Месть

Месть Гарри

В тот день, когда Люциуса Малфоя забрали в Азкабан, жизнь Нарциссы стала представлять собой сплошные испытания. Сначала она потеряла мужа, а затем и сын все больше отдалялся от нее. Хотя Драко и не посадили в тюрьму, сам он никогда не может справиться с тем, что его отец, его пример для подражания, постоянно слабеет, находясь в Азкабане.

Поскольку Гарри был аврором, для него не составляло труда собрать нужную информацию. Из личного дела, лежащего перед ним, он прочитал обо всей развернувшейся трагедии.

Теперь он знал, что Люциус Малфой никогда не выйдет из Азкабана и что Нарцисса почти каждый день приходит в Министерство и просит, чтобы ее сыну, которому очень не хватает своего отца, разрешили навестить заключенного. Но ее просьба отклонялась вновь и вновь. Драко был оправдан, правда, это еще не означало, что он остался безнаказанным.

Гарри знал, что каждые выходные он мучается на социальной работе в Святого Мунго — работа, за которую не платят ни сикля и, конечно же, не получают похвалы и одобрения — и так в течение двадцати лет, четыре из которых он уже отмучился. Ему было запрещено вступать в контакт с другими Пожирателями Смерти, одинокими, как его отец, которые вполне могли склонить его на неблаговидные действия.

Но Драко Малфой не был тем, кто интересовал Поттера всего лишь в виде исключения, — он никогда не забывал о блондине. В течение дня он ненавидел его за то, что он сделал Гарри, ночами же он мучительно скучал по нему.

С того времени, как Гарри и Джинни развелись, а семья Уизли все больше становилась ему чужой, — старая жизнь Поттера утекла, словно песок сквозь пальцы. А своих детей он вообще едва видел. Ему недоставало Ала и Джейми, не хватало малышки. Лили исполнилось только полгода, когда Джинни ушла от него вместе с детьми.

Джинни могла бы остаться, несмотря на то, что он отомстил ей таким дешевым и извращенным способом, от которого ему самому становилось противно. Он переспал с Драко, невольно свидетелем чего стала его жена.

Лишь потом Гарри понял, что Малфой все спланировал. Блондин, переспав с Джинни, сделал предложение Поттеру, когда тот собирался заставить его ответить за свои действия. И Гарри, как храбрая невинная овечка, кивнул и согласился, убежденный в том, что это наказание как для Драко, так и для Джинни. Но потом блондин, лаская тело Гарри, прошептал ему на ухо, что страстно желал его еще со времен Хогвартса.

Поттер сглотнул, когда его мысли снова потекли не в то русло. Наслаждение от секса с Малфоем — это худшее, что могло с ним случиться, и, конечно, он не даст блондину забыть о случившемся. И все же, несмотря на всю ненависть, несмотря на эту болезненную ситуацию, Драко тогда был необыкновенно нежен и ласков. И осторожен с Гарри, которого взял в тот вечер.

Иногда Поттер спрашивал себя, Джинни ли Драко назвал жертвой или же имел в виду себя.

Нет! Гарри покачал головой. Не Драко сегодня должен занимать его мысли, а Нарцисса. Он пригласил ее к себе в кабинет, специально почистив свою аврорскую мантию, чтобы произвести на нее особое впечатление.

Раздался стук и, когда она проскользнула внутрь и его взгляд упал на нее, Гарри был потрясен. Она стала чудовищно бледной и такой худой.

Он поспешил к ней навстречу и протянул ей руку.

— Миссис Малфой. Проходите, присаживайтесь, — он указал на кресло для посетителей. — Что Вы пьете? Чай? Кофе? — Он указал на поднос, который стоял на столе.

— Чай, — сказала она, и он снова поразился, когда услышал ее надтреснутый голос.

Он коснулся палочкой чашки, произнес заклинание, подогревая воду, и пододвинул к ней блюдо с различными сортами чая.

— Что вы хотите от меня? — устало спросила мать Драко.

— Вы спасли мою жизнь, — начал он, — в тот раз в Запретном Лесу, когда солгали Волдеморту.

Нарцисса медленно кивнула и выбрала ромашку. Ромашка — не плохой выбор, подумал Гарри, потому что для этого разговора ей будут необходимы крепкие нервы.

— Я должен вам кое-что, — признался он и внимательно посмотрел на женщину. Эти морщины. Эти седые пряди волос. Нормально ли это? Сколько ей лет на самом деле? Разве он еще не выучил досье на Малфоев наизусть? И все же, забыть ее день рождения.

— Я сделала это для Драко, — возразила она, и ее губы задрожали.

Гарри кивнул и откинулся на спинку кресла:

— Я знаю, — пробормотал он, а затем поднялся, — я видел его. Я имею в виду вашего сына.

Где именно он его видел, ее не должно интересовать. Он не знал, как бы она отреагировала на новость о том, что ее сын ебет мужиков, перед этим оттрахав их жен.

— Он плохо выглядел, — добавил он.

Он вспомнил лицо с лихорадочным румянцем и сияющими глазами, когда Драко после секса дрочил ему. Гарри убежден, что в этот момент он не выглядел настолько плохо.