Третья половина души

Этого я уже вынести не могу и, спустя секунду, моя рука лежит на ее плече.

Она затихает и медленно переводит взгляд на мою руку, словно боится посмотреть в глаза, как я тогда, в Мунго. Я бережно беру ее за плечи, поднимаю со стула и прижимаю к груди. Она немедленно обхватывает меня за шею, будто опасаясь, что я снова исчезну.

— Простите меня, мисс Грейнджер, я не должен был бросать свою семью, — целую ее в макушку и баюкаю, словно младенца, не допуская новых слез.

— Ты вернулся! — раздается счастливый голосок и на пороге кухни появляется Ронни. Я отпускаю Грейнджер и подхватываю девочку на руки.

— Как хорошо, что ты вернулся! — она цепко обнимает меня за шею. — Никогда больше не уходи так надолго, а то мамочка очень плакала. Ты же не уйдешь, правда… папа?

Перевожу взгляд на ее мать — сейчас я не уверен в ее реакции, и, как оказалось, зря…

— Нет, детка, папа больше не уйдет, — ее губы дрожат, а по лицу ручьями текут слезы, — потому, что мы его не отпустим, правда?

Она быстро подходит к нам и обнимает сразу обоих. Вот теперь я там, где и должен быть… Я дома.

— Папа! Папа, просыпайся! Смотри, какой чудесный снег!

Я с трудом разлепляю глаза. Вчера Грейнджер заснула прямо на кровати рядом с Ронни, а я улегся на диване в гостиной. Сползаю с него, оглядываю измятую рубашку и, набросив плащ, выхожу во двор, откуда доносятся счастливые крики.

— Папа, давай играть в снежки, а потом пойдем смотреть подарки, — предлагает Ронни и немедленно пуляет в меня комком снега.

— Ах так! — ору я и нагребаю в ладони побольше снега. Ронни с хохотом и визгом мчится наутек.

— Мистер Малфой, смотрите, — внезапно окликает меня Грейнджер и указывает на калитку. Я поворачиваю голову и вижу стоящего за забором Драко.

— Здравствуй, отец, — приветствует меня он, когда я подхожу к калитке.

— Что ты здесь делаешь? — удивляюсь я, убедившись, что глаза меня не обманули. — Я думал, ты улетел…

— Я и улетел, — усмехается он, — а сегодня первым рейсом вернулся.

— Что случилось? — каким-то шестым чувством понимаю, что он не за карточкой.

— Мне пришлось рассказать матери, куда я дел свою банковскую карту, — вздыхает Драко, засовывая руки в карманы, — а она решила, что такой идиот ей в сыновьях не нужен. В общем, мы поссорились и я решил вернуться в Лондон.

— Она просто избавилась от тебя, чтобы не делиться с тобой деньгами, — отвечаю я и внезапно мне становится жаль сына.

— Какими? — спокойно интересуется Драко. — Те пятьдесят тысяч, что она обменяла на доллары, были последними нашими средствами.

— Не волнуйся, у нее еще есть триста тысяч, — напоминаю я, — я передал ей право на владение фамильным сейфом.

— Впервые слышу, чтобы сейф стоил триста тысяч, — радостно фыркает сын, — тем более пустой.

— То есть… как это пустой? — я понимаю только то, что ничерта не понимаю.

— Ну, к сейфу имеет доступ урожденный Малфой, а ты ведь у нас не один такой, — расплывается в фирменной улыбке Драко.

— Ты что, вычистил сейф? — от послушного скромного сына я такого никак не ожидал.

— Не вычистил, а перенес содержимое в другое место, — поправляет меня Драко. — Мама владеет сейфом, в котором уже — увы — ничего нет.

— Когда ты это провернул? — интересуюсь я.

— Вернулся в Лондон через полгода после твоего ареста, — пожимает он плечами, — неужели я бы простил ей то, что она сделала с тобой? В конце концов, я Малфой, а не Блэк. Что скажешь насчет Малфой-мэнора? Он все еще на торгах.

— У меня есть другое предложение, — улыбаюсь я, вспоминая бревенчатый домик с большой крытой верандой.

— Здравствуй, Драко, — я и не замечаю, как у меня за спиной появляется Грейнджер. Она приветливо улыбается — вчера она таки заставила меня рассказать правду о моем внезапном отъезде.

— С Рождеством, Грейнджер, — кивает сын, и тут из-за спины матери появляется Ронни.

— Ты кто? — подозрительно разглядывая Драко, интересуется она.

— Это мой сын, — видя, что тот мнется, беру на себя смелость ответить на вопрос.

— А почему ты его бросил? — еще сильнее хмурится Ронни.

— Я был плохим, — честно отвечает сын.

— А сейчас ты хороший? — недоверчиво спрашивает она.

Драко пожимает плечами и беспомощно смотрит на меня. Ронни оглядывается на мать и делает шаг вперед. На какое-то мгновение мне почудилось, что сын отступил назад.

— Хочешь покататься с горки? — спрашивает она и неожиданно протягивает ему руку.

Грейнджер тихо усмехается, отвернувшись, я прячу улыбку в шерстяной шарф. Драко удивленно моргает пару секунд, а затем вкладывает в руку девочки свою ладонь.

— Только если ты меня научишь, — отвечает он, и Ронни моментально утаскивает его на горку, проводя по дороге экскурсию.