Фандом: Изумрудный город. Арзаки сбежали из Ранавира, менвитов удалось убедить, что снова применять гипноз будет опасно. Казалось бы, все складывается замечательно, осталось лишь сделать последний шаг и договориться. Но так ли все просто и только ли в гипнозе была проблема? Кто знает, какими окажутся последствия долгого рабства? Легко ли будет построить равноправные отношения? Сколько подводных камней обнаружится на пути к взаимопониманию?
Добавить в моё избранное
193 мин, 12 сек 13799
— Мой господин… — с трудом произнёс он, не поднимая головы. — Мой господин, прошу вас, не пытайтесь спасти меня от дурного. Скажите мне правду…
— Какую ещё правду? — не выдержал Ар-Лой. — Говори яснее!
Риган набрался смелости и посмотрел ему в глаза. Господин хмурился и был недоволен.
— Скажите, я ведь умираю? — дрожащим голосом спросил Риган. — Так ведь? Таблетки помогают, но ненадолго, а потом будет всё хуже и хуже, пока я не…
— Кто тебе сказал, что ты умираешь? — не поверил Ар-Лой, и Риган больше не выдержал его взгляда.
— Но ведь это очевидно, — проговорил он, нервно сжимая пальцы. — Я беглец и мятежник, а вы относитесь ко мне так хорошо, будто я попал в сказку. Приготовили мне поесть, следите за тем, чтобы я пил таблетки… Хотя я не заслуживаю такого доброго отношения, я же вас предал, а потом и своих предал…
— И ты счёл, что я пытаюсь скрасить твои последние дни, — полувопросительно сказал Ар-Лой. — Ты идиот.
— Как вам будет угодно, — пробормотал совсем растерявшийся Риган.
— Ты что, думаешь, я способен позаботиться о тебе, только чтобы выполнить свой долг перед умирающим? — вспылил Ар-Лой. — Нет, ты точно идиот! А вдруг я просто так?!
— Но тогда получается, что вы рады моему возвращению…
— Конечно, рад, а кто бы не был рад на моём месте?! А тут ты ещё и… не здоров. Я что, такой плохой хозяин, что ты думаешь, будто я способен погнать тебя работать больного? Да мало ли что ты там натворишь в вертолёте со своей уехавшей крышей?
— Мой господин, я бы никогда…
— Это ты сейчас так говоришь. А вот свихнёшься окончательно — и что мне делать?
Риган примолк. Стоило возвращаться, чтобы быть не в состоянии служить как положено!
— Но… — начал он. — Лон-Гор сказал, что, раз нет гипноза, то мы должны…
— Договариваться, — закончил Ар-Лой. — Это он переборщил. О чём мне с рабом договариваться? Ты и так собственность экспедиции и приписан ко мне, даже без гипноза.
— Может, он имел в виду, что у меня есть свободная воля? — предположил Риган.
Ар-Лой посмотрел на него очень внимательно.
— А она у тебя есть?
Риган испуганно замотал головой. Ещё чего не хватало!
— Врёшь, — спокойно сказал Ар-Лой. — Ко мне ты вернулся по своей воле.
— А сейчас уже нет, — попытался оправдаться Риган.
— Это как это: сейчас есть, а сейчас уже нет?
— В вашем присутствии точно нет…
— А когда я отвернусь?!
Риган молчал.
Ар-Лой вздохнул и решил:
— Да, судя по всему, договориться не помешает. Ведь если у тебя есть хоть немного свободной воли, то ты способен сдержать данное мне слово?
— Наверное, — осторожно сказал Риган, уже запутавшись в логических выкладках. Проклятая Беллиора, даже гипноза тут нет! — И как мы будем договариваться?
— Очень просто. Обещай, что будешь мне служить по-прежнему, слушаться, выполнять все приказы…
— Мой господин, вы оставили мне лазейку, — указал Риган. — Я служил вам плохо. По-прежнему — это значит однажды снова вас предать.
Ар-Лой задумчиво поскрёб подбородок.
— Действительно, — сказал он. — Ладно, обещай мне, что будешь слушаться, выполнять все приказы и никогда больше не сбежишь.
Риган подумал снова.
— Мой господин…
— Что ещё?
— Но ведь тогда я смогу навредить вам, оставаясь в лагере…
— Тьфу, точно! Хорошо, тогда так: будешь слушаться, выполнять все приказы, никогда не сбежишь и не навредишь мне никоим образом. Что, опять?!
Риган тёр висок и бормотал себе под нос.
— Опять, — вздохнул он наконец. — Я могу связаться с теми, кто может вам навредить, и подсказать, как можно это сделать, а сам останусь ни при чём.
Ар-Лой глубоко вдохнул и выдохнул.
— Так. Ладно, — сдержанно сказал он. — Я в голове всё не удержу, сейчас запишу, чтобы не запутаться и всё предусмотреть.
— Тогда уж давайте письменный договор составим в трёх экземплярах, — брякнул Риган и сжался под взглядом своего хозяина.
— Твоя подпись не имеет юридической силы, — растолковал Ар-Лой. — Ты раб и собой не распоряжаешься. На юридическом языке это называется недееспособность.
— А если на чуть-чуть имеет? — не сдавался Риган. — Ну на чуть-чуть. На мою свободную волю. Она, конечно, не такая, как ваша… Да и потом, ведь договор должен быть двусторонним…
Ар-Лой с минуту смотрел на него, потом плюнул, вытащил из планшета чистый лист и стал записывать.
