Фандом: Ориджиналы. Когда приходит весна, можно позволить себе многое: отдых, отношения, любовь и даже сказку. Можно растянуть это время, можно наслаждаться им, можно быть счастливой, но это всего лишь миг. Февраль к концу месяца стал теплым и солнечным, а у меня случился неожиданный отпуск…
Добавить в моё избранное
17 мин, 21 сек 10866
Мы не поднимаем определенных тем, но даже так хватает вопросов, которые стоят потраченного вечера. Нам весело друг с другом. Я предпочитаю считать именно так.
Я решаюсь уйти в субботу ночью. Воскресенье потрачу на рыдания в подушку, крики о собственной дурости и бессмысленные терзания. В понедельник с красными глазами и кровоточащим сердцем бодрым зомби отправлюсь на работу и буду жить дальше.
Кажется, Септимий догадывается. Он слишком порывисто целует меня, сильнее сжимает, ощутимо кусает за основание шеи, будто метит, крепко обнимает после секса, вжимается в меня и так замирает. Я ненадолго отпрашиваюсь в ванную. Мне приходится буквально уговаривать его выпустить меня из этого плена.
Потом мы долго целуемся, нежно, без единой мысли в голове с моей стороны. Постепенно движения моего Септимия становятся все медленнее, глаза закрываются, и тело расслабляется, погрузившись в сон. Я быстро стираю остатки снотворной мази с губ. Из-за границы мы получаем разнообразные товары, в том числе и такие: мазь без запаха и вкуса, действует быстро, но и само действие так же быстро заканчивается.
Я одеваюсь в спешке в совершенно новые штаны, пайту и куртку, специально принесенные с собой. Моих вещей в номере почти нет, и ничего с собой я не заберу, хотя с некоторыми подарками сложно расстаться. Я оставляю Вирго все, что помечено магическими знаками, благодаря чему он может найти меня.
Когда я заканчиваю со сборами, мне на глаза попадается тот самый блокнот на столе. Я неуклюже беру в руки ручку, откровенно теряюсь. Зачем я это делаю?
«Эта была лучшая неделя в моей жизни. Я была»…
Я начинаю писать второе предложение и понимаю, что глупо обманывать себя и моего заграничного мальчика, пусть даже мы никогда не увидимся вновь. Поэтому я зачеркиваю написанное.
«Я счастлива с тобой».
Я ставлю точку и оставляю блокнот раскрытым. Чтобы мои слова не потерялись, я закладываю страничку амулетом, который должен был не пустить меня наружу, пока его создатель спит. Увы, он не мог предугадать все. Чары не будут потревожены, амулеты тихо разрядятся, защитный контур вспыхнет, но пропустит меня наружу. Может, в другом мире, за границей, сети и цепи моего Вирго были бы крепче, не дали бы мне уйти, разбудили его или же оставили на мне зацепку, по которой можно меня обнаружить. Но я бессовестно пользуюсь всеми своими возможностями и кое-чем, что должна была сдать на склад перед отпуском.
На мгновение я колеблюсь, подписаться ли мне под запиской своим полным именем, но потом сдаюсь. Зачем ему это? Зачем мне ложная надежда, что он начнет меня искать? Я и так позволила себе слишком много лишнего: звать его любимым, думать о нем как о константе в моей жизни, не задумываться о будущем.
Я ему не пара. Мне почти тридцать, у меня слишком деятельная мать, разгильдяи друзья и дохлый цветок в горшке на окне. У меня нервная и даже опасная работа, порой я ненавижу людей и цинично отношусь к жизни и смерти. Я уперлась в потолок своей карьеры, я живу одним днем на границе двух миров по эту сторону барьера. Пограничная девочка.
А он заграничный мальчик: маг, ученый и немного спортсмен. Я знаю, что он отзывчивый и щедрый, эмоциональный, острый на язык, стремительный в движениях и быстрый в суждениях. Вирго под изменяющим внешность артефактом. В накидке из черной блестящей и, скорее всего, дорогой ткани. Из семьи Зодиакальных магов. Мальчик, которому я просто интересна.
