Фандом: Гарри Поттер. Десять лет спустя Гермиона встречает пропавшего много лет назад друга.
Добавить в моё избранное
18 мин, 13 сек 12969
Попробовать они успели только три из них, прежде чем их поймали профессора.
Гермиона помнила, как стыдно ей было сидеть в кресле для посетителей под укоризненным взглядом голубых глаз профессора Дамблдора. Рядом нервно ерзали остальные участники их экспериментов. Однако вопреки всем их опасениям директор не только не отчитал их, но и предложил обменяться сведениями. Неутешительными, следует отметить.
Ни одно из средств, которыми пользовались поисковые команды Министерства Магии, Аврората или же Отдела Тайн, не дало никакого результата. Путь пропавшего юноши удалось отследить только до дешевой ночлежки в Лютном переулке, где авроры нашли тщательно замытые следы крови. Определить, кому она принадлежит, не представлялось возможным. А дальше — туман, будто никогда никакого Гарри Поттера и не существовало вовсе. Спустя полгода после исчезновения Мальчика-Который-Выжил официально объявили пропавшим без вести.
Друзья были безутешны. Какое-то время. После пропажи национального героя мир не стоял на месте — узнав о том, что бесследно исчез его главный враг, Волдеморт перешел к открытым действиям. По стране прокатилась волна убийств с помощью Авады Кедавры, а над множеством магазинов взвилась Темная Метка. Простые обыватели, поняв, что началась война, о которой им почти три года твердили Дамблдор и Гарри Поттер, а так же осознав, что на этот раз их просто некому спасать, начали повально бежать из страны. Они надеялись отсидеться где-нибудь в теплом местечке за границей, пока кто-нибудь не решит проблему с Темным Лордом.
А в конце учебного года тихо и мирно скончался Дамблдор. Просто в одно отнюдь не прекрасное утро старый маг не проснулся. Это потом уже целители выяснили, что причиной смерти великого светлого волшебника стало отсроченное проклятие Волдеморта. Похороны были торжественными, прекрасными и грустными. Волшебники прибыли со всех концов света, чтобы почтить память борца за дело света, павшего от руки посланника тьмы. На следующий же день после церемонии погребения все газеты трубили о том, что кто-то под покровом темноты вломился в белую гробницу и ограбил её.
Общественность в который раз впала в панику.
…
Рон и Гермиона хотели что-то сделать, как-то исправить ситуацию, сделать все что угодно, лишь бы не думать…, и Дамблдор даже из могилы дал им эту возможность. После своей смерти директор оставил им свой Омут Памяти, наполненный воспоминаниями, раскрывающими секрет бессмертия Темного Лорда, и гриффиндорцы радостно ломанулись на поиски приключений. В тот момент их совершенно не волновала миссис Уизли, у которой глаза были постоянно на мокром месте. Как и пребывающий в затяжной депрессии Люпин, и полубезумный Сириус, бледной тенью слоняющийся по родовому поместью Блэков. Перед ними была тайна, которую во что бы то ни стало необходимо было разгадать.
На седьмой курс гриффиндорское трио, ныне ставшее дуэтом, в Хогвартс не вернулось несмотря на все просьбы директора МакГоннагал. Гермиона и Рон хотели посвятить все это время выполнению последней воли профессора и найти крестражи. Уверенный в том, что после исчезновения Поттера и смерти своего главного оппонента весь мир у него в кармане, Темный лорд и не думал как-то усиливать охрану своих оставшихся осколков души.
…
В первые дни после победы молодая женщина готова была наложить на себя Заклятье забвения, чтобы забыть все, что произошло с ними в тот год. Однако прошло почти девять с половиной лет, и вот она уже смутно помнит подробности всей этой гонки за крестражами и битвы с Волдемортом. Теперь же, когда эти воспоминания вдруг стали так важны, они ускользали от неё — мы помним то, что хотим забыть, и отчего-то забываем то, что не следует…
Гарри горько усмехнулся и небрежно щелкнул пальцами. В тот же миг позади кресла, в котором он сидел, раздался резкий хлопок, обычно сопровождающий аппартацию домовиков, и на свет вышел отлично ей знакомый старый домовик. Правда, в этот раз белизне его наволочки с вышитым на ней гербом Блэков мог позавидовать и белый снег.
— Чем недостойный Кикимер может служить главе благороднейшего и древнейшего семейства? — будто дверь с несмазанными петлями, проскрипел эльф.
— Принеси нам чаю, — потребовал юноша.
— Кикимер принесет, лорд Гарольд, — поклонился домовик и пропал с характерным хлопком.
— Думаю, твой вопрос о местонахождении можем опустить, не находишь? — хитро подмигнул ей друг.
— Так мы на площади Гриммо? — еще раз оглядывая гостиную, недоверчиво переспросила Гермиона, вспоминая, каким был родовой дом Блэков в период заседания здесь Ордена Феникса.
