Алая Лилия

Однако сейчас он, действительно, показал, что любит её, если даже отпросился с работы ради любимой женщины. Да что там, Алексу достаточно лишь подумать о ней во время рабочего дня, — он уже, получается, перешагнул свою педантскую натуру.

Да, мистер Мёрфи считался героем в каком-то смысле. Только, к сожалению, это не сыграло особой роли в разрешении конфликта. Лилиан всё ещё была раздражена его вездесущим «успокойся». Тем более, в таком состоянии женщина не могла позволить себе признаться, что была неправа. Именно поэтому она применяла на Алексе свои психологические уловки, чтобы остаться победителем в споре. После минувшего разговора с Джейсоном психолог-криминалист решила покончить с этим. Но как можно отказаться от такого беспроигрышного варианта и при этом оставаться победителем в семейном скандале? Лилиан не хотела, чтобы супруг и в последующих «трагедиях» начинал с полюбившегося ему слова«успокойся».

— Тем не менее, — её голос стал более покорным, чем раньше. — Мне не нравится, что когда мне нужно, чтобы меня утешили, начинали со слова: «успокойся». Тебе бы понравилось, если бы тебя переполняли негативные эмоции, а в ответ вместо эмпатии услышал бы простое «успокойся»? Согласись, что в подобных ситуациях очень сложно сохранять спокойствие, — только в этот момент Лилиан поняла, что может снова трезво мыслить, а это позволяло ей продолжить свою манипуляцию. Уголок губ дрогнул в мимолётной улыбке, намекающий на будущую победу.

— Дорогая, я понимаю, что тебе тяжело, — Алекс попытался утешить её, не вовлекая в разговор трезвую логику — только эмоции и капля рациональности.

— В таком случае я хочу увидеть твоё понимание. Умоляю, милый, не начинай свои утешения с этого слова, — психолог-криминалист старалась как можно более искренно произнести последнюю фразу, что свойственно лишь женской натуре. Мистер Мёрфи не любил, когда его любимая женщина расстраивалась, и Лилиан об этом знала.

— Хорошо, дорогая. Обещаю, что этого больше не повторится.

— Спасибо, — её глаза заблестели, а на лице появилась уже полноценная улыбка, которая Алексу показалась благодарностью за его старания. На самом деле женщина мысленно праздновала победу. — Тебе, наверное, нужно идти на работу. Удачи со статьёй.

— Спасибо, дорогая. Поправляйся.

Перед уходом блондин одарил свою любимую женщину поцелуем в губы, решив перед тем, как он вернётся к своим обязанностям, проявить ещё каплю нежности по отношению к дорогому человеку.

Алекс открыл дверь, как на него чуть ли не упала медсестра, которая упёрлась до этого ещё в закрытую дверь. Удержав равновесие, девушка с привлекательной, по его мнению, внешностью поправила униформу и виновато посмотрела сначала на мистера Мёрфи, а затем на его супругу. Образовавшееся покраснение на её молочной коже подтверждало стыд девушки.

— Извините, — еле слышно произнесла она.

— Телевизор сломался? Сериал невозможно посмотреть? — с недоброй улыбкой поинтересовалась Лилиан, отчего щеки медсестры ещё больше покраснели.

— Извините… пожалуйста, — совсем тихо и более виноватым тоном произнесла девушка, исподлобья поглядев на пациентку.

— В… время посещения… окончено. Меня просили Вас проводить, — не смотря в глаза Алексу заявила медсестра, но чуть более уверенным голосом.

— Ясно. И как давно посещение было окончено? — на сей раз поинтересовался блондин, заставив медсестру вновь принять виноватый вид.

— Когда миссис Мёрфи, — она слегка кивнула в сторону пациентки, — говорила про… какие-то карточки с подсказками.

Чувствуя, что у медсестры скоро голова взорвётся от огромного количества крови в соответствующем месте, психолог-криминалист решила сжалиться над несчастной девушкой, хотя и видела, как Алекс улыбался с приветливым видом работнице клиники. Впрочем, ревность Лилиан смирял оправданный факт: если занятый мужчина мимолётным взглядом провожает других симпатичных представительниц женского пола, значит, в сексуальном плане у него всё в порядке.

— Извините, мисс, я могу позвонить?

— Эм… — неопытная медсестра не знала, что ответить. — Я не знаю, — опять смутилась, но постаралась взять себя в руки. — Но я могу поинтересоваться у Вашего врача… — немного подумав, — миссис Мёрфи.

— Я буду Вам крайне благодарна, — на её лице появилась теперь уже искренняя, хотя и слабая улыбка.

Девушка ушла, освободив мистеру Мёрфи проход. Только он собрался покинуть палату, как его окликнула супруга:

— Алекс, — поворот головы в сторону любимой женщины, — позвони, если снова задержишься.

Сами слова прозвучали как упрёк, но взглянув на её улыбку и услышав её спокойный, без какого-либо негатива, голос, супруг мгновенно отбросил все мысли об укоре.

— Хорошо, дорогая.

Лилиан осталась одна, ожидая ответа медсестры. Белый цвет палаты до сих пор волновал женщину, причину чего психолог-криминалист могла лишь предполагать.