Фандом: Гарри Поттер. Драко вступил в полное анимагическое наследие, но весь ужас в том, что он не может вновь стать человеком. Гарри спешит на помощь, он всегда рад помочь… пока не узнает, кто же прячется в звериной шкуре. И все, что остается Драко — объясниться.
Добавить в моё избранное
79 мин, 57 сек 7307
Все началось пятого июня, в двадцать четвертый день рождения Драко, когда он должен был впервые обратиться к своему анимагическому наследию. Случившееся настигло его на прогулке по любимой аллее в саду Мэнора. Вот он — высокий, привлекательный маг с безукоризненной чистоты родословной, которую можно проследить со времен Древнего Рима и Карла Великого. И уже в следующее мгновение он — невысокое, покрытое белой шерстью создание, обуреваемое желанием скользнуть в прохладные глубины пруда. Не поддавшись искушению, Драко остался на берегу внимательно изучать свое отражение.
Его заостренное к подбородку — разумеется, самым совершенным образом — лицо обросло густым мехом, как и остальное тело; помимо этого, он стал обладателем соблазнительных кругов вокруг глаз и изящных щеточек кошачьих усов. Сами глаза, насколько он мог судить, не поменяли цвет, но Драко порядком взволновало ощущение, что диапазон восприятия цветов значительно уменьшился. Вне всяких сомнений, он превратился в роскошного амурского тигра — только в несколько уменьшенную копию грозного хищника. Внезапно раздался истошный визг: на другом берегу пруда застыл домовой эльф, уставившийся на Драко так, словно тот превратился как минимум в дементора. Прежде чем зверь успел приблизиться, эльф, пискнув напоследок, с громим хлопком исчез.
Драко пробовал вернуть себе человеческий облик, но все попытки не увенчались успехом. Отчаявшись, он испустил звук, отдаленно похожий на рык. По правде говоря, если бы у него вышел нормальный рык, это здорово польстило бы эго Малфоя, на деле прозвучало не грозно, а скорее жалостливо. Оглядевшись вокруг, Драко констатировал, что нынешнее его восприятие существенно разнится с человеческим. Чуткий слух уловил раздражающе громкий звук приближающихся шагов.
— Драко, — позвал спешащий по ведущим к пруду мощеным дорожкам отец. — Ох, Мимси забыла упомянуть о твоем облике. Ты стал младше?
Драко огорченно рыкнул и ударил лапой по воде, распугивая рыб в пруду.
— Люциус, что происходит? — обходя дом с другой стороны, окликнула супруга Нарцисса Малфой, не получив ответа. — О, восхитительно. Он же из породы амурских тигров, верно?
— Пожалуй, ты абсолютно права, Нарцисса, однако он несколько … мельче. — Хмуря брови, глава рода Малфой продолжил изучать новый облик сына.
— Дорогой, возможно, это из-за того, что он еще детеныш, — мягко произнесла женщина, ласково погладив сына за ушами. — Родной, ты — само совершенство. Совсем скоро ты научишься правильно пользоваться трансформацией, и тогда сумеешь достигнуть нужного размера. — Она так лучезарно улыбнулась, что Драко, не выдержав, ткнулся лбом матери в ноги, оставляя длинные белые волосы на подоле платья. — Милый, ты имеешь представление, как превратиться в человека?
Было так чудесно стоять, позабыв обо всем, пока длинные пальцы матери нежили чувствительное местечко за ушами. Жалобным мяуканьем обозначив вынужденное возвращение в реальный мир, Драко печально покачал головой.
— Это очень похоже на то, как ты превращался в животное, Драко — высокомерно пояснил Люциус. — Просто представляешь себя в образе человека.
— Люциус, ты не способен сдержаться даже в день первого превращения твоего сына! Хочется верить, что ты соблаговолишь ему помочь, — строго одернула мужа Нарцисса. — Ты ничуть не помогаешь, принижая его усилия.
— На мой взгляд, он приложил слишком мало «усилий».
— Я так не считаю, — отрезала супруга, поворачиваясь к сидящему у ее ног тигренку. — Драко, милый, ты должен закрыть глаза и представить себя человеком.
Последовав указанию матери, Драко сосредоточился, рисуя перед мысленным взором образ, нынешним утром поприветствовавший его из зеркала: стянутые в хвост черным шелковым шнурком длинные белые волосы; пошитая по последней французской моде — плотно облегая талию и бедра — безупречная белоснежная мантия, застегнутая на серебристо-серые пуговицы; острый подбородок; аккуратный нос; дымчато-серые глаза; длинные тонкие пальцы; губы, словно созданные для поцелуев. Держа в уме видение себя во всем блеске праздничного великолепия, Драко сконцентрировался на метаморфозах, которые должно будет претерпеть его тело. М-да, стоило открыть глаза, как он вновь обнаружил себя в белой тигровой шкуре, сидящим у ног матери. Приподняв ухо, младший Малфой огорченно фыркнул.
