Faith или Все будет хорошо

Пока Тео в сотый раз обещал Викки писать как можно чаще (крестник собирался на учебу в Салем по обмену), Ди, Лиззи и Франко пытались подбодрить Фэйт. В последний ее визит на Косую Аллею какой-то придурок успел познакомить девочку с принципами распределения по факультетам в весьма своеобразной манере: трусы — в Слизерине, заучки — в Рэйвенкло, дураки и тупицы — в Хаффлпаффе, а все самые смелые, отважные и все из себя замечательные — Сами-Знаете-Куда. Викки еще в тот же день хлестко заметила, что в таком случае в Гриффиндор идут все безголовые хвастуны, и сказала, что директором сейчас является профессор Флитвик, бывший декан Рэйвенкло и такой же Герой Битвы за Хогвартс, что и все остальные, так что по поводу смелости и прирожденного героизма грифов есть большие сомнения. А Тео пообещал прислать ребенку футболку с надписью о величии барсуков, если та поступить на его бывший факультет. Франко вообще заявил, что все это распределение по факультетам и их оскорбительные характеристики — глупость несусветная, и Фэйт станет тем, кем захочет вне зависимости герба на мантии, и что быть только смелым или только умным то же самое, что быть только глупым и только трусливым. И что без осторожности смелость становится безрассудностью, а осторожность без смелости — трусостью, и сам по себе ум без трудолюбия ничего не значит.

В честь поступления в Хогвартс Франко подарил Фэйт волшебный светильник: запаянную колбу из магического стекла, в центре которой плавал цветок. Если легонько стукнуть пальцем два раза по ажурной вязи, соединяющей колбу с кольцом для держания, то цветок засияет нежным голубоватым светом.

— Как в «Аватаре»! — восторженно воскликнула девочка, заворожено наблюдая, как свет от цветка легко рассеивает сумрачную завесу на платформе. Пробегавший мимо мальчишка засмотрелся и врезался на ходу в Тео. Мальчишкой оказался сын Джинни, Артур.

Фэйт тут же погасила светильник, но его сияние уже привлекло внимание стоявших неподалеку Драко с семьей.

— Чудесная вещица, — сказал Драко, пожимая руку артефактору.

— Ничего необычного, — ответил Франко, — обычный светляк в колбе.

— Только светляк? — насмешливо приподнял брови Малфой: отец уже рассказал о милой особенности всех артефактов, сделанных этим испанским мастером.

— Ну, скажем так, — плутовски ухмыльнулся артефактор, — боггарт и иная шелупень к ребенку подойти не смогут.

В этот момент Драко посмотрел куда-то в сторону и холодно кивнул. Повернув голову следом, Франко замер. Ветер понемногу уже рассеял дым, и было видно, как невдалеке, буквально в десяти шагах стоят они.

Порядком облысевший и оплывший Рон.

Строгая, целеустремленная, чем-то смахивающая на Макгонагалл, Гермиона.

Все такая же яркая — и по красоте, и по цвету волос — Джинни.

Их дети.

Рядом с Джинни стоял высокий, атлетически сложенный мужчина, видимо, Кормак. На какой-то миг Франко вдруг подумал, что если он сделает шаг, то на месте Маклаггена стоять будет он, и те два мальчика будут его сыновьями, с такими же зелеными глазами и непослушными черными волосами. Что если он сейчас дотронется до лба, то сможет нащупать давно исчезнувший шрам в виде молнии. Что вот сейчас он им кивнет, и Рон, Гермиона и Джинни радостно махнут ему руками.

Холодный порыв ветра развеял наваждение. Рон Уизли посмотрел на него, недовольно скривился и стал что-то говорить дочери.

— Горе нам! — насмешливо сказал Драко. — Мы в немилости у Рональда Уизли!

— Какой ужас! Как мы это переживем?

В кармане завибрировал телефон. Франко извинился и отошел в сторону. Звонила жена.

— Ты опять думал о других женщинах, — сказала она.

— Только о том, что ты их всех прекраснее, — улыбнулся маг. — Что-то случилось?

Бланка сегодня хотела навестить родителей.

— Нет, все хорошо, — вздохнула она. — Ты на Кингс-Кросс?

— Да. Рядом с третьим циферблатом от входа с Кингс-Кросс.

Бланка положила трубку, и буквально через пять минут ее улыбка заставила артефактора забыть, что на платформе есть еще кто-то кроме жены.

— Донья Бланка! — склонил голову Тео. Следом за крестником Бланку поприветствовали и остальные.

— Всем доброго утра, — буквально пропела сеньора Лескано д'Агирре Блоггс. Так… В последний раз Бланка так разговаривала, когда вернулась из экспедиции, где нашла и описала два новых вида морских химеройдов. Уж не собралась ли дорогая супруга опять на другой край мира? Она же вроде хотела отдохнуть от путешествий…

Пока муж соображал, что же произошло за те десять часов, что они не виделись, Бланка пожелала Фэйт удачи и обняла на прощание Викки. Прозвучал гудок. Виктуар и маленькая мисс Эллингэм зашли в вагон. Когда поезд тронулся, Бланка все же шепнула мужу, что произошло.

Когда пять лет назад в прощальном письме Кевин Уитби посулил Франко, что все у него будет хорошо, он не поверил.