Фандом: Гарри Поттер. Сентябрь 1998. Вторая магическая война только что закончилась, и волшебный мир медленно приходит в себя. Ремус по просьбе Гарри перебирается снова на Гриммо, все еще пытаясь справиться с призраками прошлого. Выживший в битве за Хогвартс Северус предстает перед судом за совершенные во время войны преступления. Этой осенью им обоим нужно решить, что они возьмут с собой из прошлого, а что оставят позади — однако выбор зависит не только от них
Добавить в моё избранное
105 мин, 1 сек 17428
По закону, — повторил он. — Если вы не возражаете.
Судья, наконец-то оправившись от изумления, принялась слегка суетливо перекладывать бумаги.
— Насколько я могу судить, у нас нет данных о вашем постоянном адресе, мистер Поттер. Как вы должны понимать, при домашнем аресте важно, что контролирующая сторона способна предоставить условия, необходимые для размещения…
— У меня есть дом, — резко перебил ее Гарри. Ремус вдруг осознал — он так сильно сжимает кулаки, что кровь уже почти не циркулирует в пальцах. — Мой крестный оставил его мне. К тому же мистер Снейп и сам там был, он может засвидетельствовать, что дом… ну… существует.
Судья повернулась к Снейпу — скорее всего, намереваясь уточнить существование дома, но, увидев его пораженное лицо, передумала:
— А вы, мистер Снейп? Вы согласны находиться по предоставленному мистером Поттером адресу, пока суд не изменит решения?
Глядя на лицо Снейпа, Ремус на мгновение решил было, что тот собирается отказаться, заявив, что скорее отправится в Азкабан, чем хоть ногой ступит на Гриммо, 12. Но потом что-то в его выражении изменилось, губы сжались в тонкую линию и плечи опустились.
— Согласен, — еле слышно произнес он, и голос его едва достиг судейской ложи.
Судья кивнула и углубилась в детали домашнего ареста. Ремус уже не слушал, он просто смотрел перед собой невидящими глазами и очнулся только, когда Гарри толкнул его локтем в бок. Гарри выглядел потрясенным. Ремус себя таковым чувствовал.
— Прости, нужно было спросить у тебя сначала. Но отправить невиновного в Азкабан, дементоры там или нет, это… в общем, Дамблдор, наверное, не хотел бы… — Гарри вздохнул и попытался снова: — Нам же и на троих хватит места, да?
Ремус подумал про них с Гарри, как они бродят по дому, порой целый день не видя друг друга, про все эти пустые комнаты и коридоры…
— М-м-м, — сказал он, больше ничего не придумав.
Внизу, в центре зала, двое охранников как раз открывали кандалы Снейпа. Ремус смотрел, как он разминает освобожденные руки, а потом сует их в карманы, как будто, несмотря на все усилия, не может сдержать дрожь.
Сам Ремус оказался в числе первых попавших в Мунго после битвы при Хогвартсе; согласно материалам суда, Снейпа доставили в больницу спустя сутки. Новости о его истинной лояльности распространялись медленно и, судя по всему, никто не торопился заглянуть в хижину, ставшую на какое-то время ставкой Волдеморта, и поинтересоваться самочувствием убийцы Альбуса Дамблдора. Только на следующий день, ближе к вечеру Гарри удалось отправить в Визжащую хижину несколько добровольцев. Насколько Ремус понял, они пошли туда, чтобы принести тело, и очень удивились, когда обнаружили там лежащего без сознания в луже собственной уже застывшей крови вполне себе живого Снейпа.
На суде он рассказал, что носил с собой безоар с того момента, как Волдеморт стал практически неразлучен со своей Нагини. Каким-то образом он сумел не только проглотить камень, но и чарами остановить кровь. Ремус до сих пор помнил наступившую после этих слов тишину в зале суда: все знали, что человек с такими повреждениями вряд ли способен произнести простейшее заклинание, не говоря уже о исцеляющих чарах.
Снейп провел конец мая под охраной в отдельной палате Мунго, а потом его переместили в камеры Министерства, где и он находился до и во время рассмотрения дела в суде. Хотя посетителей к нему официально не допускали, Ремус знал, что для Гарри было как минимум однажды сделано исключение. Кингсли был прекрасно осведомлен о невиновности Северуса, но считал, что у него связаны законом руки.
В памяти Ремуса хорошо сохранился тот момент, когда он узнал, что Снейп все это время был на их стороне. Он сам угодил в больницу в основном из-за того, что попал под перекрестный огонь нескольких Ступефаев, и уже на третий день смог встать с кровати и спуститься на лифте вниз. Сейчас он не был уверен, зачем его туда понесло; ему рассказали про Тонкс и остальных всего несколько часов назад, и после этого все казалось каким-то нереальным. Он хромал вдоль по коридору, когда аврор, который охранял палату Снейпа, отлучился за кофе, и Ремус — заметив сквозь стеклянное окошко в двери, кто лежит в кровати — смог без помех все рассмотреть.
Снейп спал. В ярком свете, падавшем из окна, его лицо было бледным и странно молодым. Шею и лежащие поверх одеяла руки покрывали бинты, на них уже проступали розоватые пятна от сочащейся из открывшихся ран сукровицы.
