Штука

Сержант единственный, у кого на корпусе белый крест, тонкие линии которого словно делят его на четыре равных доли. Только Сержант иногда говорил с ним, остальные или молчали, или даже не могли говорить. — Ты хороший вор.

— Вы хорошие сторожа, вы заставили меня понервничать, — скромно отвечает он. — Если бы присоски сработали… Они сломаны?

— Нет, все функционирует нормально.

— Что это значит? Вы что, специально поддались?! Да?

— Без комментариев.

— Да что с вами?! — Странно, но почему-то он испытывает раздражение.

— Сегодня исполнился десять тысяч первый год, — говорит Сержант.

— Я знаю, сегодня юбилей! Ровно десять тысяч лет назад нас забросили для того, чтобы мы украли Штуку. Я сделал это! А ты… А вы мне испортили триумф!

— Мы враги. Наши расы воевали, были врагами.

— Да, это так, — он успокоился, но еще не понял, к чему клонит Сержант.

— Мы даже не знаем причину войны, не знаем, чем она закончилась, и зачем все это — Цитадель и Объект.

— Объект?

— Штука, как ты ее называешь.

Сержант покидает свое место в строю, подплывает к лежащей на боку Штуке и бережно обхватывает щупальцем.

— Что-то ты в этот раз много болтаешь, Сержант, — он впервые называет его вслух по имени.

— Сегодня последний день. Наша программа завершена. Она была рассчитана на десять тысяч лет. Знаешь, что такое самоликвидация? Все кончено.

— Ты хочешь сказать, что…

Сержант протягивает Штуку:

— Забирай. Она твоя.

— Нет! — его яростный крик отражается от стен Цитадели и возвращается обратно.

Сержант отпускает Штуку, ставшую вдруг бессмысленной и бесполезной вещью.

Четверо Стражей одновременно разворачиваются и медленно скользят к Цитадели.

— Стойте! — кричит он вслед, но они не реагируют.

Он поднимает Штуку, недолго любуется гранями. Никогда не было времени рассмотреть ее как следует. Вот она, цель. Кому она нужна? Зачем теперь он здесь? Какой смысл в его существовании без этих ежегодных попыток? Пусть война давно закончилась, и, может быть, они единственные осколки двух что-то не поделивших цивилизаций, но они нужны друг другу, они придают смысл существованию друг друга. Или, точнее, враг — врагу. Нет, так не должно закончиться. Это несправедливо ко всем, кто сейчас лежит здесь под стенами Цитадели! Он решительно засовывает Штуку в полость.

Когда Сержант вернулся в Цитадель, Объект уже находился на своем привычном месте, на подиуме. Только стоял немного криво, неправильно.

— Я вернусь через год, Сержант, — донеслась до него слабая радиоволна. — Я приду за Штукой, и попробуйте меня поймать, чертовы осьминоги!

Стражник подплывает ближе и замирает рядом с Объектом. Если бы он умел, то улыбнулся бы. Но такого умения в него не вложили.

Что же, они всего лишь солдаты, осколки давно минувшей войны, забытые на затерянной планете у звезды, которая даже не имела своего имени, только номер. Но они — охрана. Это их функция. А тот, шустрый и хитрый — вор. У каждого свое дело. И пусть это глупо, но это придает смысл их существованию.

Сержант поправил Объект, развернув его грани так, как должно.

Они будут ждать.