Фандом: Гарри Поттер. Классический сюжет про то, как найденные на собственную задницу приключения могут привести к пересмотру отношений с тем, кого давно знаешь. И «задница», в данном случае, отнюдь не только фигура речи, а самый настоящий двигатель сюжета. Древние подземелья, жуткие тайны, неведомые опасности. И отважный герой, спешащий на помощь.
Добавить в моё избранное
191 мин, 14 сек 11344
Но ей легко было говорить! Она давным-давно уже нашла себе прекрасного мужа — папу, родила дочь, жизнь налажена, всё сложилось, а у неё ещё впереди сплошной туман.
«Вот и развей его! Прямо сейчас».
Нет, это было невозможно. Он словно нарочно ударил её в самое уязвимое место. У неё и так-то стыдливость накладывалась на неудовлетворённость своим телом, а тут ещё и Гарри! Будь это Рон — она бы поняла. Там бы всё было проще и понятнее. А сейчас она даже толком послать-то его не могла, потому что действительно начала этот разговор первой, он к ней не напрашивался и не навязывался, промолчи она — давно бы уже спала и видела сны.
«И что бы это были за сны, скажи на милость? Не о его ли руках на твоих бёдрах?»
«Пожалуйста! Пожалуйста, прекрати!» — взмолилась она неизвестно уже кому.
«Послушай, ну он же возбудился на тебя! Значит, не так уж ему противна твоя фигура».
Она снова бросила взгляд вниз. По крайней мере, недавно удалила оттуда все свои кудряшки. Они всегда смотрелись ужасно комично, делая её ещё более жалкой в своих глазах. Хотя с ними сейчас было бы легче, они хоть как-то прикрывали.
О чём она думает?! Она же правда не собирается?
— Гарри, — она прокашлялась, голос задрожал, балансируя на тонкой ноте, — ты же должен понимать, что дело тут вовсе не в доверии. Я тебе действительно полностью доверяю, и если бы ты предложил другое условие, какое хочешь, я бы…
Он молча покрутил головой.
«Ты его теряешь»…
— Да что ж это такое?! Ну неужели непонятно, что я просто стесняюсь?! Обычно, банально стесняюсь! Гарри, что в этом странного? Ты — парень, я — девушка, я никогда раньше вообще ни перед кем не обнажалась, я и так-то вышла за все рамки допустимого. Войди в моё положение. Гарри, ну а…
«… если бы я вдруг попросила раздеться тебя?»
Нет, она этого не сказала. Испугалась. Потому что тот, обычный, старый Гарри, смутился бы, а этот? От этого она не знала, что и ждать. Этот мог бы, пожалуй, и согласиться.
«И тогда складки одежды тебе бы не помешали рассмотреть его целиком».
У неё по телу снова побежали неправильные мурашки.
— Гермиона, вспомни, каким было твоё условие? Ты хотела, чтобы я принял тебя целиком, ведь так? Но ты же сама не готова отдать себя целиком. Как же тогда я смогу тебе пообещать, что приму тебя, а, в действительности, не буду в этом уверен до конца. Это будет обман! Если ты меня стесняешься, значит ты не готова к тому, о чём просила. Значит, я не тот человек, который тебе нужен, будь я тот, ты бы не сомневалась.
«Ты тот, да тот же ты, хвосторога тебя забодай! Но я не могу, не могу, понимаешь, НЕ МОГУ!»
«Ты ещё заплачь, дура ты трусливая! Или не видишь, что он серьезно? Стал бы он тебя унижать. Такое разве когда было?»
— Если уж ЭТО для тебя так важно… — начала она со всем возможным сарказмом, — что ты готов даже так сложно изъясняться…
Внезапно она поняла, откуда в нём взялись новые, необычные повадки. По тому, как он щурил глаза, как приподнимал брови, как откидывал плечи. Сириус! Вот разгадка. Он даже внешне пытался на него походить. И манеру вести разговор перенял. Ах, он… Паразит проклятый! Точно он, намутил воду, дальше некуда. Научил, как надо вести себя с неопытными девушками. Хороши гуси, нечего сказать! Один — великовозрастный оболтус, а второй решил с него жизнь строить! Ух, она им покажет, где раки зимуют!
Минутку, но это значит… Значит, он заранее знал? Заранее хотел, чтобы этот разговор состоялся. Воспользовался подходящим случаем. Значит, он и правда серьёзно! Ой, мамочки, он серьёзно! Серьёзно!
«Что ж… надеюсь, я об этом не пожалею».
Она опустила вниз руку, которая и так-то была потной, а сейчас ладонь стала по-настоящему мокрой, сжала пальцы в кулачки и, едва держась на похолодевших ногах, прикрыла глаза.
Вот это она сделала зря, зажмуриваться не стоило! Потому что в то же мгновение он опустил голову и стал её целовать. Прямо туда. И было поздно закрываться руками, потому что он поймал их и держал по бокам у её бедер так крепко, сжав в замок её пальцы и оттягивая руки вниз, что она ничего, ровным счётом ничего не могла с этим поделать! Она дёргалась на месте, ни жива, ни мертва, ни закричать, ни убежать, ни помешать ему, а внутри царила такая смесь из стыда, страха, возмущения и какой-то дурацкой прострации, что ей казалось, что её раздует изнутри, и она взлетит под потолок.