— Драко, попробуй еще раз. Только на этот раз представляй не то, как ты выглядишь, а сосредоточься на ощущениях собственного тела, — присев, Нарцисса принялась ласково наставлять тигренка. У Драко крепли подозрения, что малой кровью отделаться не удастся.
По прошествии трех часов Драко все еще не мог похвастать возвращением в человеческое тело, что только подогревало его растущую злость. Люциус покинул сына и супругу на исходе первого часа, проворчав, что ему необходимо заняться последними приготовлениями к вечернему празднованию дня рождения наследника.
Его заостренное к подбородку — разумеется, самым совершенным образом — лицо обросло густым мехом, как и остальное тело; помимо этого, он стал обладателем соблазнительных кругов вокруг глаз и изящных щеточек кошачьих усов. Сами глаза, насколько он мог судить, не поменяли цвет, но Драко порядком взволновало ощущение, что диапазон восприятия цветов значительно уменьшился. Вне всяких сомнений, он превратился в роскошного амурского тигра — только в несколько уменьшенную копию грозного хищника. Внезапно раздался истошный визг: на другом берегу пруда застыл домовой эльф, уставившийся на Драко так, словно тот превратился как минимум в дементора. Прежде чем зверь успел приблизиться, эльф, пискнув напоследок, с громим хлопком исчез.
Драко пробовал вернуть себе человеческий облик, но все попытки не увенчались успехом. Отчаявшись, он испустил звук, отдаленно похожий на рык. По правде говоря, если бы у него вышел нормальный рык, это здорово польстило бы эго Малфоя, на деле прозвучало не грозно, а скорее жалостливо. Оглядевшись вокруг, Драко констатировал, что нынешнее его восприятие существенно разнится с человеческим. Чуткий слух уловил раздражающе громкий звук приближающихся шагов.
— Драко, — позвал спешащий по ведущим к пруду мощеным дорожкам отец. — Ох, Мимси забыла упомянуть о твоем облике. Ты стал младше?
Драко огорченно рыкнул и ударил лапой по воде, распугивая рыб в пруду.
— Люциус, что происходит? — обходя дом с другой стороны, окликнула супруга Нарцисса Малфой, не получив ответа. — О, восхитительно. Он же из породы амурских тигров, верно?
— Пожалуй, ты абсолютно права, Нарцисса, однако он несколько … мельче. — Хмуря брови, глава рода Малфой продолжил изучать новый облик сына.
— Дорогой, возможно, это из-за того, что он еще детеныш, — мягко произнесла женщина, ласково погладив сына за ушами. — Родной, ты — само совершенство. Совсем скоро ты научишься правильно пользоваться трансформацией, и тогда сумеешь достигнуть нужного размера. — Она так лучезарно улыбнулась, что Драко, не выдержав, ткнулся лбом матери в ноги, оставляя длинные белые волосы на подоле платья. — Милый, ты имеешь представление, как превратиться в человека?
Было так чудесно стоять, позабыв обо всем, пока длинные пальцы матери нежили чувствительное местечко за ушами. Жалобным мяуканьем обозначив вынужденное возвращение в реальный мир, Драко печально покачал головой.
— Это очень похоже на то, как ты превращался в животное, Драко — высокомерно пояснил Люциус. — Просто представляешь себя в образе человека.
— Люциус, ты не способен сдержаться даже в день первого превращения твоего сына! Хочется верить, что ты соблаговолишь ему помочь, — строго одернула мужа Нарцисса. — Ты ничуть не помогаешь, принижая его усилия.
— На мой взгляд, он приложил слишком мало «усилий».
— Я так не считаю, — отрезала супруга, поворачиваясь к сидящему у ее ног тигренку. — Драко, милый, ты должен закрыть глаза и представить себя человеком.
Последовав указанию матери, Драко сосредоточился, рисуя перед мысленным взором образ, нынешним утром поприветствовавший его из зеркала: стянутые в хвост черным шелковым шнурком длинные белые волосы; пошитая по последней французской моде — плотно облегая талию и бедра — безупречная белоснежная мантия, застегнутая на серебристо-серые пуговицы; острый подбородок; аккуратный нос; дымчато-серые глаза; длинные тонкие пальцы; губы, словно созданные для поцелуев. Держа в уме видение себя во всем блеске праздничного великолепия, Драко сконцентрировался на метаморфозах, которые должно будет претерпеть его тело. М-да, стоило открыть глаза, как он вновь обнаружил себя в белой тигровой шкуре, сидящим у ног матери. Приподняв ухо, младший Малфой огорченно фыркнул.
— Драко, попробуй еще раз. Только на этот раз представляй не то, как ты выглядишь, а сосредоточься на ощущениях собственного тела, — присев, Нарцисса принялась ласково наставлять тигренка. У Драко крепли подозрения, что малой кровью отделаться не удастся.
По прошествии трех часов Драко все еще не мог похвастать возвращением в человеческое тело, что только подогревало его растущую злость. Люциус покинул сына и супругу на исходе первого часа, проворчав, что ему необходимо заняться последними приготовлениями к вечернему празднованию дня рождения наследника.
Страница 1 из 24
