Вечно меня держать на привязи вы не станете, верно? И тогда я доберусь до тебя, котенок. Ты еще будешь жалеть, что не отдался мне сразу. Все было бы нежно и бережно… Но раз ты не захотел, то я сделаю это грубо и жестко, — прошептал Тим. Худи зевнул. Ну уж нет, Тим Маски явно не тянет на первое место в списке тех, кого Брайан мог бы бояться.
Добавить в моё избранное
31 мин, 28 сек 14880
— Я тебе обещал, что сделаю все грубо и жестко, — прошептал Тим, резким движением переворачивая его спиной к себе, отчего закрученные наручники больно впились в запястья. Схватил Брайана за волосы, оттягивая. Худи сжал зубы. Он еще никогда не был на месте жертвы, и это невероятно злило. Ладони Тима с издевкой прошлись по его бокам, и Брайан невольно изогнулся, пытаясь отстраниться от холодных рук, снова безуспешно дернул руками. Наручники держали крепко и лишь ободрали кожу.
— Гребанный мудак, — прошипел сквозь зубы Худи, всячески пытаясь вырваться. Тим тут же грубо схватил его за волосы, оттягивая, приставил к шее лезвие ножа. — Ну давай, режь. Думаешь, напугал меня? Я тебе не пятнадцатилетка, ныть и разводить болото из соплей не буду.
Тим рассмеялся, совершенно безумно.
— А вот это мне в тебе и нравится, Худи, — прошептал он ему на ухо. Тот тут же дернул головой в сторону с явным намерением треснуть Маски, но тот живо отстранился. — Ты пытаешься сопротивляться, да еще и молча, без криков. А эти, как ты выразился, пятнадцатилетки так себя и вели. Ныли, плакали, кричали, умоляли… Одна даже предлагала отсосать мне, если я отпущу ее живой.
— И ты согласился? — почему-то, неожиданно даже для себя, заинтересовался Худи. Тим хмыкнул.
— Разумеется. Кто же от такого откажется, да еще и если сама предлагает? Правда, потом я ее все равно убил, но не потому что я такой жестокий, а потому что она реально не умела этого делать, хотя сложного ничего нет: двигай головой и зубы не выпускай. Но, может, все же помолчим и приступим к делу? — с усмешкой спросил он и снова был послан по тому же эротическому адресу, что и раньше.
Такая болтливость Тиму не понравилась, и он резко и довольно болезненно дернул Брайана, заставляя того встать на колени. В следующее мгновение Худи почувствовал неприятную тянущую боль в области лопаток, а еще через секунду по коже потекла кровь, падая на пол редкими каплями. Закрыв глаза, он пытался напрочь игнорировать острые зубы на шее и холодные пальцы у задницы.
— С-сука, — зашипел Брайан, когда Тим раздвинул его ноги в разные стороны, прижав их коленями к полу, чтобы тот не смог вырваться, и резко вставил в него скользкий от слюны палец. В голове Худи крутились разнообразные сцены мести, в каждой из которых гребанный Тим Маски подыхал мучительной смертью. Когда же к первому пальцу добавился второй, Брайан уже не мог ни о чем думать от боли, поскольку ни о какой нежности со стороны Тима и речи не было.
— Можно было бы, конечно, и без этого, — хрипло произнес Тим, — но тогда было бы больно и мне. Так что, не думай, что я о тебе беспокоюсь, Худи.
— Иди ты на хуй, Маски, — снова почти прорычал Брайан, с какой-то злой иронией понимая, что на хуй сейчас, вообще-то, пойдет он. — Я тебя уничтожу.
— Если я оставлю тебя в живых, — холодно рассмеялся тот, резко вынимая пальцы, и, безо всякого предупреждения приставляя к едва разработанному отверстию головку члена, вошел на всю длину. Брайан до крови прикусил губу, чтобы не заорать от боли (ну уж нет, такого удовольствия он этому мудаку не доставит!) и вцепился зубами себе в руку, потому что Тим явно не собирался останавливаться, чтобы дать Брайану привыкнуть, и тут же перешел на резкие, размашистые движения, отчего Брайану казалось, что его разрывают напополам.
Брайан зажмурился. От сильных толчков боль разгоралась с новой силой, никакого, даже мало-мальского удовольствия он не испытывал, да и какое к чертям удовольствие, когда по ощущениям в него вставили не член, а здоровенный раскаленный лом?! Помимо воли и желания Брайан всхлипнул. Тим замедлился, а затем и вовсе остановился. Его руки, до этого сжимавшие Худи за бедра, скользнули вверх, прошлись по ребрам, задели соски. Тим легко коснулся губами его затылка, переместился на шею. Брайан дернулся от него.
— Пидарас ты ебучий, не смей меня целовать! — прошипел Брайан, уклоняясь от его губ. Внутри все жгло, а в голове крутилась одна-единственная мысль: скорее бы это прекратилось, и тогда Тим пожалеет, что вообще родился на этот свет. На слова Худи Маски лишь ухмыльнулся, зубами сжал мочку его уха, скользнул языком в раковину. Руки с груди спустились вниз, обхватили даже не вставший член, принимаясь его стимулировать. Брайан сжал руки кулаки. От уверенных движений Маски — обхватить головку пальцами, слегка помассировать, спуститься вниз, чтобы поласкать яица — Брайан не чувствовал ничего, кроме разгорающейся внутри злости и гнева. Единственным желанием Брайана было сдавить шею этого ублюдка, переломать ему все позвонки, оставить захлебываться в собственной крови…
— Ну уж нет, детка, — рассмеялся Тим ему на ухо, снова толкнувшись в такую желанную тесноту жаркого тела, на этот раз медленно и глубоко, — сперва я думал просто грубо оттрахать тебя, но сейчас мне пришло в голову другая, более интересная мысль, — он обхватил его член всей ладонью, двинул ей вверх-вниз, снова верх, надавил большим пальцем на головку, — я заставлю тебя кончить.