И вот этот ужасный бесконечный день стал подходить к концу! Как хорошо было вдыхать воздух полной грудью, отважно вышагивая по ведущей неведомо куда тропинке, и не быть никому обязанным! То и дело Баан-Ну касался верхней пуговицы: свой больничный лист он спрятал в потайной карман.
— Какую ещё правду? — не выдержал Ар-Лой. — Говори яснее!
Риган набрался смелости и посмотрел ему в глаза. Господин хмурился и был недоволен.
— Скажите, я ведь умираю? — дрожащим голосом спросил Риган. — Так ведь? Таблетки помогают, но ненадолго, а потом будет всё хуже и хуже, пока я не…
— Кто тебе сказал, что ты умираешь? — не поверил Ар-Лой, и Риган больше не выдержал его взгляда.
— Но ведь это очевидно, — проговорил он, нервно сжимая пальцы. — Я беглец и мятежник, а вы относитесь ко мне так хорошо, будто я попал в сказку. Приготовили мне поесть, следите за тем, чтобы я пил таблетки… Хотя я не заслуживаю такого доброго отношения, я же вас предал, а потом и своих предал…
— И ты счёл, что я пытаюсь скрасить твои последние дни, — полувопросительно сказал Ар-Лой. — Ты идиот.
— Как вам будет угодно, — пробормотал совсем растерявшийся Риган.
— Ты что, думаешь, я способен позаботиться о тебе, только чтобы выполнить свой долг перед умирающим? — вспылил Ар-Лой. — Нет, ты точно идиот! А вдруг я просто так?!
— Но тогда получается, что вы рады моему возвращению…
— Конечно, рад, а кто бы не был рад на моём месте?! А тут ты ещё и… не здоров. Я что, такой плохой хозяин, что ты думаешь, будто я способен погнать тебя работать больного? Да мало ли что ты там натворишь в вертолёте со своей уехавшей крышей?
— Мой господин, я бы никогда…
— Это ты сейчас так говоришь. А вот свихнёшься окончательно — и что мне делать?
Риган примолк. Стоило возвращаться, чтобы быть не в состоянии служить как положено!
— Но… — начал он. — Лон-Гор сказал, что, раз нет гипноза, то мы должны…
— Договариваться, — закончил Ар-Лой. — Это он переборщил. О чём мне с рабом договариваться? Ты и так собственность экспедиции и приписан ко мне, даже без гипноза.
— Может, он имел в виду, что у меня есть свободная воля? — предположил Риган.
Ар-Лой посмотрел на него очень внимательно.
— А она у тебя есть?
Риган испуганно замотал головой. Ещё чего не хватало!
— Врёшь, — спокойно сказал Ар-Лой. — Ко мне ты вернулся по своей воле.
— А сейчас уже нет, — попытался оправдаться Риган.
— Это как это: сейчас есть, а сейчас уже нет?
— В вашем присутствии точно нет…
— А когда я отвернусь?!
Риган молчал.
Ар-Лой вздохнул и решил:
— Да, судя по всему, договориться не помешает. Ведь если у тебя есть хоть немного свободной воли, то ты способен сдержать данное мне слово?
— Наверное, — осторожно сказал Риган, уже запутавшись в логических выкладках. Проклятая Беллиора, даже гипноза тут нет! — И как мы будем договариваться?
— Очень просто. Обещай, что будешь мне служить по-прежнему, слушаться, выполнять все приказы…
— Мой господин, вы оставили мне лазейку, — указал Риган. — Я служил вам плохо. По-прежнему — это значит однажды снова вас предать.
Ар-Лой задумчиво поскрёб подбородок.
— Действительно, — сказал он. — Ладно, обещай мне, что будешь слушаться, выполнять все приказы и никогда больше не сбежишь.
Риган подумал снова.
— Мой господин…
— Что ещё?
— Но ведь тогда я смогу навредить вам, оставаясь в лагере…
— Тьфу, точно! Хорошо, тогда так: будешь слушаться, выполнять все приказы, никогда не сбежишь и не навредишь мне никоим образом. Что, опять?!
Риган тёр висок и бормотал себе под нос.
— Опять, — вздохнул он наконец. — Я могу связаться с теми, кто может вам навредить, и подсказать, как можно это сделать, а сам останусь ни при чём.
Ар-Лой глубоко вдохнул и выдохнул.
— Так. Ладно, — сдержанно сказал он. — Я в голове всё не удержу, сейчас запишу, чтобы не запутаться и всё предусмотреть.
— Тогда уж давайте письменный договор составим в трёх экземплярах, — брякнул Риган и сжался под взглядом своего хозяина.
— Твоя подпись не имеет юридической силы, — растолковал Ар-Лой. — Ты раб и собой не распоряжаешься. На юридическом языке это называется недееспособность.
— А если на чуть-чуть имеет? — не сдавался Риган. — Ну на чуть-чуть. На мою свободную волю. Она, конечно, не такая, как ваша… Да и потом, ведь договор должен быть двусторонним…
Ар-Лой с минуту смотрел на него, потом плюнул, вытащил из планшета чистый лист и стал записывать.
И вот этот ужасный бесконечный день стал подходить к концу! Как хорошо было вдыхать воздух полной грудью, отважно вышагивая по ведущей неведомо куда тропинке, и не быть никому обязанным! То и дело Баан-Ну касался верхней пуговицы: свой больничный лист он спрятал в потайной карман.
Страница 27 из 55
