что кто-то всё-таки спустится вниз. Впрочем, если бы это оказался кто-то из девушек, она бы только поблагодарила судьбу. В этом случае, ей бы принесли сверху всё, что надо. Но от любопытных вопросов всё равно не удалось бы избавиться. Если же это будет кто-то из парней, тогда… тогда она просто пошлёт его куда подальше!
Поразительное дело — она вновь сейчас вспомнила этот вопрос, заданный ей собственным подсознанием — но получалось, что Гарри в число этих самых парней не входит. То есть, он, конечно, входил в их число, но она действительно не могла себе представить, кому бы она ещё доверила такое с собой обращение.
— Слушай, Гермиона, — сказал он, когда она всё-таки как-то смогла встать на ноги, удерживаясь на месте, схватившись за его предплечья, — а как же ты пойдёшь в свою комнату? Я же не смогу тебя туда отнести.
«Ох, а ведь действительно!»
У неё совершенно вылетела из головы эта дурацкая особенность их лестницы, которая не пропускала парней наверх. Признаться, она всегда считала это глуповатой придумкой, от которой было больше проблем, чем пользы. Но в данной ситуации она становилась просто губительной. Как ей теперь достать лекарство?
Она растеряно посмотрела на него.
— Н-да, — он почесал в затылке, — кажется, мы здорово сглупили!
Она мысленно поблагодарила его, что он не стал попрекать её, сказав «мы», потому что идея тащиться к себе была исключительно её собственной, и именно она в первую очередь должна была подумать обо всех мелочах.
— Я… как-нибудь… попробую добраться.
— Об этом и речи быть не может!
— Гарри, ты не донесёшь меня до больничного крыла. Ты и так уже весь вымотался.
— Слушай, у меня есть идея получше. Как ты говоришь, называется это средство?
— Экстракт бадьяна.
— Стой здесь!
— Ты куда?
— Кажется, я знаю, где его взять. Невилл! У него в шкафчике точно должен быть. Он постоянно попадает во всякие дурацкие передряги.
— Хорошо бы, если бы это было так. Но… подожди! Ты что, собрался его будить?
— Нет, конечно, постараюсь никого не разбудить из наших. Завтра ему скажу, что мне понадобилось, он же нормальный, ты знаешь, не будет возмущаться, что я полез без спросу.
— Он-то нормальный, но вот где я буду себя обрабатывать?
— Ты и не будешь. Я буду.
— Ты?! Где, Гарри?
— Да прямо здесь. Можно, конечно, отнести тебя к нам наверх, в душевую, но, боюсь, кто-то может услышать наши голоса и забрести туда среди ночи. Ты же понимаешь… хм… что могут подумать в первый момент.
— Да уж понимаю, не маленькая! А здесь что, лучше, что ли? Сюда тоже может кто-нибудь спуститься.
— Вот сюда вряд ли. Если только у кого-то бессонница, но, ты же сама всех так гоняешь на занятиях в Отряде, что все спят, как убитые. Туалеты наверху, кому вообще нужно сюда спускаться?
— Гарри, это как-то…
— Как? Ну как?! У тебя есть другие варианты? И потом, тебе самой будет сложно. Не дотянешься просто. Если бы у тебя была одна рана, а у тебя их там штук восемь. Всё, стой на месте. Вот здесь. Я постараюсь побыстрее. Одна нога там, другая здесь.
Он поставил её поближе к камину, всё так же завёрнутую в его мантию, она пыталась открывать рот, силясь придумать какие-то аргументы против, но ничего не придумывалось. Действительно, если у Невилла окажется нужное зелье, это было бы лучшим вариантом в их ситуации. И возразить было нечем. Только если тем, что она не хочет снова обнажать перед ним свою задницу, но теперь уже было глупо, да и поздно сожалеть о таких вещах.
— Высокий пузырёк с жёлтой наклейкой, — выдавила она ему вслед.
Он побежал наверх, а она упёрлась в декоративное обрамление камина и прикрыла глаза, стараясь не думать о пульсирующей боли, которая волнами прокатывалась по её телу. Когда он снял её со своей спины, то стало понятно, что наложенная повязка вся пропиталась кровью насквозь, и даже мантия сзади оказалась сильно запачкана. Она удивлялась, как это кровь ещё не капала на пол. Хотя, теперь проблема была уже не в кровотечении, это она чётко чувствовала. Все её раны должны были сейчас сильно опухнуть, начать нарывать, и вокруг них наверняка проступили последствия внутренних кровоизлияний. К сожалению, раны были из самых худших — глубокие, колотые, с попаданием внутрь частиц грязи. Такие в обычных условиях заживают очень долго, болезненно, отзываются повсюду неприятными ощущениями, бывает, по новой открывается кровотечение через некоторое время. Оставалось только надеяться, что времени прошло не так уж много, ведь зелье действует на сами раны, а не на последствия. Иначе пришлось бы потом всё равно идти к медсестре и просить у неё что-то от общего недомогания.
Она периодически невольно оглядывалась назад, постоянно опасаясь, что кто-то всё-таки спустится вниз. Впрочем, если бы это оказался кто-то из девушек, она бы только поблагодарила судьбу. В этом случае, ей бы принесли сверху всё, что надо. Но от любопытных вопросов всё равно не удалось бы избавиться. Если же это будет кто-то из парней, тогда… тогда она просто пошлёт его куда подальше!
Поразительное дело — она вновь сейчас вспомнила этот вопрос, заданный ей собственным подсознанием — но получалось, что Гарри в число этих самых парней не входит. То есть, он, конечно, входил в их число, но она действительно не могла себе представить, кому бы она ещё доверила такое с собой обращение.
Страница 42 из 52
