Сэнсэй

1. Наблюдение

Я никогда не видела человека, который стал бы долгожителем, соблюдая запреты. (Мурасаки Сикибу)

— Впервые за последние двадцать лет собирается Международный Ковен Магов и Волшебников всего мира, чтобы поделиться друг с другом опытом борьбы с Тёмными Силами. Мы не единственное государство, которое за прошедшее десятилетие столкнулось с гражданской войной, по этой причине главы наших стран решили устроить двухнедельную конференцию в одном из крупнейших городов Японии — Осаке. Мы отправим делегации из десяти волшебников — лучших в своей области. Единственное затруднение, которое у нас возникло — японцы не признают аппарацию и летучий порох. У них в стране существует независимая сеть порталов, которыми мы, увы, воспользоваться вне государства не можем. По этой причине придётся аппарировать на территорию России, где вы встретитесь с делегацией других магов и вместе с ними полетите на самолёте до Осаки…

Самолёт. Гермиона мысленно усмехнулась — что может быть хуже маггловского транспорта для волшебников? Ей то и дело приходилось слышать жалобы своих коллег, которые все, как один, заявляли, что предпочли бы метлу или даже ковёр-самолёт. Единственным, кто стойко хранил молчание, был Люциус Малфой. Он вообще не проявлял ни единого признака человечности, напоминая ожившего робота. Гермиона немного опасалась этого волшебника, и его близость заставляла её нервничать. Лучший! Подумать только! Зачем советнику по финансам лететь в Японию на конференцию по борьбе с Тёмными Силами?

«Разве что для диверсии», — мстительно подумала она.

Русские маги вели себя дружелюбно и весьма шумно. Как выяснилось, из России летело большинство делегаций, и маленький старый аэропорт удивлял путешественников обилием людей в странной одежде. Малфой, кстати, выделялся на фоне других лишь своими длинными белыми волосами, но он предусмотрительно собрал их в хвост. Гермиона нашла ещё один повод для веселья: он был одет в светло-голубые джинсы и кожаную куртку, под которой виднелась обтягивающая дымчатая водолазка. Самый ярый противник маггловской культуры более всех походил на маггла. Но ему это удивительно шло. Ожидая, пока объявят посадку, Гермиона давилась безвкусным кофе и бумажной булочкой, а потом долго не могла избавиться от неприятного вкуса во рту и бегала в поисках мятной жвачки. Продавец ни слова не понимал по-английски и отказывался принимать и фунты, и доллары, и евро, и йены. О галлеонах она даже не заикалась. Он эмоционально то ли возмущался, то ли возражал, и хищный оскал с золотым зубом изрядно пугал Гермиону. К счастью, кто-то из прохожих услужливо объяснил, что предложенная за «Орбит» сумма слишком велика, а у продавца нет сдачи. Всё закончилось тем, что Гермиона в дополнение к жвачке приобрела маленький флакончик туалетной воды и на борт самолёта поднялась последней. Разумеется, единственное свободное место отыскалось возле Малфоя. И кто по своей воле захочет сидеть рядом с ним? Они обменялись обречёнными взглядами, затем Гермиона едва не уронила сумку ему на голову, пытаясь дотянуться до верхней полочки. Люциус любезно оставил кресло у иллюминатора своей соседке. Наконец, капитан самолёта попросил всех занять свои места и пристегнуть ремни безопасности. Перелёт должен занять не более двух часов. Что же, можно просто закрыть глаза и представить, что рядом никого нет…

—… говорил, что она не может при включенном свете, — глупое хихиканье вырвало Гермиону из дремоты. — Мне вообще кажется, что она фригидна. Снежная королева!

— Не понимаю, что он вообще в ней нашёл! Не иначе, как из жалости женится. Неужели она вообще у кого-то может вызвать желание? Тощая, с маленькой грудью, мантия всегда застёгнута под горло, а эти волосы! Иногда хочется выдрать эти её лохмы…

— Не удивительно, что Рональд завёл себе любовницу!

— Тш-ш, Кэрол! Не так громко!

— И что? Будто бы никто не знает!

— Она не знает.

— А где она, кстати?

— Перед нами. Так что прикуси свой язычок, Джейн…

Гермиона вцепилась пальцами в ручки кресла и крепко сжала зубы. В этот момент ей хотелось выпрыгнуть из самолёта, но едва ли и это могло смыть то унижение, которое она испытала минуту назад. Самое ужасное, что Малфой также, как и она, слышал всё до последнего слова, а теперь с умеренным любопытством смотрел прямо в её лицо, ожидая реакции. И что он думал, она сделает? Повернётся и превратит этих девиц в навозных жуков? Или просто выцарапает им глаза? Нет, Гермиона ещё не растеряла чувство собственного достоинства, чтобы обращать внимание на грязные сплетни. Мерлин… почему же так больно?

Она отвернулась к маленькому круглому окну, будто бы могла что-то разглядеть в толще серых туч, сквозь которые они летели. На верхней панели загорелась красная лампочка, извещая о том, что пассажиры не должны подниматься со своих мест. Самолёт заходил на посадку.