Когда легендарного серийного убийцу удаётся поймать, его отправляют в психиатрическую лечебницу. Туда же посылают Лилиан Вайт, криминального психолога, с целью установить степень вменяемости преступника. Однако Джефф даже не предполагал встретиться с той, которой однажды удалось избежать смерти от его рук…
Добавить в моё избранное
188 мин, 15 сек 14380
И вдруг снова та неприятная тупая боль в боку, охватившая все её тело. Снова. Как по-настоящему. Она вздрогнула от сильного впечатления. Где-то поблизости, сквозь воспоминания, прозвучал голос Алекса, вернувший Лилиан в реальность: «Успокойся».
— Ус… по… койся…? — хрипло задала она риторический вопрос.
Женщине пришлось приложить немало усилий, чтобы произнести ключевое для неё слово. Как он достал своим «успокойся»! Почему когда Лилиан нуждается в поддержке со стороны мужа, Алекс начинает именно с этого слова? Если ему что-то не нравится, пусть уходит. Сама справится. В конце концов, раньше — до встречи с журналистом, — психолог-криминалист как-то справлялась. Как же она устала. У него всё предельно просто: разозлился — успокоился — счастливый конец. Замечательно просто!…
Подобные мысли Лилиан никогда не раскрывала, стараясь держать всё в себе, так как считала это обычными вспышками гнева, которые она — к её счастью, — когда-то могла контролировать; но только не сегодня. Слишком долго негативные эмоции копились внутри. Никому не дано было услышать её истинное отношение к подобной ситуации — даже Джейсону.
За что? Разве миссис Мёрфи не заслужила этого? Разве любимый мужчина, благодаря которому она вновь смогла построить жизнь обычного человека, не способен отплатить ей за все её поддержки вопреки эмоциям? Почему Лилиан одна должна искать выходы из подобных ситуаций, как в проблемах мужа, так и в собственных переживаниях? Как же он сейчас злит!…
— У тебя, что, на всё один ответ, да? — сдержанно произнесла она хриплым голосом, не осознавая, что снова может внятно говорить.
— Что? — мужчина не понял её реакции.
— Почему каждый раз, когда я хочу услышать от тебя что-нибудь утешительное, ты постоянно говоришь мне: «Успокойся»?! — остатки женской сдержанности потихоньку начинали угасать. — Неужели так сложно произнести хотя бы, не знаю, какую-нибудь, действительно, успокаивающую фразу?! Например: «Я с тобой, дорогая» или там«Тебя никто больше не обидит. Я этого не позволю»! Так нет же, тебе обязательно в подобные моменты нужно произнести именно твоё чёртово «успокойся»!
Явное недовольство жены задело Алекса. Он не мог понять, чего именно от него требует Лилиан. Нет, конечно, ясно, что она нуждается в поддержке, как и все люди, но разве мистер Мёрфи не начал с этого? Как только ему позвонили и сообщили о случившемся, он тут же вошёл в кабинет своего начальника с прямолинейной просьбой — без каких-либо церемоний — отпустить его по важному делу, при этом пообещав, что вся работа, которую он только что бросил, будет лежать на столе босса в девять утра. Стоит заметить, Алекс не из ряда тех, кто может так внезапно бросить всё по любому поводу. Вдобавок, на этот счёт, мужчина никогда не жаловался, ибо понимал, что все его действия совершены по его же собственной инициативе. И сейчас — когда мистер Мёрфи вопреки своим педантским правилам бросил все дела, чтобы увидеть любимую женщину и убедиться, что она цела и невредима, — Лилиан смеет осуждать его. Подобной несправедливости — тем более со стороны жены, — мужчина выдержать не мог.
— Дорогая, скажи, что ты хочешь от меня услышать? — сдержанным голосом задал он явно резкий вопрос.
— Не поняла, — сказанное только что Алексом повергло женщину в шок. Её ответ отражал нападение.
— Лилиан, ответь, что ты хочешь от меня услышать? — повторил он свой вопрос.
— Может, мне ещё тебе карточки с подсказками подготовить?! — обиженно с сарказмом произнесла Лилиан.
— Будь уж так любезна. А то я в последнее время совершенно не знаю, что тебе такое сказать, чтобы ты адекватно реагировала, — старался он сдержать злость.
— Ты издеваешься! Меня ударил психопат, который при этом ещё и испытывал кайф, а тебе лишь бы со мной поспорить!…
— Так! — его голос прозвучал настолько страшно, что Лилиан решила умерить свой пыл. — Во-первых, не смей меня сейчас перебивать! Во-вторых! Ты устроила здесь истерику и пытаешься во всём обвинить меня!
Женщина только успела открыть рот, как услышала: «В-третьих!» Сложно сказать, что страшнее: когда всегда спокойный Алекс демонстрирует свою злость или когда он пронзает жену испепеляющим взглядом. Увидев, как его любимая женщина покорно слушает его, он смягчился. Глубокий вздох.
— Дорогая, ты же знаешь, что я очень редко покидаю своё рабочее место. Помнишь, когда ты отвезла своего кота к ветеринару из-за того, что он порезал лапу о стекло, ты обиделась на меня за то, что мне было безразлично на это. Ты неделю отвечала мне короткими фразами и ходила по дому, показывая, как ты обиделась на это. А сейчас я посреди рабочего дня приехал к тебе в больницу, чтобы проведать. Разве ты не считаешь это так называемым «подвигом»?