— Гребанный мудак, — прошипел сквозь зубы Худи, всячески пытаясь вырваться. Тим тут же грубо схватил его за волосы, оттягивая, приставил к шее лезвие ножа. — Ну давай, режь. Думаешь, напугал меня? Я тебе не пятнадцатилетка, ныть и разводить болото из соплей не буду.
Тим рассмеялся, совершенно безумно.
— А вот это мне в тебе и нравится, Худи, — прошептал он ему на ухо. Тот тут же дернул головой в сторону с явным намерением треснуть Маски, но тот живо отстранился. — Ты пытаешься сопротивляться, да еще и молча, без криков. А эти, как ты выразился, пятнадцатилетки так себя и вели. Ныли, плакали, кричали, умоляли… Одна даже предлагала отсосать мне, если я отпущу ее живой.
— И ты согласился? — почему-то, неожиданно даже для себя, заинтересовался Худи. Тим хмыкнул.
— Разумеется. Кто же от такого откажется, да еще и если сама предлагает? Правда, потом я ее все равно убил, но не потому что я такой жестокий, а потому что она реально не умела этого делать, хотя сложного ничего нет: двигай головой и зубы не выпускай. Но, может, все же помолчим и приступим к делу? — с усмешкой спросил он и снова был послан по тому же эротическому адресу, что и раньше.
Такая болтливость Тиму не понравилась, и он резко и довольно болезненно дернул Брайана, заставляя того встать на колени. В следующее мгновение Худи почувствовал неприятную тянущую боль в области лопаток, а еще через секунду по коже потекла кровь, падая на пол редкими каплями. Закрыв глаза, он пытался напрочь игнорировать острые зубы на шее и холодные пальцы у задницы.
— С-сука, — зашипел Брайан, когда Тим раздвинул его ноги в разные стороны, прижав их коленями к полу, чтобы тот не смог вырваться, и резко вставил в него скользкий от слюны палец. В голове Худи крутились разнообразные сцены мести, в каждой из которых гребанный Тим Маски подыхал мучительной смертью. Когда же к первому пальцу добавился второй, Брайан уже не мог ни о чем думать от боли, поскольку ни о какой нежности со стороны Тима и речи не было.
— Можно было бы, конечно, и без этого, — хрипло произнес Тим, — но тогда было бы больно и мне. Так что, не думай, что я о тебе беспокоюсь, Худи.
— Иди ты на хуй, Маски, — снова почти прорычал Брайан, с какой-то злой иронией понимая, что на хуй сейчас, вообще-то, пойдет он. — Я тебя уничтожу.
— Если я оставлю тебя в живых, — холодно рассмеялся тот, резко вынимая пальцы, и, безо всякого предупреждения приставляя к едва разработанному отверстию головку члена, вошел на всю длину. Брайан до крови прикусил губу, чтобы не заорать от боли (ну уж нет, такого удовольствия он этому мудаку не доставит!) и вцепился зубами себе в руку, потому что Тим явно не собирался останавливаться, чтобы дать Брайану привыкнуть, и тут же перешел на резкие, размашистые движения, отчего Брайану казалось, что его разрывают напополам.
Брайан зажмурился. От сильных толчков боль разгоралась с новой силой, никакого, даже мало-мальского удовольствия он не испытывал, да и какое к чертям удовольствие, когда по ощущениям в него вставили не член, а здоровенный раскаленный лом?! Помимо воли и желания Брайан всхлипнул. Тим замедлился, а затем и вовсе остановился. Его руки, до этого сжимавшие Худи за бедра, скользнули вверх, прошлись по ребрам, задели соски. Тим легко коснулся губами его затылка, переместился на шею. Брайан дернулся от него.
— Пидарас ты ебучий, не смей меня целовать! — прошипел Брайан, уклоняясь от его губ. Внутри все жгло, а в голове крутилась одна-единственная мысль: скорее бы это прекратилось, и тогда Тим пожалеет, что вообще родился на этот свет. На слова Худи Маски лишь ухмыльнулся, зубами сжал мочку его уха, скользнул языком в раковину. Руки с груди спустились вниз, обхватили даже не вставший член, принимаясь его стимулировать. Брайан сжал руки кулаки. От уверенных движений Маски — обхватить головку пальцами, слегка помассировать, спуститься вниз, чтобы поласкать яица — Брайан не чувствовал ничего, кроме разгорающейся внутри злости и гнева. Единственным желанием Брайана было сдавить шею этого ублюдка, переломать ему все позвонки, оставить захлебываться в собственной крови…
— Ну уж нет, детка, — рассмеялся Тим ему на ухо, снова толкнувшись в такую желанную тесноту жаркого тела, на этот раз медленно и глубоко, — сперва я думал просто грубо оттрахать тебя, но сейчас мне пришло в голову другая, более интересная мысль, — он обхватил его член всей ладонью, двинул ей вверх-вниз, снова верх, надавил большим пальцем на головку, — я заставлю тебя кончить.
Страница 7 из 9