К дому я добираюсь уже с рассветом. Солнце слепит по-весеннему ярко и тепло, хотя всего лишь февраль. Орейри, намекает оно, подбери сопли, жизнь продолжается.
Я решаюсь уйти в субботу ночью. Воскресенье потрачу на рыдания в подушку, крики о собственной дурости и бессмысленные терзания. В понедельник с красными глазами и кровоточащим сердцем бодрым зомби отправлюсь на работу и буду жить дальше.
Кажется, Септимий догадывается. Он слишком порывисто целует меня, сильнее сжимает, ощутимо кусает за основание шеи, будто метит, крепко обнимает после секса, вжимается в меня и так замирает. Я ненадолго отпрашиваюсь в ванную. Мне приходится буквально уговаривать его выпустить меня из этого плена.
Потом мы долго целуемся, нежно, без единой мысли в голове с моей стороны. Постепенно движения моего Септимия становятся все медленнее, глаза закрываются, и тело расслабляется, погрузившись в сон. Я быстро стираю остатки снотворной мази с губ. Из-за границы мы получаем разнообразные товары, в том числе и такие: мазь без запаха и вкуса, действует быстро, но и само действие так же быстро заканчивается.
Я одеваюсь в спешке в совершенно новые штаны, пайту и куртку, специально принесенные с собой. Моих вещей в номере почти нет, и ничего с собой я не заберу, хотя с некоторыми подарками сложно расстаться. Я оставляю Вирго все, что помечено магическими знаками, благодаря чему он может найти меня.
Когда я заканчиваю со сборами, мне на глаза попадается тот самый блокнот на столе. Я неуклюже беру в руки ручку, откровенно теряюсь. Зачем я это делаю?
«Эта была лучшая неделя в моей жизни. Я была»…
Я начинаю писать второе предложение и понимаю, что глупо обманывать себя и моего заграничного мальчика, пусть даже мы никогда не увидимся вновь. Поэтому я зачеркиваю написанное.
«Я счастлива с тобой».
Я ставлю точку и оставляю блокнот раскрытым. Чтобы мои слова не потерялись, я закладываю страничку амулетом, который должен был не пустить меня наружу, пока его создатель спит. Увы, он не мог предугадать все. Чары не будут потревожены, амулеты тихо разрядятся, защитный контур вспыхнет, но пропустит меня наружу. Может, в другом мире, за границей, сети и цепи моего Вирго были бы крепче, не дали бы мне уйти, разбудили его или же оставили на мне зацепку, по которой можно меня обнаружить. Но я бессовестно пользуюсь всеми своими возможностями и кое-чем, что должна была сдать на склад перед отпуском.
На мгновение я колеблюсь, подписаться ли мне под запиской своим полным именем, но потом сдаюсь. Зачем ему это? Зачем мне ложная надежда, что он начнет меня искать? Я и так позволила себе слишком много лишнего: звать его любимым, думать о нем как о константе в моей жизни, не задумываться о будущем.
Я ему не пара. Мне почти тридцать, у меня слишком деятельная мать, разгильдяи друзья и дохлый цветок в горшке на окне. У меня нервная и даже опасная работа, порой я ненавижу людей и цинично отношусь к жизни и смерти. Я уперлась в потолок своей карьеры, я живу одним днем на границе двух миров по эту сторону барьера. Пограничная девочка.
А он заграничный мальчик: маг, ученый и немного спортсмен. Я знаю, что он отзывчивый и щедрый, эмоциональный, острый на язык, стремительный в движениях и быстрый в суждениях. Вирго под изменяющим внешность артефактом. В накидке из черной блестящей и, скорее всего, дорогой ткани. Из семьи Зодиакальных магов. Мальчик, которому я просто интересна.
К дому я добираюсь уже с рассветом. Солнце слепит по-весеннему ярко и тепло, хотя всего лишь февраль. Орейри, намекает оно, подбери сопли, жизнь продолжается.
Страница 5 из 5