Его слова заставили Лилиан улыбнуться. Конечно, то, что он настолько безразлично относился к Зигмунду, ещё не самая приятная его черта.
— Ус… по… койся…? — хрипло задала она риторический вопрос.
Женщине пришлось приложить немало усилий, чтобы произнести ключевое для неё слово. Как он достал своим «успокойся»! Почему когда Лилиан нуждается в поддержке со стороны мужа, Алекс начинает именно с этого слова? Если ему что-то не нравится, пусть уходит. Сама справится. В конце концов, раньше — до встречи с журналистом, — психолог-криминалист как-то справлялась. Как же она устала. У него всё предельно просто: разозлился — успокоился — счастливый конец. Замечательно просто!…
Подобные мысли Лилиан никогда не раскрывала, стараясь держать всё в себе, так как считала это обычными вспышками гнева, которые она — к её счастью, — когда-то могла контролировать; но только не сегодня. Слишком долго негативные эмоции копились внутри. Никому не дано было услышать её истинное отношение к подобной ситуации — даже Джейсону.
За что? Разве миссис Мёрфи не заслужила этого? Разве любимый мужчина, благодаря которому она вновь смогла построить жизнь обычного человека, не способен отплатить ей за все её поддержки вопреки эмоциям? Почему Лилиан одна должна искать выходы из подобных ситуаций, как в проблемах мужа, так и в собственных переживаниях? Как же он сейчас злит!…
— У тебя, что, на всё один ответ, да? — сдержанно произнесла она хриплым голосом, не осознавая, что снова может внятно говорить.
— Что? — мужчина не понял её реакции.
— Почему каждый раз, когда я хочу услышать от тебя что-нибудь утешительное, ты постоянно говоришь мне: «Успокойся»?! — остатки женской сдержанности потихоньку начинали угасать. — Неужели так сложно произнести хотя бы, не знаю, какую-нибудь, действительно, успокаивающую фразу?! Например: «Я с тобой, дорогая» или там«Тебя никто больше не обидит. Я этого не позволю»! Так нет же, тебе обязательно в подобные моменты нужно произнести именно твоё чёртово «успокойся»!
Явное недовольство жены задело Алекса. Он не мог понять, чего именно от него требует Лилиан. Нет, конечно, ясно, что она нуждается в поддержке, как и все люди, но разве мистер Мёрфи не начал с этого? Как только ему позвонили и сообщили о случившемся, он тут же вошёл в кабинет своего начальника с прямолинейной просьбой — без каких-либо церемоний — отпустить его по важному делу, при этом пообещав, что вся работа, которую он только что бросил, будет лежать на столе босса в девять утра. Стоит заметить, Алекс не из ряда тех, кто может так внезапно бросить всё по любому поводу. Вдобавок, на этот счёт, мужчина никогда не жаловался, ибо понимал, что все его действия совершены по его же собственной инициативе. И сейчас — когда мистер Мёрфи вопреки своим педантским правилам бросил все дела, чтобы увидеть любимую женщину и убедиться, что она цела и невредима, — Лилиан смеет осуждать его. Подобной несправедливости — тем более со стороны жены, — мужчина выдержать не мог.
— Дорогая, скажи, что ты хочешь от меня услышать? — сдержанным голосом задал он явно резкий вопрос.
— Не поняла, — сказанное только что Алексом повергло женщину в шок. Её ответ отражал нападение.
— Лилиан, ответь, что ты хочешь от меня услышать? — повторил он свой вопрос.
— Может, мне ещё тебе карточки с подсказками подготовить?! — обиженно с сарказмом произнесла Лилиан.
— Будь уж так любезна. А то я в последнее время совершенно не знаю, что тебе такое сказать, чтобы ты адекватно реагировала, — старался он сдержать злость.
— Ты издеваешься! Меня ударил психопат, который при этом ещё и испытывал кайф, а тебе лишь бы со мной поспорить!…
— Так! — его голос прозвучал настолько страшно, что Лилиан решила умерить свой пыл. — Во-первых, не смей меня сейчас перебивать! Во-вторых! Ты устроила здесь истерику и пытаешься во всём обвинить меня!
Женщина только успела открыть рот, как услышала: «В-третьих!» Сложно сказать, что страшнее: когда всегда спокойный Алекс демонстрирует свою злость или когда он пронзает жену испепеляющим взглядом. Увидев, как его любимая женщина покорно слушает его, он смягчился. Глубокий вздох.
— Дорогая, ты же знаешь, что я очень редко покидаю своё рабочее место. Помнишь, когда ты отвезла своего кота к ветеринару из-за того, что он порезал лапу о стекло, ты обиделась на меня за то, что мне было безразлично на это. Ты неделю отвечала мне короткими фразами и ходила по дому, показывая, как ты обиделась на это. А сейчас я посреди рабочего дня приехал к тебе в больницу, чтобы проведать. Разве ты не считаешь это так называемым «подвигом»?
Его слова заставили Лилиан улыбнуться. Конечно, то, что он настолько безразлично относился к Зигмунду, ещё не самая приятная его черта.
Страница 35 из 53
