Серые начинают и выигрывают

Глава 1

— Как умер?!

Вопль Беллы режет уши. Истеричка.

— Он же не мог просто взять и умереть?! — ахает Петтигрю, вытаращив глаза. Да-да, крыса, так тебе и надо.

Рудольф закрывает уши руками, крепко жмурится. Этого, пожалуй, даже жаль.

— Он три дня не выходил из кабинета, просил не тревожить, — буднично пожимает плечами Рабастан. — А сейчас жарковато для мая, ну… Амбре, знаете ли. Я послал эльфа, а он вернулся в истерике. Пришлось лезть в окно, Лорд надежно заперся, ничем дверь не вскрыть было.

— Ты так говоришь, как будто тебе все равно! Все равно! — орет на деверя Беллатрикс, брызгая слюной. Малфой пятится к двери, делая вид, что ему все безразлично. Интересно, куда ты сбежишь из собственного дома, да еще и без палочки? Рудольф жмурится сильнее, сжимая голову ладонями…

Руквуд в темном углу чему-то улыбается про себя. Ему явно безразлично, что есть Лорд, что его нет. Нормальный человек, без этих идеологических заскоков.

Как же они надоели! Теоретики, идеалисты ясноглазые. Тьху.

— Что же нам делать? — растерянно отзывается Эйвери. — Ведь мы ничего не знаем, что планировалось и как…

Белла резко разворачивается на каблуках и вскидывает палочку.

— Кру…

— Ступефай.

Негромкий голос Рудольфа, который наконец встает из кресла. Сам свою жену вывел из строя. Как интересно.

— Извините, но я ухожу, — старший из братьев Лестранжей поправляет очки. — Кто со мной — тот со мной. Идея должна жить дальше, но… не в этом виде.

Так, наши ряды стремительно редеют.

— Я с тобой, конечно, Руди, — Рабастан подхватывает обмякшую Беллу и подходит к брату.

Петтигрю дергается, мечется… Да-да, давай, выбирай себе харизматического лидера.

— А если Лорд не умер? Если это какое-то исследование или еще что? — пищит он, оглядываясь. Давно так не смеялся. Про себя, конечно. Я как молчал тихонько, так и молчу. Что будет дальше?

— Он мертв, как дохлый книззл, — Рабастан морщится. — Взгляни на свою метку, где она? И ты что, не понял, что у него не было никаких планов, кроме охоты за Поттером? Это их личное дело. Я просидел полтора десятка лет в Азкабане ради дерьмовых личных счетов, пока ты, сука, прятался по сточным канавам!

Ну, началось.

— А ты… — орет Петтигрю, поднимая палочку.

— Я повторяю — кто со мной? — Рудольф небрежно вырубает и его. — У меня есть все данные, вся сеть в моих руках. Мы можем продолжить наше дело. И довести его до конца.

Эйвери улыбается и отступает в тень. Руквуд дергает бровью. Мальсибер задумчиво крутит палочку в пальцах. Я… пока молчу. Сеть, конечно, Руди, у тебя есть, но кто в ней?

Долохов хохочет. Так, еще один претендент. Нельзя было его не учитывать.

— Кто тебя назначил главным, Лестранж?

— Идея и дело, — уверенно и упрямо отвечает Рудольф.

Напряжение нарастает. Еще немного, и полетят Авады. Лестранжи и Долохов сверлят друг друга глазами, видимо, тренируют прожигательную способность взглядов. Кто сорвется первым?

Ну конечно, Долохов. Славянская непосредственность. Обожаю. И сразу с фирменного невербального, которое Руди отбивает. Рабастан роняет бесчувственную Беллатрикс… Можно временно переждать за выступом стены. Драка за власть — это интересно, пока случайно не попадет шальной Авадой. И за кого будут Кэрроу? Сейчас бы взять листик и расставить в две колоночки имена, но рано, рано. Еще выбыли не все претенденты. Не все горячие головы сказали свое веское слово.

И где, кстати, Снейп?

Внезапно все стихает. Я выглядываю из-за стены: нет Лестранжей, Петтигрю и еще некоторых, Долохов лежит мертвым на полу. Молодец, Рудольф. А говорят, кабинетный работник. О, нет, стоп. Не все попрятались по углам, как я. Криво улыбающийся Мальсибер опускает палочку, подходит к трупу Долохова, тыкает носком ботинка.

— Зачем? — я не успеваю сдержать вопрос. А этот хренов министерский тихоня опасен. Мало ли как отреагирует.

— Знаете, Теодор, одну замечательную маггловскую сказочку про гидру? Впрочем, вы не знаете. Чем больше голов срубаешь, тем больше вырастает. Понятна моя аналогия?

— Я не понимаю, почему именно Долохов.

Мальсибер фыркает.

— Потом поймете, мистер Нотт. А сейчас давайте линять отсюда поскорее. Малфой наверняка вызвал авроров, фениксовцев, кого угодно, пока мы тут разговариваем. Портус! Кому интересно меня выслушать, на счет три. Остальные… С ними Орден Феникса разберется.

А здесь я еще не был. Какие-то трущобы. Маггловские. Желтый абажур, электрическая лампочка. Нас вроде бы и мало, но места еще меньше, и мы сидим кто на полу, кто на подоконнике, я занял перекошенный стул, Руквуд стоит в углу, хотя, по-видимому, именно он тут живет. И откуда это место знает Мальсибер? Кстати, он как раз в этот момент говорит о чем-то важном.