Фандом: Гарри Поттер. Мне задали в комментариях к «Однажды» чудесный вопрос: а неужели никто из детей не додумался до того, что Круцио, которые одни ученики накладывали на других, можно просто имитировать? Если как следует постараться. И я подумала — а и правда. Не может же быть столько садистов в школе?
Добавить в моё избранное
8 мин, 17 сек 11299
«На всякий случай. Я очень хочу, чтобы хотя бы ты выжил». Портключ очень простой — обычная пуговица, как от школьной формы. Он всегда теперь носит её с собой. На всякий случай…
Как это — видеть своего, вроде бы, врага, в своём доме, держать его жизнь в руках — и лгать, не решаясь сделать это совсем напрямую, но всё равно врать, понимая, что выдать ему вот этим ты просто не можешь. А потом ещё и быть им же обезоруженным и потерять так свою палочку. И не иметь никакой возможности его ненавидеть, потому что только этот мордредов враг может освободить, наконец, твой дом, твоего отца, твою мать — и тебя самого.
Что из этого может рассказать Эрни МакМилану Драко Малфой?
Правильно.
Ничего.
Поэтому он командует:
— Давай ещё раз.
А потом ещё раз.
И ещё.
И когда Кэрроу, наконец, возвращается, они разыгрывают великолепный спектакль — Драко потом будет им даже гордиться. Когда Кэрроу уходит, довольно велев юношам расходиться по гостиным, Малфой говорит МакМилану:
— Это нужно обсудить со всеми, ты понимаешь? И потренироваться. Я поговорю со слизеринцами. А остальные — уж извини, на тебе. Я слышал, хаффалпаффцы очень усердные, — не удерживается он от насмешки.
— Да уж обсудим… как-нибудь, — хмыкает тот.
— Надеюсь, ты запомнил, как делается заклинание, — говорит ему Малфой. — Если что — присылай ко мне мелкую Уизли. У неё точно получится без проблем, — он усмехается, разворачивается и уходит первым.
Как это — видеть своего, вроде бы, врага, в своём доме, держать его жизнь в руках — и лгать, не решаясь сделать это совсем напрямую, но всё равно врать, понимая, что выдать ему вот этим ты просто не можешь. А потом ещё и быть им же обезоруженным и потерять так свою палочку. И не иметь никакой возможности его ненавидеть, потому что только этот мордредов враг может освободить, наконец, твой дом, твоего отца, твою мать — и тебя самого.
Что из этого может рассказать Эрни МакМилану Драко Малфой?
Правильно.
Ничего.
Поэтому он командует:
— Давай ещё раз.
А потом ещё раз.
И ещё.
И когда Кэрроу, наконец, возвращается, они разыгрывают великолепный спектакль — Драко потом будет им даже гордиться. Когда Кэрроу уходит, довольно велев юношам расходиться по гостиным, Малфой говорит МакМилану:
— Это нужно обсудить со всеми, ты понимаешь? И потренироваться. Я поговорю со слизеринцами. А остальные — уж извини, на тебе. Я слышал, хаффалпаффцы очень усердные, — не удерживается он от насмешки.
— Да уж обсудим… как-нибудь, — хмыкает тот.
— Надеюсь, ты запомнил, как делается заклинание, — говорит ему Малфой. — Если что — присылай ко мне мелкую Уизли. У неё точно получится без проблем, — он усмехается, разворачивается и уходит первым.
Страница 3 из 3