Гермиона помнила, как стыдно ей было сидеть в кресле для посетителей под укоризненным взглядом голубых глаз профессора Дамблдора. Рядом нервно ерзали остальные участники их экспериментов. Однако вопреки всем их опасениям директор не только не отчитал их, но и предложил обменяться сведениями. Неутешительными, следует отметить.
Ни одно из средств, которыми пользовались поисковые команды Министерства Магии, Аврората или же Отдела Тайн, не дало никакого результата. Путь пропавшего юноши удалось отследить только до дешевой ночлежки в Лютном переулке, где авроры нашли тщательно замытые следы крови. Определить, кому она принадлежит, не представлялось возможным. А дальше — туман, будто никогда никакого Гарри Поттера и не существовало вовсе. Спустя полгода после исчезновения Мальчика-Который-Выжил официально объявили пропавшим без вести.
Друзья были безутешны. Какое-то время. После пропажи национального героя мир не стоял на месте — узнав о том, что бесследно исчез его главный враг, Волдеморт перешел к открытым действиям. По стране прокатилась волна убийств с помощью Авады Кедавры, а над множеством магазинов взвилась Темная Метка. Простые обыватели, поняв, что началась война, о которой им почти три года твердили Дамблдор и Гарри Поттер, а так же осознав, что на этот раз их просто некому спасать, начали повально бежать из страны. Они надеялись отсидеться где-нибудь в теплом местечке за границей, пока кто-нибудь не решит проблему с Темным Лордом.
А в конце учебного года тихо и мирно скончался Дамблдор. Просто в одно отнюдь не прекрасное утро старый маг не проснулся. Это потом уже целители выяснили, что причиной смерти великого светлого волшебника стало отсроченное проклятие Волдеморта. Похороны были торжественными, прекрасными и грустными. Волшебники прибыли со всех концов света, чтобы почтить память борца за дело света, павшего от руки посланника тьмы. На следующий же день после церемонии погребения все газеты трубили о том, что кто-то под покровом темноты вломился в белую гробницу и ограбил её.
Общественность в который раз впала в панику.
…
Рон и Гермиона хотели что-то сделать, как-то исправить ситуацию, сделать все что угодно, лишь бы не думать…, и Дамблдор даже из могилы дал им эту возможность. После своей смерти директор оставил им свой Омут Памяти, наполненный воспоминаниями, раскрывающими секрет бессмертия Темного Лорда, и гриффиндорцы радостно ломанулись на поиски приключений. В тот момент их совершенно не волновала миссис Уизли, у которой глаза были постоянно на мокром месте. Как и пребывающий в затяжной депрессии Люпин, и полубезумный Сириус, бледной тенью слоняющийся по родовому поместью Блэков. Перед ними была тайна, которую во что бы то ни стало необходимо было разгадать.
На седьмой курс гриффиндорское трио, ныне ставшее дуэтом, в Хогвартс не вернулось несмотря на все просьбы директора МакГоннагал. Гермиона и Рон хотели посвятить все это время выполнению последней воли профессора и найти крестражи. Уверенный в том, что после исчезновения Поттера и смерти своего главного оппонента весь мир у него в кармане, Темный лорд и не думал как-то усиливать охрану своих оставшихся осколков души.
…
В первые дни после победы молодая женщина готова была наложить на себя Заклятье забвения, чтобы забыть все, что произошло с ними в тот год. Однако прошло почти девять с половиной лет, и вот она уже смутно помнит подробности всей этой гонки за крестражами и битвы с Волдемортом. Теперь же, когда эти воспоминания вдруг стали так важны, они ускользали от неё — мы помним то, что хотим забыть, и отчего-то забываем то, что не следует…
Исповедь
— Гарри? Это и вправду ты? — изумленно воскликнула миссис Уизли, резко садясь на кушетке. — Где мы? Ты совсем не изменился, ты знаешь? Где ты был столько лет? Куда ты пропал? Ты был так всем нужен! У тебя совесть вообще есть? — тут же затараторила она, включив режим суровой старосты Гриффиндора.Гарри горько усмехнулся и небрежно щелкнул пальцами. В тот же миг позади кресла, в котором он сидел, раздался резкий хлопок, обычно сопровождающий аппартацию домовиков, и на свет вышел отлично ей знакомый старый домовик. Правда, в этот раз белизне его наволочки с вышитым на ней гербом Блэков мог позавидовать и белый снег.
— Чем недостойный Кикимер может служить главе благороднейшего и древнейшего семейства? — будто дверь с несмазанными петлями, проскрипел эльф.
— Принеси нам чаю, — потребовал юноша.
— Кикимер принесет, лорд Гарольд, — поклонился домовик и пропал с характерным хлопком.
— Думаю, твой вопрос о местонахождении можем опустить, не находишь? — хитро подмигнул ей друг.
— Так мы на площади Гриммо? — еще раз оглядывая гостиную, недоверчиво переспросила Гермиона, вспоминая, каким был родовой дом Блэков в период заседания здесь Ордена Феникса.
Страница 3 из 6