Мысли не было не одной. Только безмолвный вопль. Парень дотрагивался до неё там, не просто так — ГУБАМИ, не просто парень — ГАРРИ, не просто дотрагивался, он покрывал её поцелуями. У неё внутри всегда всё держалось на жёстком каркасе из благоразумия и чётких правил, и теперь вся эта конструкция плавилась, оседала, превращалась в какое-то пылающее море, в котором она тонула, не в состоянии найти опоры.
«Вот и развей его! Прямо сейчас».
Нет, это было невозможно. Он словно нарочно ударил её в самое уязвимое место. У неё и так-то стыдливость накладывалась на неудовлетворённость своим телом, а тут ещё и Гарри! Будь это Рон — она бы поняла. Там бы всё было проще и понятнее. А сейчас она даже толком послать-то его не могла, потому что действительно начала этот разговор первой, он к ней не напрашивался и не навязывался, промолчи она — давно бы уже спала и видела сны.
«И что бы это были за сны, скажи на милость? Не о его ли руках на твоих бёдрах?»
«Пожалуйста! Пожалуйста, прекрати!» — взмолилась она неизвестно уже кому.
«Послушай, ну он же возбудился на тебя! Значит, не так уж ему противна твоя фигура».
Она снова бросила взгляд вниз. По крайней мере, недавно удалила оттуда все свои кудряшки. Они всегда смотрелись ужасно комично, делая её ещё более жалкой в своих глазах. Хотя с ними сейчас было бы легче, они хоть как-то прикрывали.
О чём она думает?! Она же правда не собирается?
— Гарри, — она прокашлялась, голос задрожал, балансируя на тонкой ноте, — ты же должен понимать, что дело тут вовсе не в доверии. Я тебе действительно полностью доверяю, и если бы ты предложил другое условие, какое хочешь, я бы…
Он молча покрутил головой.
«Ты его теряешь»…
— Да что ж это такое?! Ну неужели непонятно, что я просто стесняюсь?! Обычно, банально стесняюсь! Гарри, что в этом странного? Ты — парень, я — девушка, я никогда раньше вообще ни перед кем не обнажалась, я и так-то вышла за все рамки допустимого. Войди в моё положение. Гарри, ну а…
«… если бы я вдруг попросила раздеться тебя?»
Нет, она этого не сказала. Испугалась. Потому что тот, обычный, старый Гарри, смутился бы, а этот? От этого она не знала, что и ждать. Этот мог бы, пожалуй, и согласиться.
«И тогда складки одежды тебе бы не помешали рассмотреть его целиком».
У неё по телу снова побежали неправильные мурашки.
— Гермиона, вспомни, каким было твоё условие? Ты хотела, чтобы я принял тебя целиком, ведь так? Но ты же сама не готова отдать себя целиком. Как же тогда я смогу тебе пообещать, что приму тебя, а, в действительности, не буду в этом уверен до конца. Это будет обман! Если ты меня стесняешься, значит ты не готова к тому, о чём просила. Значит, я не тот человек, который тебе нужен, будь я тот, ты бы не сомневалась.
«Ты тот, да тот же ты, хвосторога тебя забодай! Но я не могу, не могу, понимаешь, НЕ МОГУ!»
«Ты ещё заплачь, дура ты трусливая! Или не видишь, что он серьезно? Стал бы он тебя унижать. Такое разве когда было?»
— Если уж ЭТО для тебя так важно… — начала она со всем возможным сарказмом, — что ты готов даже так сложно изъясняться…
Внезапно она поняла, откуда в нём взялись новые, необычные повадки. По тому, как он щурил глаза, как приподнимал брови, как откидывал плечи. Сириус! Вот разгадка. Он даже внешне пытался на него походить. И манеру вести разговор перенял. Ах, он… Паразит проклятый! Точно он, намутил воду, дальше некуда. Научил, как надо вести себя с неопытными девушками. Хороши гуси, нечего сказать! Один — великовозрастный оболтус, а второй решил с него жизнь строить! Ух, она им покажет, где раки зимуют!
Минутку, но это значит… Значит, он заранее знал? Заранее хотел, чтобы этот разговор состоялся. Воспользовался подходящим случаем. Значит, он и правда серьёзно! Ой, мамочки, он серьёзно! Серьёзно!
«Что ж… надеюсь, я об этом не пожалею».
Она опустила вниз руку, которая и так-то была потной, а сейчас ладонь стала по-настоящему мокрой, сжала пальцы в кулачки и, едва держась на похолодевших ногах, прикрыла глаза.
Вот это она сделала зря, зажмуриваться не стоило! Потому что в то же мгновение он опустил голову и стал её целовать. Прямо туда. И было поздно закрываться руками, потому что он поймал их и держал по бокам у её бедер так крепко, сжав в замок её пальцы и оттягивая руки вниз, что она ничего, ровным счётом ничего не могла с этим поделать! Она дёргалась на месте, ни жива, ни мертва, ни закричать, ни убежать, ни помешать ему, а внутри царила такая смесь из стыда, страха, возмущения и какой-то дурацкой прострации, что ей казалось, что её раздует изнутри, и она взлетит под потолок.
Мысли не было не одной. Только безмолвный вопль. Парень дотрагивался до неё там, не просто так — ГУБАМИ, не просто парень — ГАРРИ, не просто дотрагивался, он покрывал её поцелуями. У неё внутри всегда всё держалось на жёстком каркасе из благоразумия и чётких правил, и теперь вся эта конструкция плавилась, оседала, превращалась в какое-то пылающее море, в котором она тонула, не в состоянии найти опоры.
Страница 49 из 52