Ремус стоял в коридоре, пока его не прогнал вернувшийся с кофе аврор. Он вернулся обратно в палату и лежал там, тупо глядя в потолок, пока Гарри не заглянул наконец вечером. Только теперь Ремус узнал, что на самом деле всего лишь Снейп выполнял просьбу Альбуса, и почувствовал внезапное, как удар под дых, облегчение: несколько часов он напрасно винил себя за то, что не смог войти туда и покончить с человеком, который, как ему казалось, отнял у них все — а у него каким-то необъяснимым образом еще больше.
Судья, наконец-то оправившись от изумления, принялась слегка суетливо перекладывать бумаги.
— Насколько я могу судить, у нас нет данных о вашем постоянном адресе, мистер Поттер. Как вы должны понимать, при домашнем аресте важно, что контролирующая сторона способна предоставить условия, необходимые для размещения…
— У меня есть дом, — резко перебил ее Гарри. Ремус вдруг осознал — он так сильно сжимает кулаки, что кровь уже почти не циркулирует в пальцах. — Мой крестный оставил его мне. К тому же мистер Снейп и сам там был, он может засвидетельствовать, что дом… ну… существует.
Судья повернулась к Снейпу — скорее всего, намереваясь уточнить существование дома, но, увидев его пораженное лицо, передумала:
— А вы, мистер Снейп? Вы согласны находиться по предоставленному мистером Поттером адресу, пока суд не изменит решения?
Глядя на лицо Снейпа, Ремус на мгновение решил было, что тот собирается отказаться, заявив, что скорее отправится в Азкабан, чем хоть ногой ступит на Гриммо, 12. Но потом что-то в его выражении изменилось, губы сжались в тонкую линию и плечи опустились.
— Согласен, — еле слышно произнес он, и голос его едва достиг судейской ложи.
Судья кивнула и углубилась в детали домашнего ареста. Ремус уже не слушал, он просто смотрел перед собой невидящими глазами и очнулся только, когда Гарри толкнул его локтем в бок. Гарри выглядел потрясенным. Ремус себя таковым чувствовал.
— Прости, нужно было спросить у тебя сначала. Но отправить невиновного в Азкабан, дементоры там или нет, это… в общем, Дамблдор, наверное, не хотел бы… — Гарри вздохнул и попытался снова: — Нам же и на троих хватит места, да?
Ремус подумал про них с Гарри, как они бродят по дому, порой целый день не видя друг друга, про все эти пустые комнаты и коридоры…
— М-м-м, — сказал он, больше ничего не придумав.
Внизу, в центре зала, двое охранников как раз открывали кандалы Снейпа. Ремус смотрел, как он разминает освобожденные руки, а потом сует их в карманы, как будто, несмотря на все усилия, не может сдержать дрожь.
Сам Ремус оказался в числе первых попавших в Мунго после битвы при Хогвартсе; согласно материалам суда, Снейпа доставили в больницу спустя сутки. Новости о его истинной лояльности распространялись медленно и, судя по всему, никто не торопился заглянуть в хижину, ставшую на какое-то время ставкой Волдеморта, и поинтересоваться самочувствием убийцы Альбуса Дамблдора. Только на следующий день, ближе к вечеру Гарри удалось отправить в Визжащую хижину несколько добровольцев. Насколько Ремус понял, они пошли туда, чтобы принести тело, и очень удивились, когда обнаружили там лежащего без сознания в луже собственной уже застывшей крови вполне себе живого Снейпа.
На суде он рассказал, что носил с собой безоар с того момента, как Волдеморт стал практически неразлучен со своей Нагини. Каким-то образом он сумел не только проглотить камень, но и чарами остановить кровь. Ремус до сих пор помнил наступившую после этих слов тишину в зале суда: все знали, что человек с такими повреждениями вряд ли способен произнести простейшее заклинание, не говоря уже о исцеляющих чарах.
Снейп провел конец мая под охраной в отдельной палате Мунго, а потом его переместили в камеры Министерства, где и он находился до и во время рассмотрения дела в суде. Хотя посетителей к нему официально не допускали, Ремус знал, что для Гарри было как минимум однажды сделано исключение. Кингсли был прекрасно осведомлен о невиновности Северуса, но считал, что у него связаны законом руки.
В памяти Ремуса хорошо сохранился тот момент, когда он узнал, что Снейп все это время был на их стороне. Он сам угодил в больницу в основном из-за того, что попал под перекрестный огонь нескольких Ступефаев, и уже на третий день смог встать с кровати и спуститься на лифте вниз. Сейчас он не был уверен, зачем его туда понесло; ему рассказали про Тонкс и остальных всего несколько часов назад, и после этого все казалось каким-то нереальным. Он хромал вдоль по коридору, когда аврор, который охранял палату Снейпа, отлучился за кофе, и Ремус — заметив сквозь стеклянное окошко в двери, кто лежит в кровати — смог без помех все рассмотреть.
Снейп спал. В ярком свете, падавшем из окна, его лицо было бледным и странно молодым. Шею и лежащие поверх одеяла руки покрывали бинты, на них уже проступали розоватые пятна от сочащейся из открывшихся ран сукровицы.
Ремус стоял в коридоре, пока его не прогнал вернувшийся с кофе аврор. Он вернулся обратно в палату и лежал там, тупо глядя в потолок, пока Гарри не заглянул наконец вечером. Только теперь Ремус узнал, что на самом деле всего лишь Снейп выполнял просьбу Альбуса, и почувствовал внезапное, как удар под дых, облегчение: несколько часов он напрасно винил себя за то, что не смог войти туда и покончить с человеком, который, как ему казалось, отнял у них все — а у него каким-то необъяснимым образом еще больше.
Страница 2 из 29
