Без души

Видения, день 2 (дополнительные или отсутствующие конечности, глаза, etc)

Жанр: романтика (почти), повседневность

Предупреждения: психическое расстройство

1.

Мария любит готовить, а Джон в свою очередь любит наблюдать за процессом. Обычно она не замечает его присутствия, продолжает шинковать овощи или отбивать стейки, мурлыча под нос какую-нибудь не имеющую смысла нелепость.

Обычно ничего не происходит, но сегодня на ужин карри с курицей, и запах индийских приправ превращает Марию в символ разрушения.

Ее верхние руки ставят чайник на плиту, пока нижние зажигают газ.

Джон знает, что у Марии по-прежнему две руки, а кожа ее смуглая и совсем не отливает синим, но решает ничего не делать и просто наблюдает за своей богиней со стороны.

Это едва ли не единственное приятное видение из череды многих, и он не может просто так отпустить его.

Пусть Мария побудет Кали еще немного.

Карри отменное, как и всегда.

2.

У Джона в последние годы развилась близорукость. Врачи говорят, что это возраст, и, каким бы непривычным это не казалось поначалу, они правы.

Возраст, годы, пролетевшие мимо… Недавно разменявший седьмой десяток Джон думает обо всем этом всякий раз, когда они с Марией лежат в постели, обнимаясь и глядя друг другу в глаза.

Джон думает обо всем этом, потому что, когда Мария моргает, на белках ее карих глаз появляется по лишней паре зрачков с очень расплывчатой радужкой не то зеленого, не то коричневого цвета.

Это глаза ее нерожденных детей, несуществующих детей, от которых она отказалась, решив остаться с ним много лет назад.

Мария говорит, что ни о чем не жалеет, но Джон чувствует себя виноватым.

Годы продолжают лететь мимо них.

Момент расставания упущен.

3.

Мария почти не использует яркую помаду, отдавая предпочтение натуральным оттенкам, но иногда все-таки красит губы красным.

Джон не любит этот цвет, но не говорит Марии, потому что это спровоцирует неприятный разговор о его детстве, о месте, в которое ему хочется никогда не возвращаться.

Ему достаточно того, что, когда губы Марии становятся красными, ее зубы исчезают, оставляя только пустые дыры, пеньки и несколько металлических штырей.

Мария много говорит, когда красит губы красной помадой, и Джон может рассмотреть свое безумие в подробностях.

Однажды ему становится совсем невыносимо скрывать свой ужас за стеной безусловной любви.

Мария замечает это. Она грустно улыбается ему беззубым ртом и спрашивает:

— Дорогой, ты снова не принимаешь таблетки?

Он только и может, что кивнуть.

Ему хочется застрелиться.

Пророчество, день 8 (ритуальное убийство, жертвоприношение)

Жанр: дарк, фантастика

Предупреждения: POV, ритуальное убийство персонажа через распятие, негуманоидные инопланетяне.

Я с самого рождения хотела повстречать Вечное Существо, но никогда не думала, что мне действительно суждено увидеть его своими гранями.

Это случилось прямо перед окончанием моего первого цикла — как же я была рада, что не успела окуклиться! — когда второй яркий камень неба зашел за первый.

Прямо оттуда, с первого яркого камня, Вечное Существо и упало на зеленую пустыню в своем Первородном яйце, что сияло ярче верных тюльпанов. Теперь оно так не сияет, да и тюльпаны давно уже не те.

Сначала мы наблюдали издалека, затаившись у камней, и не могли поверить своим глазам. Даже великие застыли, будто их последние циклы разом пришли к своему завершению.

А потом… потом произошло то, что убедило нас — предсохраненные пророчества наших матерей не врали.

Вечное Существо вышло из своего Первородного яйца.

Оно не было похоже на нас. Высокое, целостное, с гнущимися палками вместо конечностей, невероятное. Оно отбросило свою первую чешую и предстало перед нами во всем своем великолепии, не замечая нас или делая вид, что не замечает.

Мы все полюбили Вечное Существо тогда.

Мы все захотели сохранить его, и сделали это.

Великие соорудили из листьев карнажа увеличенную фигуру Вечной, старшие отцы украсили полусферу наверху верными тюльпанами. И, наконец, мы пошли на сохранение, чувствуя изнывающую щекотку на краях граней.

Вечное Существо запело нам божественную песню в тот самый момент, когда младшие отцы начали помогать ей наложиться на фигуру, благословляя нас на сохранение, совершая необычные движения, отдаленно похожие на танец.

Оно пело, когда ритуальные когти великих соединяли листы карнажа и палки Вечного Существа вместе, пело, когда я с другими мальками первого цикла вплетала ростки тюльпанов во вторую и третью чешую.

Вы никогда не услышите песни прекраснее.

Из палок — там, где были вставлены когти, — начало вытекать что-то красное, яркое, горячее.